Страгглеры

Охваченные исследовательским восторгом, не замечая времени проведенного под землей, помогая друг другу, ребята вскарабкались по крутому склону коридора и очутились в просторном гроте. Кладоискатели буквально онемели как раз тогда, когда им казалось, что способность восхищаться истощилась до предела, что их уже ничто не сможет поразить. В свете фонариков они увидели нерукотворное чудо: повсюду сверкали сталактиты и кристаллы; их изобилие, белизна и форма создавали впечатление волшебного дворца. Здесь были и блестящие, и тусклые, и гладкие, и игольчатые, и молочно-белые почти прозрачные, и серебристые образования. Среди окружающих чудес можно было или медленно идти, или стоять, отдавшись процессу созерцания.

– Я внутри драгоценного камня, – негромко сказала Алька.

– А мне это напоминает дворец из хрусталя, – отозвался Пашка.

«Хрустальный дворец», к сожалению, оказался небольшим. Друзья прошли в следующий зал, напоминающий, по словам Андрея, беседку, увитую розовыми и кремовыми гроздьями винограда. И здесь ни у кого не нашлось слов, чтобы описать красоту хрупких каменных цветов. Еще долго бы бродили они по подземной сокровищнице, ослепленные великолепием и непохожестью этого мира, если бы дорогу им не преградил каменный завал.

– Вот и конец нашему путешествию! – сказала Галка, вытаскивая из рюкзака «пенку» и усаживаясь у подножия каменной осыпи на большой валун. – Я и не думала, что так устала, – удивленно отметила она. – Андрей, сколько сейчас времени?

– Два часа! Даже не верится, что под землей мы провели девять часов. Немудрено, здесь так красиво! Кстати, нам продемонстрировали наглядную иллюстрацию всеобщего заблуждения, – задумчиво сказал Андрей.

– Какую иллюстрацию? – заинтересовался Павел.

– Все мы слышали, что на потолке растёт сталактит, на полу под ним сталагмит. Дорастая друг до друга, они срастаются. Получается колонна – сталагнат. Но вот вопрос на засыпку. Почему там, где растут самые крупные сталагмиты, никаких сталактитов нет и в помине? – И Андрей показал на ближайший столбик.

– Точно. И под вон той сосулькой тоже ничего нет! – удивленно произнесла Нина.

– Вот только научных теорий сейчас нам не надо. Выберемся на поверхность, тогда и предложишь пару-тройку загадок. Сейчас не время, – вмешался Вадим.

– А почему бы не поговорить? Все равно отдыхаем перед обратной дорогой.

– А клад мы уже не ищем? – возмутился Павел.

– Мы и так увидели достаточно сокровищ. Сам восхищался. Тебе мало?

– Это природные сокровища, а не клад. Нужно поискать проход с боков завала.

– Ты, Заяц, очумел! Нам пора возвращаться, – раздраженно прервал его Вадим.

– Почему возвращаться? Давайте хотя бы найдем речку, что я лодку зря тащил?

– Какая речка? Попрощайся со своей Золотой рыбкой! Сам посуди: обратная дорога к ручью и поиск водоема займут много времени. Контакты батареек в фонарях долго не протянут. Я не говорю уже о наших дамах. И с чего ты решил, что здесь есть река? Я предлагаю перекусить и вернуться назад, – закончил Вадим.

– Жаль, что мало времени! Но это не мешает поискать дорогу через завал и пройти ещё немного вперед, – не сдавался Павел. Не слушая ничьих возражений, сбросил рюкзак и пошел вдоль каменного барьера, освещая путь фонарем, взятым у Андрея.

Через несколько минут раздался его взволнованный голос:

– Идите сюда, я нашёл проход!

– Вот неугомонный, – неохотно вставая, проворчал Вадим.

Собравшись у отверстия, шириной примерно около полутора метров, отделявшего нагромождение камней от стены пещеры, ребята стали совещаться.

– Может, хватит на сегодня? – жалобно начала Светка.

– Предлагаю пообедать. Здешними красотами сыт не будешь, да и рюкзаки станут легче, а то обратно наверх всю провизию притащим, – косвенно поддержал её Вадим.

– У тебя, Волк, всегда был волчий аппетит, – проворчала Нина.

– Пообедаем на другой стороне завала?

– Отверстие тупиковое? – спросила Света.

– Сейчас выясню, – сказал Пашка и, осторожно просунув голову, протиснулся в лаз.

Ребята обступили проход и принялись спорить о том, следует ли им немедленно возвращаться обратно или поискать другой путь. Их прервал Павел, голова которого появилась из отверстия. Он часто дышал, но глаза искрились от радости.

– Ход сквозной. Немного узковат, но пройти на другую сторону можно. Он совсем короткий. Только через этот «шкурник» надо будет протаскивать рюкзаки, разобрав наполовину. Иначе застрянут.

– А что там?

– Увидишь. Обещаю, что тебе понравится, – загадочно прошептал Пашка.

Несколько минут все были заняты извлечением из рюкзаков части вещей, затем «трансы» связали в гирлянду. Алька завернула ролики в комплект запасной одежды, чтобы их никто не увидел, и облегченно вздохнула лишь тогда, когда рюкзаки один за другим скрылись в темном провале.

Спустя полчаса послышался шорох. Из «шкурника» выполз довольный Павел, таща за собой связку пустых рюкзаков. Быстро сложили вещи и переправили на другую сторону завала. За Павлом по очереди полезли Светлана, Нина, Андрей и Галина.

Аля шла предпоследней. Пробираясь сквозь лаз, девушка услышала как сверху скатилось несколько мелких камешков, но не придала этому значения. Выбравшись с противоположной стороны и отряхнувшись, отыскала свой рюкзак. Она видела, что Пашка тащил связку рюкзаков довольно неосторожно, по закону подлости её «транс» лежал внизу. В довершении всего он небрежно вытряхнул вещи из рюкзаков. Теперь всё снаряжение было свалено в одну большую кучу. Закусив губу, девушка старалась как можно быстрее найти и сложить свои вещи.

Девчонки, увидев, что их вещи разбросаны, пошли ругать Павла. Аля, стараясь поскорее развязать узел, не обратила внимания на верёвку, петлями ложившуюся на ноги.

– Вот ведь противная какая, – раздраженно фыркала девушка.

И тут раздался истошный вопль Светки. Алька оглянулась. То, что увидела, заставило похолодеть от ужаса. Огромная масса обломков внезапно пришла в движение. Вадим из прохода ещё не появился. Ошеломлённые происходящим, беспомощные перед лицом катастрофы люди смотрели на сжимающееся отверстие, из которого вот-вот должен был показаться их товарищ.

– Быстрее! Быстрее! – кричал Андрей.

Когда из каменной трубы показалась рука, ребята ухватились за нее. Самостоятельно Вадик двигаться не мог, он был, как в тисках.

И тут со страшным грохотом тронулась лавина, большие глыбы катились вниз. Буквально в последнее мгновение, охваченные ужасом парни, выдернули его из груды камней и в панике бросились бежать. На них сыпался каменный дождь. Кто-то полз из зоны камнепада на четвереньках, кто-то мчался вперед, не разбирая дороги.

Из-за неимоверного треска никто не услышал Альку, оказавшуюся в ловушке: её правая нога запуталась в верёвке, связывавшей рюкзаки. Дергаясь из стороны в сторону в попытке освободиться из западни, девушка звала на помощь и плакала, но ее громкие крики заглушал грохот падающих камней. Охрипшая и совершенно обессиленная, лёжа на куче рюкзаков, стуча от ужаса зубами и дрожа всем телом, Алька была не в силах пошевелиться. Ей вспомнились рассказы бывалых людей о том, что в момент гибели перед глазами человека мелькают кадры из прожитой жизни. Но никаких видений не было, наоборот, мозг работал ясно и, если бы не бившая нервная дрожь, можно было считать, что ничего особенного не чувствует; только время замедлилось.