Странный город

Усевшись на лавочку, я впился зубами в пирожок с капустой, который надо сказать оказался чудо как вкусен, я сам не заметил, как съел один и принялся за второй, и только доедая его, я почувствовал на себе пристальный взгляд. Рядом с лавочкой сидел здоровенный пес и с мольбой во взгляде смотрел на меня, хотя нет, какой пес, это же был волк, тот самый волк, которого мы видели рядом с девчонкой на мопеде.

Я смотрел на волка, волк смотрел на пирожок, глаза его были полны мольбы, а из пасти катились слюни грусти. Спросите, как такое может быть? Ну вот бывают слезы грусти, а тут то же самое, только слюни. Нет ну не каменное же у меня сердце, я вытащил один пирожок и намеревался уже его кинуть, когда волк совершенно четко и отчетливо произнес.

– Не вздумай! – Пирожок чуть не выпал из моих рук. – Я тебе что пес шелудивый с земли есть? Я, между прочим, оперативный сотрудник. Положи пирожок на скамейку! Аккуратно, осторожно! Чтобы я видел твои руки!

Я положил пирожок и волк, устроившись рядом, тут же его слопал. Закончив с пирожком, он покосился на два оставшихся, я вздохнул и поделился с ним по-братски. Расправившись каждый со своим пирожком, мы пристально посмотрели друг на друга. Ну да! Так и есть! Сучилось все-таки это. От стресса я кукухой поехал, бросил все, забрался в глушь, сел на лавку и начал разговаривать с животными. Ну собственно моя бывшая всегда говорила, что я закончу чем-нибудь подобным.

– Ты от Ваньки сообщение принес? – Начал волк. – Что, упустил он Кузьму? Василиса сразу говорила, что нельзя его за бродяжным отправлять, а Кощей ей, дай человеку шанс, у него не одни бабы на уме, он и с делом справиться может.

– Кощей – это Константин Андреевич? – Не удержался и спросил я. Да, я слышал, что с шизофренией можно бороться просто, не воспринимая вымышленную реальность, но очень уж было любопытно.

– Кто ж еще. Он самый. Бессменный директор Института. Бессменный и бессмертный! – Хмыкнул волк. – Бельский его одним из первых создал, думал создать себе совершенную охрану, сначала то понятно пытался богатыря создать, но вот только… Эх Святогор… Ну а когда не получилось с богатырем, решил создать злодея, только у него Кошей получился не злодейский, он самый крутой экономист и администратор в мире, он и Институт этот и город поднял, а как Бельский пропал, так все тут на нем держится.

– Но как же… – Удивился я. – А почему тогда Василиса за ним замужем? Он что ее похитил?

– Дурак что ли? – Удивленно уставился на меня волк. – Зачем? Она ж какая? Она ж премудрая! – Он постучал себя лапой по голове. – Это дурам нужны красавцы, да герои. Умной женщине мужик нужен надёжный, а у Кощея и карьера и деньги, и все что пожелает. Если б еще детишек мог иметь…

– А что? – Усмехнулся я. – Застудился, вися на цепях и всё? Простатит? Бесплодие?

– Вот смотрю я на тебя и думаю. – Волк смерил меня презрительным взглядом. – Иван то, наверное, и вправду царевич, если с тобой, дураком сравнивать. Мы же воплощенные, яркие образы фантазий, приведенные с помощью воображлятора в физическую форму. Мы детей иметь не можем. Максимум выдумать себе кого-нибудь, но тут тоже спорный вопрос, вот придумаю я себе щенка, а он расти не будет. Мозг развивается тело не растёт, он меня уже через два года ненавидеть станет. Так что не вариант это. Вот и Василиса с Кощеем пытаются пытаются, а кроме усталости, толку ноль.

– А удовольствие? – Хмыкнул я, уже готовясь услышать, что и удовольствия мои воображаемые, или как там сказал волк, воплощенные друзья не испытывают.

– Ну и удовольствие само собой. – Усмехнулся волк, это получилось у него совершенно по-человечески. – Как без него, они особи молодые, половозрелые.

Такая характеристика заставила меня улыбнуться, ну ладно Василиса то конечно да, дама в самом соку, вполне, так сказать «половозрелая», а вот Кощей, он больше напоминал старикана, тощий, ссохшийся с этими его жуткими глазами.

– О чем задумался? – Поинтересовался волк. – О Василисе? И не мечтай. Пошли лучше еще пирогов купим, ты эти на вокзале брал? У бабки Ирины? У нее лучшие пирожки, вкуснее ее пирожков нет. Ты с лапшой пробовал? Я тебе скажу вот то пирожки, так пирожки, с хлебом тоже неплохи, но с лапшой лучше.

– Пошли. – Согласился я, вставая со скамейки, придётся купить еще пирожков, чтобы вызнать у этого лохматого проглота еще чего-нибудь про странный городок.

Старушка с пирожками подозрительно глянула на волка и обеими руками обхватила свой туесок с товаром.

– А ну брысь отсюда, нечисть зубастая! – Прикрикнула она на него. – Уууу прорва! – Она погрозила ему кулаком. – Не дам больше бесплатно ничего! Он ко мне каждый день наведывается. – Пожаловалась мне старушка. – Я его сначала жалела, подкармливала, а потом узнала, что он из этих, из институтских, а значит денег у него, куры не клюют, а он побирается ходит.

– И вовсе у меня нет денег. – Принялся оправдываться волк, когда мы с большим кульком пирожков и лимонадом вернулись на лавочку. – Деньги все себе Ванька забирает, я же по ведомостям прохожу как инвентарь его, даже не как домашний питомец или служебная собака, а значит мне не то, что денег не положено, но даже довольствия, я просил Василису Андреевну поднять этот вопрос, но Кощей рогом уперся, экономит, видите ли.

– А чего это, она Василиса Андреевна, и Кощей ваш тоже Андреевич, что отчества для документов в дефиците? – Я откусил крупный кусок пирожка, стараясь успеть съесть хоть что-то вперед волка, который накинулся на сверток с буквально зверским аппетитом.

– Нефф. – Волк прожевал очередной пирожок. – В смысле нет. Правило тут такое, создание носит отчество создателя, Василису, Кощея, и некоторых других, еще сам Бельский создавал, а мы с Иваном, например Кощеевичи по отчеству, служба безопасности института, например Соловьевичи, эту банду беспредельщиков Соловей Разбойник выдумал, под стать себе, говорит, я разбойник и хлопцы у меня должны быть бандитские.

– И зачем такая служба безопасности? – Хмыкнул я.

– Так они свою задачу выполняют на ура. – Пояснил волк. – Институт в безопасности, это все остальные в опасности, а Институт ни-ни!

– Значит. – Задал я мучивший меня вопрос. – Андреевичи, они вроде как элита? Первородные?

– Что? – Волк аж подавился пирожком, а потом зашелся в хриплом смехе, от чего во все стороны полетели слюни и крошки. – Нет конечно! Сам я Андрея Бельского не знал, но из того, что слышал про него, человеком он был крайне рассеянным, чего не выдумает, все у него с изъяном, смотри сам, Кощей бессмертный, вместо злодея жуткого, получился у него идеальным администратором, и надо сказать к злодейству не тяготеет совсем… Чего тебе? – Волк увидел, что я хочу что-то спросить.

– Чего у него глаза такие синие? Какая-то условность сказочного образа? – Волк пристально посмотрел на меня, а потом снова засмеялся.

– Нет никаких условностей. – Отдышавшись продолжил волк. – Мне Кузьма рассказывал, он, по-моему, из всех Андреевичей, по крайней мере из живых, самый старший, так вот, Бельский перед тем, как Кощея создавать игру престолов смотрел, сериал, а там монстры такие есть белые ходоки, вот и на придумывал он Кощеюшке пристальный взгляд сияющих очей. Ну да ладно. – Волк махнул лапой. – Про Бельского. Все, что он творил, выходило не так, как запланировано, от того и все проблемы его были, пока он наконец то воображлятор Кощею не отдал.

– Ну не знаю. – Пожал я плечами. – Василиса у него получилась вполне себе отлично.

– А ты посмотри дальше длинных ног. – Ухмыльнулся мне волк, и в моей голове зароились мысли о шикарной задницы жены директора Института. – Дурак. Я же не буквально. – Угадал мои мысли серый. – Она должна была быть ходячим справочником, библиотекой, а получилась холодной расчётливой стервой. Кстати, не вздумай с ней ничего замутить пытаться, чем с Василисой в постель, проще уж сразу к Яге на лопату.

– Кстати про лопату. – Начал я, похоже вот тут-то я и узнаю, секрет моей гостиницы.