Стрела Посейдона

— Вот и я так думаю. Может, потому-то они и бросили большую часть груза, оставив двигатель работающим.

Питт немного пораскинул умом.

— Нет ли в этом регионе каких-либо островов?

Достав планшетный компьютер, Егер вызвал карту района, где курс корабля изменился.

— Есть небольшой атолл под названием остров Клиппертон. Он всего милях в двадцати от положения, которые ты мне дал… и прямо по курсу в том же направлении. — Глянув на Питта, он тряхнул головой. — Отличная дедукция.

— У них не было времени затопить судно, вот они, наверное, и направили его на Клиппертон, решив, что оно напорется на риф и исчезнет.

— Вот только штормом его отнесло от острова, — подхватил Егер, — и оно прошло еще четыре тысячи миль, пока не прибыло в Вальпараисо.

Питт отхлебнул кофе.

— Но это ничуть не приближает нас к ответу на вопрос, кто напал на корабль и избавился от его команды.

— Я провел поиск по портовым документам, показывающим недавние поставки боксита, но ничего не всплыло.

— Да, пожалуй, и не всплывет… Хирам, поищи-ка упоминания о любых других пиратских нападениях — или пропавших кораблях, если уж на то пошло — происходивших в Тихом океане в последнее время. И еще одно одолжение… — взяв серебристый камень, Питт швырнул его Егеру. — Я подобрал это на «Тасманской звезде». По пути обратно в компьютерный центр забрось это к ребятам из морской геологии, пусть поведают нам, что это такое.

— Хорошо, — оглядев камень, Егер направился к двери. — Это не наш боксит?

— Подсасывание у меня под ложечкой и большущий севший на мель корабль-призрак говорят, что нет, — покачал головой Дирк.

9

Питт трусцой взбежал по ступеням здания исполнительного управления Эйзенхауэра, пытаясь стряхнуть исподволь подползающее расстройство циркадных ритмов после смены часовых поясов. Это впечатляющее каменное строение по соседству с Белым домом всегда было для Дирка самым любимым из федеральных зданий. Этот образчик архитектуры в стиле Второй французской империи, выстроенный в 1888 году, демонстрировал островерхую мансардную крышу и высокие окна, придававшие ему вид трансплантата из романа Виктора Гюго. Это памятник временам, когда использовали гранит и сланец; а чтобы снизить риск пожара, дерево при его постройке почти не употребляли. По иронии судьбы, в 2007 году пожар на втором этаже чуть не уничтожил кабинет вице-президента Чейни.

Последующие вице-президенты держали в здании только церемониальный кабинет, предпочитая занимать Западное крыло, где могли находиться возле президента как приклеенные. Но с приходом адмирала Джеймса Сандекера ситуация переменилась. Назначенный чуть ли не вопреки собственной воле, когда его предшественник умер на посту, Сандекер предпочел держаться подальше от политиканов, просачивающихся в каждую администрацию. Вместо того он сделал вице-президентский кабинет в старом здании исполнительного управления своей главной рабочей вотчиной. И охотно совершал пешие прогулки через подземный тоннель в Белый дом по нескольку раз на дню, если требовалось, к великой досаде своих хуже подготовленных физически помощников.

Пройдя несколько кордонов безопасности, Питт добрался до приемной апартаментов вице-президента на втором этаже и был препровожден охраной в частный кабинет. Лейтмотивом декора просторной комнаты послужила военно-морская тематика, причитающаяся отставному адмиралу, с несколькими архаичными живописными полотнами, на которых давно позабытые клиперы сражаются со стихиями моря. Хоть Питт и прибыл вовремя, совещание уже шло полным ходом. Двое мужчин и женщина сидели в глубоких креслах вокруг кофейного столика, слушая вице-президента, выхаживающего по толстому ковру с большой сигарой в зубах.

— Дирк, вот и ты, — он стремительно пересек комнату, чтобы пожать Питту руку. — Входи, садись.

Несмотря на мелкое телосложение, энергии Сандекеру хватило бы на десятерых. Его синие глаза, резко контрастирующие с его пламенно-рыжими волосами и вандейковской бородкой им под стать, горели неукротимым темпераментом и проницательностью. Этого вашингтонского ветерана, презирающего политиканство, за его прямоту и целостность уважали и одновременно боялись. Питт же относился к нему как к отцу, ведь Сандекер не один год проработал его начальником в НУПИ, прежде чем стать вице-президентом.

— Рад вас видеть, адмирал. Как вижу, вы в форме.

— На этом посту нужно быть в отличной форме, только чтобы бить оводов, — отозвался тот. — Дирк, позволь тебя познакомить. Дэн Фаулер, вот он, из УППОНИР, Том Черны — специальный помощник президента, а Энн Беннетт — из Службы криминальных расследований ВМС.

Обменявшись со всеми рукопожатиями, Питт уселся, поглядев на часы.

— Вы не опоздали, — подал голос Фаулер. — У нас просто были другие дела с вице-президентом.

— А, понятно. Так чем же может вам помочь скромный инженер-судомеханик?

— Вероятно, ты не в курсе, — сообщил Сандекер, — но в наших программах разработки вооружений наблюдается тревожный вал утечек информации, начавшийся по меньшей мере три года назад. Не вдаваясь в специфику, могу сказать, что они происходили на высоком уровне и дорого нам обошлись.

— Как я понимаю, главные бенефициары тут китайцы.

— Да, — подтвердил Фаулер. — А вы откуда знаете?

— Помню, как они в прошлом году представляли новый истребитель. Он подозрительно походил на наш F-35.

— Это лишь верхушка айсберга, — заметил Сандекер.

— К сожалению, мы добились лишь ограниченного успеха в латании этих утечек. По требованию президента для расследования этой ситуации была сформирована специальная межведомственная комиссия.

— Эти утечки представляют непосредственную угрозу для наших вооруженных сил, — быстро, с напором, как продавец подержанных автомобилей, произнес Черны; одутловатое лицо и большие темные глаза усиливали это сходство. — Президент глубоко обеспокоен этими событиями и требует предпринять все возможные действия для защиты наших жизненно важных технологий.

Питт подавил желание крикнуть: «Президенту — ура!», сразу разглядев в Черны типичного президентского лизоблюда, упивающегося властью, которой помавает, хотя и не может воспользоваться.

— Все это распрекрасно, — проговорил Питт, — но разве половина правительства и без того не занята уже охотой на шпионов и преследованием террористов?

— Нас окружает множество опасностей.

Пока продолжалась эта перепалка, Сандекер закурил сигару и принялся попыхивать ею вопреки запрету на курение в здании.