Страж. Наемник

– Подставить предлагаешь?! – прошипел Экитармиссен, полукровка безразлично пожал плечами.

– Вам всем плевать на таких как мы полукровок, так в чем же проблема? Он не наш и уж точно не ваш, а жить хочется всем, пожертвуем одним ради остальных, я считаю, что это справедливо, тем более ему уже не жить. Какой-то светлый над ним поработал, затем и второй с перепугу прожарил парня до хрустящей корочки, таким заклинанием, после которого не выживают. – повернулся к светловолосому полукровке. – Заллос, ты согласен со мной? – беловолосый хмуро кивнул. – Тогда бери его за ноги и положим сверху на камень, а то мне уже плохо становится. – полукровки сноровисто переложили раненого на камень и в состоянии крайнего изумления отошли в противоположный конец камеры, ближе к двери. Заллос спросил шепотом.

– Ты почувствовал? – второй кивнул, не спуская настороженного взгляда с тела.

Шло время, но ничего не происходило, люди и старшие рассредоточились по камере, сначала все молчали и внимательно следили за раненым, затем, немного успокоившись, начали переговариваться, лишь краем глаза посматривая на тело. Оборотни снова начали ругаться, ругань постепенно переходила на повышенные тона и вот-вот грозила перерасти в обычную для этого бесшабашного народа драку. Алетагро только тяжело вздохнул и махнул на них рукой. Шум достиг своего апогея, когда раненый слабо пошевелился, полукровки насторожились.

– У-е-е-е, да заткнетесь вы или нет?! – люди, гномы и орки удивленно на него уставились, лишь оборотни продолжили спор, не обращая ни на что внимания. – Ох, моя голова! – раненый резко сел, стряхнул с живота прилипший к крови кристалл, осторожно коснулся головы и дико взвыл, вся кожа была обожжена, волос не наблюдалось и в помине, лишь кровавая корочка. Кристалл подкатился к Алетагро, орк взял его в руку и изумленно покрутил перед глазами совершенно чистый накопитель. Тем временем полукровка, глухо шипя, разодрал спекшиеся веки и удивленно посмотрел на не менее удивленных людей. – От б…! Резковато голые девки сменились грязными мужиками. – оборотни продолжали свой яростный спор, двое вскочили и вцепились друг в друга, раненый поморщился.

– Да я тебе… – рычал Экитармиссен, нанося удары второму оборотню, подсечка и бросок прервали монолог. Оборотень перекатился и задел раненого, полукровка моментально взвился на ноги, несколько глухих ударов и Экитармиссен укатился обратно.

– Ну, чего вы такие громкие?! – посмотрел своими бельмами на моментально притихших оборотней. – Ухи оборву, если орать вздумаете!

Оборотни переглянулись, и камеру сотряс рев четырех глоток. – Наших бьют! – оборотни подскочили к полукровке. Один занес ногу для бокового удара, полукровка и не думал смирно стоять.

– Детки, наверное, будут. – раненый перехватил ногу и коленом припечатал в пах, присел, делая подсечку и валя трех остальных на свалявшуюся солому. – Давайте тогда уж все повеселимся! – с этими словами схватил валяющегося оборотня за ногу и швырнул в людей, сбивая нескольких на землю.

Язулла с изумлением следил за непонятным полукровкой, как только оборотни подскочили к нему, причем молодой воин с трудом успевал за ними следить, лишь с некоторой завистью подумал. – "Мне бы с такой скоростью двигаться!" – дальше произошло что-то непонятное, полукровка размылся туманным пятном, Экитармиссен согнулся пополам, схватившись за пах, трое упали на пол. Затем один из троих вдруг вспорхнул и сбил нескольких человеческих наемников, полукровка, шипя сквозь зубы отметелил двоих оставшихся, причем они даже ни единого удара нанести, не смогли.

Полукровка посмотрел по сторонам, убедился, что больше никто на него нападать не собирается, пробормотал. – Ну вот, а я даже разогреться не успел. – Помог изумленному Экитармиссену сесть, присел перед ним на корточки и проникновенно спросил. – Я предупреждал, что ухи оборву, если будете орать? – оборотень неуверенно кивнул, полукровка усмехнулся, сверкнув белоснежными клыками, что особенно жутковато выглядело на фоне изуродованного лица, покрытого струпьями крови. Язулла охнуть не успел, Экитармиссен лишь дернулся, а полукровка что-то положил ему в руки. – Держи, примотай чем-нибудь, прирастут обратно. – только тут все заметили текущую кровь на том месте, где мигом ранее были уши оборотня.

Полукровка поднялся на ноги, качнулся на месте и пробормотал – А теперь можете пинать. – после чего рухнул как подкошенный. Люди подхватились со своих мест, замерли на миг, и толпа качнулась к телу.

– Бей его! – разнесся рев семи глоток в камере, но очень быстро угас, нарвавшись на трех слегка помятых оборотней, загородивших собой раненого. – Ребята, вы чего? – спросил какой-то бородач из наемников. – Он же опасен, не дай Инкара-Лика снова очнется, порвет ведь.

– Листак, мы не дадим его убить! – желтое свечение глаз потемнело, плавно сменилось темно-янтарным цветом, оборотни приготовились к драке.

Язулла смотрел на оборотней с недоумением, куда только девались малолетние задиры, которыми они были всего пару минут назад? Теперь перед ним стояли подобравшиеся весьма опасные и бесшабашные бойцы, которые ни за что не отойдут в сторону, будут биться, пока бьется сердце. Экитармиссен осторожно положил свои уши странному полукровке на грудь и встал рядом с братьями, воин был точно уверен, что они братья, такое количество детей возможно только у оборотней, но, несомненно, оборотни еще молодые, еще даже не достигшие совершеннолетия. Язулла пристально осмотрел худощавые фигуры четырех парней, янтарные глаза с вертикальной щелочкой, как и у всех оборотней, белоснежные волосы, сейчас тускло серые с застрявшими в них травинками соломы. Ноги слегка согнуты в коленях, кулаки сжаты, в голове у воина промелькнуло – "Эти не отступят, и правильно сделают! Неужели наемники ничего не понимают? Его нужно ввести в команду, четырех, пусть и молодых оборотней с такой легкостью положить не всякому орку под силу, а значит, шансы на выживание повышаются резко!" – Язулла посмотрел на неподвижное тело. – "Только привести его в себя не помешало бы".

– Тьфу! Да делайте с ним, что хотите. – поморщился поименованный Листак, развернулся и уселся на свое место, пробурчал недовольно – Только потом на помощь не зовите, когда он вас убивать станет.

Убедившись, что на них никто нападать не думает, осторожно подхватили полукровку и оттащили в дальний угол, трое оборотней повернулись к нему спиной, Экитармиссен уселся на пятки рядом с раненым. Поморщился и приставил уши обратно, второй оборотень оторвал кусок своей рубашки и кое-как перебинтовал, затем вернулся на свое место. Экитармиссен смешно раздувая ноздри начал обнюхивать полукровку, движения с каждой секундой становились все более дергаными, порывистыми, глаза начали постепенно округляться.

Сидящие неподалеку полукровки начали понемногу отодвигаться дальше от непонятной картины, видя такое дело, сокамерники начали присматриваться к странным манипуляциям оборотня, орки поднялись на ноги, Алетагро двинулся вперед с выражением некоторого беспокойства на лице, из-под нижней губы выступили клыки.

Молодой оборотень осторожно слизнул немного крови, и половина камеры взорвалась хохотом, такого выражения крайнего обалдения не видел еще никто. Экитармиссен, казалось, впал в прострацию, спина вытянута, тело не двигается, взгляд округлившихся глаз устремлен в туманные дали, рот открыт, а брови неуклонно ползут к волосам. Встряхнув головой, Экитармиссен метнулся к братьям и что-то шепнул каждому из них на ухо, оборотни посмотрели на него с недоверием, Экитармиссен просто пожал плечами и указал на полукровку. Трое оборотней повторили процедуру обнюхивания, затем каждый из них слизнул немного крови, после чего пейзаж "обалдевший оборотень" был повторен в трех экземплярах.

– Эй, мелкота, вы чего совсем разум потеряли? – взревел Алетагро, оборотни моментально взвились на ноги, оскалившись, зашипели на подходящего орка, Алетагро даже споткнулся. – Эки, вы чего?

Экитармиссен исподлобья посмотрел в багровые глаза орка. – Алетагро, мы его никому не отдадим! Он наш! – орк удивленно уставился на него и переспросил.

– Он ваш? – оборотни синхронно кивнули, Алетагро почесал затылок. – Так вы что, его есть, не собирались? – братья удивленно переглянулись слева направо, посмотрели на Алетагро и помотали головами.