Страшилки

И она ушла думать куда-то в подсобку, где у неё хранились всякие мётлы и лопаты, а девчонки остались сидеть на скамеечке.
– Не хочу быть старой! Не хочу-у!
– хныкала Уля.
– Не скули!
– сердилась Катя.
– Рассыпаться можешь! Найдём выход! Быть не может, чтобы не нашли!

И тут вышла из подсобки тётя Венера.
– От увядательного яду есть противоядие!
– объявила она.
– Весенние молодые соки!
– Какие же сейчас весенние соки? Сейчас осень!
– У кого осень, а у кого и весна!
– загадочно отвечала дворничиха.
– У кого же сейчас весна?
– У влюблённых весна. У них всегда весна.
– Ну и при чём же здесь влюблённые?
– Не зна-аю! таинственно улыбнулась тётя Венера.
– И опять ушла в свою подсобку. Чокнутая у нас тётя Венера!
– разозлилась Уля.
– Охо-хо, - вздохнула Катя.

– Пойдём что ли мороженого купим с горя, а то мне такой сморщенной даже домой идти неохота.

И они отправились за мороженым.

Пока они шли, подул сильный осенний ветер. Этот ужасный холодный ветер дунул на Улю и Катю... Они покачнулись, как сухие листочки... И обе упали в лужу! И заревели изо всех сил.

В это время мимо шёл восьмиклассник Миша Воропаев. Он был высокий и взрослый. У него были такие красивые курчавые волосы! И ещё он играл в школьном театре!
– Вы не ударились?
– участливо спросил он, выуживая девчонок из лужи.
– Нет!
– сказали девчонки, глядя ему прямо в глаза.
– Вот и хорошо!
– сказал Воропаев и ушёл.

Уля и Катя смотрели ему вслед и наполнялись весенними соками.

Подушка-десантник

Все знают, что чудеса обычно происходят ночью. В семье Ивашкиных именно так и получилось. Активная бабушка Ивашкина купила всем домочадцам ортопедические подушки. Это такие очень дорогие подушки, которые как-то там особенно правильно поддерживают шейные позвонки. От них и сон должен улучшиться, и здоровье потрясающе окрепнуть может. Мама Ивашкина подушке не то чтобы обрадовалась, но послушно взяла. Она знала, что с бабушкой Ивашкиной лучше не спорить. Папа поморщился, но тоже уступил - лёг на эту чудную горбатую подушку, а вот Ваня - их сын и внук - новую подушку как-то сразу не одобрил. Прежняя была мягкая, уютная, а эта и на подушку вовсе не похожа. Но бабушка на него так посмотрела, что пришлось уступить. Только когда бабушка заснула, Ваня эту подушку из-под головы вытащил и под кровать затолкал, а свою прежнюю любимую подушечку - подложил. И правильно сделал, потому что дальше было вот что.

Наступила полночь. Луна, полная и круглая, в окно заглянула. Часы на стенке двенадцать раз пробили. Подушки все, как по команде, поднялись и стали своих хозяев душить! Вот тебе и укрепление здоровья! А сон от этих подушек и правда крепкий - уж заснул, так навсегда! Ужас! Ужас! И все ведь в доме уже спали, один Ваня не спал! А подушка Ванина без дела осталась: кого ж ей душить, если Ваня её под кровать бросил!

Но вдруг все подушки выскочили на середину комнаты, построились в колонну и стали строем ходить, по комнате маршировать! Даже будто где-то барабан бил... Или послышалось?.. А бабушкина подушка громким голосом командовала:

– Левой! Левой! Раз, два, три!

А папина подушка наволочку, как белый флаг, несла. И на языке подушек это тоже означало: "Сдаюсь!" И тогда Ваня понял, что у подушек в отношениях тоже не всё гладко. Бабушкина подушка - командир. И хочет все другие подушки под себя подмять! А папина подушка вроде и не хочет, чтоб её подминали, только ей деваться некуда. Вот она и сдаётся с белым флагом!

Понял Ваня, что действовать надо! Может быть, можно ещё родителей оживить! Дождался Ваня, когда солнышко стало всходить: в такое время все чудеса ночные прекращаются. Обычно ещё в этот час и петухи начинают кричать. Ну, петухов в городской квартире встретишь нечасто, а вот попугай Гриша проснулся в клетке и стал чирикать.

Тут как раз подушки и улеглись спать - на пол прямо.

Ваня осторожно встал, поднял с полу папину подушку и на кухню её унёс. Стал с ней беседу вести.
– Подушечка, - сказал он ласково.
– Дорогая моя! Я вижу, обижают тебя!

Молчит подушечка.

Стал Ваня подушку кулаками взбивать да трясти. Тут подушка заворочалась, заворчала. Ваня опять - её уговаривать.
– Хорошая моя подушечка. Обижают тебя! Дай я тебя пожалею, поглажу, - и принялся подушку гладить.

Подушка разомлела, как кошка, замурлыкала, заурчала даже. И тут Ваня её локтем прижал: - Что же ты, поганка, папу моего задушила?

А подушка хрипло, придушенно так отвечает: - Прости меня! Не хотела! Я вообще обозналась. Нас должны были одним бандитам продать. Дали нам специальное задание: бандитов этих передушить и банду ликвидировать. А тут по ошибке нас твоя бабушка купила. Все подумали, что она - бандитский авторитет!

– Что же вы не видите, что мы - никакая не банда! Мы - семья простая!
– Уж теперь-то я вижу, да только ночью темно. Мы с вами познакомиться толком не успели. А командир наш сказал, что мы на месте, и скомандовал выполнять задание.
– Что ж делать-то?
– спросил Ваня.
– Мне мои родители живыми нужны.
– Давай попробуем их специальной оживительной пудрой посыпать, - предложила подушка.
– У меня есть немножко. Это нам выдавали на крайний случай.
– Где?
– Где-где! В центре подготовки. Если мы вдруг при выполнении задания лишнего кого задушим, на этот случай оживительную пудру дали. Только ты её понемножку используй. И другим подушкам не говори. У нас командир суровый очень! Он десантник бывший. Его один парашютист к попе привязывал, когда с парашютом прыгал. Вот такой заслуженный подушка! И с тех пор он вообще жалости не знает. Ему бы только душить! Смотри, не говори ему ничего!
– Не скажу!
– пообещал Ваня.

Взял он оживительной пудры и пошёл в спальню. Бабушкину подушку-десантника он сразу в шкаф запихал. И начал всех родственников посыпать пудрой.

Первой ожила бабушка. И сразу хотела командовать (была у неё такая склонность), но только с утра у неё голос пропал!

Оживил Ваня папу с мамой. И сразу им сказал, что подушки надо обратно сдать - где купили.

– Да, - сказал папа.
– Что-то я на этой подушке не выспался, шея очень болит.
– И у меня!
– обрадовалась мама.
– и голова кружится. А ещё, смотри-ка, из новых подушек какая-то белая дрянь сыплется.
– Она стряхнула с себя и с папы оживительную пудру.
– Да, - прохрипела бабушка.
– Я вообще без голоса проснулась. И чувство такое, будто меня новой подушкой душили.

И пошли Ивашкины всей семьёй подушки обратно сдавать. Дружно пошли как на праздник.

Ваня на прощанье папину подушку погладил и шепнул тихонько: - Спасибо.
– Мур-р, - проурчала подушка.
– Удачи по борьбе с бандитизмом!
– пожелал Ваня.
– Служим любимой Родине!
– тихо ответила папина подушка.

Так они и расстались.

Бабушка вышла из магазина, покрутила шеей и прохрипела:

– Хорошо ещё, что я ортопедических матрасов не купила!

Маленькие ножки

У Наташи Малиновкиной в этот день было очень хорошее настроение. Ей подарили большую куклу в большой коробке, игрушечную стиральную машину и игрушечный пылесос. Наташа все эти сокровища даже в постель с собой взяла, когда спать ложилась. Коробку, правда, под кровать поставила. Стала уже Наташа засыпать, вдруг слышит: "Топ-топ-топ!" Будто какие-то маленькие ножки бегают по стене. "Топ-топ-топ!" - маленькие ножки уже по потолку топают. "Топ-топ-топ!" - на антресолях. Обняла Наташа куклу, а кукла сама по себе - раз - и глаза закрыла! И в стиральной машине словно бы что-то вертится само собой, а пылесос, кажется, пошевелился! Только коробка тихо под кроватью стоит - не двигается! Неприятно стало Наташе. Вот тебе и хорошее настроение! Какие-то там ножки топают! Встала Наташа, зажгла свет, пошла на кухню и съела там большое пирожное с кремом. От сладкого как-то всегда легче жить бывает! Слышит: маленькие ножки снова: "Топ-топ-топ!" Здесь уже не до пирожных Наташе стало! Помчалась она к папе с мамой жаловаться. Папа проснулся, глаза протирает - никак не поймёт, что случилось. Надел очки, смотрит вокруг: - Нет ничего, Натуся!

И мама проснулась.
– Это, - говорит, свинство первостатейное - людей будить! Потому что мне на работу в шесть вставать!

А Наташа: - Это не я! Это ножки!
– Какие такие ещё ножки?! продолжала сердиться мама.
– Ножки Буша что ли? Окорочка куриные?
– Не знаю!
– хлюпала Наташа.
– Ножки топают!
– А ты ушки заткни, чтоб не слышать. Я вот сплю - мне никакие ножки не слышны!
– Это точно!
– сказал папа.
– Рота солдат маршировать будет - ты и то не услышишь!
– И отлично! ответила мама.
– К чему мне твоя рота? У меня завтра восемь уроков! Каждую перемену столько ножек по коридору топает - мало не покажется!
– Наташина мама учительницей была.
– Папа!
– заныла Наташа.
– Там - ножки!
– Пойдём, сказал папа.
– Разберёмся с ними. Оставим от них рожки да ножки!