Стриптиз для профессора

– Хоть один он или с братом? – спросил Елисеев, отсаживаясь от меня подальше – Я слышал, что последний в Штатах.

– Царев сам! – сказала я - И скоро он будет тут! Тимусёнок, лучше отсядь! Для моей безопасности!

Глава 12

Тимофей

– Маш, почему я не могу сесть рядом? – спрашиваю Машу, сидя напротив.

Воронцова в который раз взволнованно потеребила белый платок на своей шей, что одела вероятнее всего, чтоб скрыть засос.

Все еще мечтал врезать другу за засос.

– Потому что оскорбление он ещё мне простит, а вот если со мной будешь сидеть ты, то долго мне пожить не получиться.

– О чем ты? – спрашиваю её непонимающе.

Она нормально может объяснить или перестать говорить загадками хотя бы?

Надоела мне ее скрытность.

– Не важно. – отвечает отвернувшись и протягивая фруктовый коктейль.

Неважно…

Ишь, какая деловая…

– Ещё как важно! – говорю я – Тебе что-то в голову взбрело и теперь неприятности из за меня.

– Поверь! Все нормально! – убеждает она меня – Я знаю Царя не первый год, и лично мне он ничего не сделает, а вот тебе может, так как не любит, чтоб кто-то к его игрушка подходил, пусть они даже сами подошли. Как и я не люблю делиться игрушками… Мы с ним в этом плане очень похожи.

– Игрушки? – переспросил ее я.

– Ну женщины его. – ответила она капельку раздражённо. – Вот скажи мне, как тебя с такой соображалкой в профессоры взяли, Тимусёнок?

– Прекрати меня так называть! – запротестовал я, хоть мне и нравилось, как она произносит это прозвище и как её губы складываются в бантик при этом.

Куколка моя.

Дальше поговорить не дали, так как в кабинку зашли трое. Кир, Вика и незнакомый статный мужчина с хищным прищуром. Наверно это и есть Царь.

Грозный прищур мужчины в купе с косой саженью, придавал мужчине действительно властный вид. Слегка седые на висках волосы переходили в черные как смоль волосы, зачесанные назад.

– Вот эта стриптизёрша меня оскорбила, милый! – пропищала Вика, показывая пальцем на мою Машу.

– Эта? – переспросил Кир и заржал – Так ты ещё легко отделалась!

Пройдя вперед Кир сел рядом со мной и приготовился к по его мнению забавной стене, так как по-детски улыбался.

– Мария Сергеевна! – громогласно произнёс мужчина и впил в девушку строгий взгляд.

– Михаил Максимович! – отзеркалила его Воронцова, смотря при этом без капли страха, а наоборот с вызовом.

Да, характер у моей девочки сложный, крутой.

Нелегко мне с ней будет.

Ох, нелегко…

Если ее даже такой грозный мужик не пугает.

– Милый, я хочу, чтоб её уволили! – прохныкала Вика.

А ведь со мной она также себя вела и я терпел.

За это я её любил?

Все капризы терпел?

– Нет! – ответил Михаил Максимович.

– Почему? – продолжала свои капризы моя бывшая жена – Эта шлюха оскорбил твою любимую девочку.

Маша с сомнением посмотрена на Вику и хмыкнула, как и Кир. Затем оба улыбнулись одинаковыми улыбками. Я бы сказал, их улыбки были точь в точь как у близнецов.

– Кукла, хватит! – повернувшись к Вике, произнёс мужчина – Сколько раз тебе говорить, что в обществе не раскрывала рта?

– Прости, милый. – опустила голову Вика.

Совсем другая.

Пару минут назад, когда мы разговаривали, она была дерзкая, высокомерная сучк*, а сейчас она как тряпка, которой называла меня.

– Мария, - обратился мужчина к Маше, подходя к ней. Я уже весь напрягся, чтоб в случае чего постоять за неё. – Как ты назвала Вику?

– Шлюхой. – спокойно ответила Маша и обвела оценочными взглядом Вику.

– Вот не понимаю – начал Царь, обвел пальцем губы Маши – как из такого красивого ротика вылетают такие плохие слова.

Мужчина сел рядом с Машей и положил руку ей за голову. Маша подала ему новый коктейль, что принесли для неё недавно и вернулась на место.

– Он безалкогольный. – сказала она, а затем ответила на вопрос мужчины – Во всем виновато воспитание. – мужчина принял бокал из её рук и медленно потянул – Меня всю жизнь мужчины воспитывали. А от них порой такие слова слышала, что думаю, у вас бы уши в трубочку скрутились.

– То есть, во всем виноваты родители? – улыбаясь, весело проговорил Царь.

– Ага! – для убедительности кивала головой – А еще они учили меня называть все своими именами. Шлюха и есть шлюха! – Маша гордо задрала подбородок.

– Умничка! – похвалил мою девочку Царь и потрепал ее по голове. – Вика, пойди, припудри носик!

Голос Царя при разговоре с Машей был другой, будто бы забавляющийся, а вот когда он обращался к Вике то жесткий, ледяной.

– Но я не хочу! – захныкала моя бывшая жена.

– Кукла, я сказал рот открывать только в одном случае… - начал Царь.

– … когда в постели! – закончила за него Маша с горящими глазами.

И язык за зубами держать не может…

Вот и чем она меня зацепила?

Тем, что не имеет инстинкт самосохранения?

– Маша! – заорал Царь глядя на мою девочку.
– Еще одно грубое слово вылетит из твоих губ и я звоню Сереже!

Кто такой Сережа?

И почему он пугает Машу им?

– Какие мы ябиды! – сказала Маша и демонстративно обиделась – Маша то! Маша это! Маше то нельзя! Маше вообще ничего нельзя, да?

– Маш, тебе и так свободны больше положенного дают. – сказал мужчина и положил руку на плечо моей девочки.

Руки от него убрал!

Это что за вольности?

И почему Маша ему это позволяет?

– Знаю. – ответила она и впила взгляд на Вику – Иди носик пудри!

– Кукла иди! – поддержал ее Царь.

Постав всем убийственный взгляд Вика вышла.

– Кстати, познакомься, это мои друзья. – начала Маша вскочив –Тимофей и Владимир.

– Взрослые у тебя друзья, Машенька! – недовольно цыкнул Михаил Максимович.