Странница

Вот и началось. Я имею в виду путешествие. Здорово. Я уж думал, что мы навсегда застряли на берегу, потому что Брайан, что ни день, приносил новый список. Этот парень просто любитель составлять списки. Какая-то бригада по составлению списков.

Ничего не происходит, просто яхта и в самом деле идет под парусами, протекает несильно и не переворачивается. Пока еще.

7. Флора и фауна

Вчера вечером «Странница» бросила якорь в гавани острова Блок. Мы с Коди и Брайаном на надувной лодке приплыли к берегу и гуляли по пляжу. Брайан так суетился, аккуратно подвернул джинсы, чтобы не замочить, убегал от накатывающихся волн и постоянно поглядывал на часы.

— Сейчас десять минут восьмого, — объявлял он. И через двадцать минут опять: — Уже половина восьмого.

— Знаешь, я и без часов скажу, когда начнет темнеть, — объявил Коди, посмотрев на солнце и на западный край неба.

— Ха-ха-ха, — отозвался Брайан. Навстречу нам шли две девочки.

— Эй, смотри, вон представительницы местной фауны, — прошептал Коди Брайану.

— Где? Что?

— Девицы, девицы! — Коди так и пожирал их глазами.

Одна из «представительниц местной фауны» остановилась перед Коди и приветливо улыбнулась ему:

— Привет!

— Привет, — ответил он.

— Вы, случайно… может, вы знаете, который час? — спросила девочка.

Ее подруга покраснела и стряхнула что-то с руки.

— Ха-ха-ха! Иногда и часы могут пригодиться! — И Брайан потряс перед Коди рукой с часами.

К большому облегчению Брайана, мы вернулись на «Странницу» задолго до темноты и провели ночь на яхте, потому что дядя Док сказал, что кое-что нужно отладить.

Сегодня солнце светит еще ярче!

Я впервые поднялась на мачту в веревочном подвесном сиденье — его еще называют беседкой, — чтобы заменить лампочку в фонаре. С такой высоты видно далеко, на многие километры вперед, до оконечности острова Блок, а дальше только океан да небо. На мачте особенно сильно чувствуется движение судна и воды. Соленый ветер обдувает лицо, треплет волосы, наполняя чувством свободы.

Позднее, пока дядя Док занимался электропроводкой, мы с Коди снова вернулись на берег и отправились по пляжу к маяку и к птичьему заповеднику. Коди нашел копошащегося птенца и ласково обратился к нему:

— Ах ты малыш, пушистик, — что меня удивило, потому что обычно он занят только накачиванием мускулов и от него никак не ожидаешь нежностей к мелким птицам. Уходя, он даже попрощался: — Пока-пока, птички.

Вот уж действительно чудной парень. То дерзит, то вдруг нежничает с птицами.

Мы вот-вот тронемся в путь, все стали более спокойными. Я надеваю те вещи, что посуше и лежат поближе. Засыпаю прежде, чем коснусь подушки, а просыпаюсь от звуков голосов в кубрике. Я готова выйти в море, хочу управлять парусами, хочу туда, где неважно, ночь или день, где все связано воедино временем. Хочу ловить рыбу, питаться дарами моря. Надеюсь, что по пути к Бомпи я стану настоящей морячкой, странницей!

8. Болван и сирота

Вчера вечером прошелся с Софи и Брайаном по острову, лишь бы улизнуть от отца. Брайан меня злит. Сначала засыпал меня вопросами вроде: «Правильно ли я оделся? Не взять ли куртку?» Потом начал учить нас, как привязывать шлюпку и прочей ерунде. Еще немного, и он станет учить меня, как дышать.

Брайан и Софи достает. Она сказала, что ее маме не понравится, если я назову при ней девочек местной фауной, а Брайан остановился и сказал, что мамы все равно здесь нет, такой болван. Потом и того хуже:

— А кстати, о какой маме ты говоришь?

Софи не дрогнула. Она подняла камень и запустила его в море.

— Посмотри-ка! Сможешь забросить так далеко?

Я так и не понял, то ли она не слышала слов Брайана, то ли пропустила их мимо ушей.

Я велел ему заткнуться, а он ответил, что заткнется, только когда захочет. Ну и болван.

Сегодня мы с Софи удрали от Брайана на остров. С Софи гораздо проще, чем с остальными членами команды. Она глубоко вдыхает ветер, радуется солнцу и волнам. И не пристает с пустяками.

Правда, я и сам чуть не влип. Мы нашли маленького птенца, ковылявшего по берегу в одиночку, и я ляпнул:

— Э, да он сирота!

— Нет! — возразила Софи, подняла его и посадила обратно в гнездо, которое мы отыскали.

Наверное, мне не надо было говорить про сироту.

А еще Софи сегодня поднималась в веревочной беседке на мачту. Дядя Док все разглядывал фонарь на вершине мачты, думал, как нам его заменить.

— Хочешь, я туда заберусь, — предложила Софи.

— Может, это сделает Брайан? Брайан, поднимешься наверх в подвесной беседке и заменишь лампу, хорошо?

— Только не это! Мачта такая высоченная. — Брайан даже позеленел.

— Коди, а ты что же?

— Вряд ли. — Нечего было и думать, я не очень люблю высоту.

— Послушайте, я самая легкая и маленькая. Есть смысл поднять именно меня. И я хочу подняться!

— Я просто не хотел, чтобы ты ударилась, — пояснил дядя Док.

Значит, если я или Брайан ударимся, то ему все равно. Хорошенькое дельце!

— Эй, вы что, все путешествие будете так со мной обращаться? Не дадите вообще ничем заниматься? — нажала Софи.

Дядя Док неохотно уступил, и вы бы видели Софи! Она смеялась, кричала «Ура-а-а!». В одну минуту поднялась наверх, заменила лампу и попросила: