Судьба
Шрифт:
– Понятия не имею. Поэтому вы и услышали то, что в любом другом случае никого бы не касалось. – «Включая тебя», – повисло в воздухе. – Но на всякий случай вдруг пригодится? Подумайте на досуге, как превратить это в старую, скучную, никому не нужную не новость…
Тихий профессиональный стон.
Она ухмыльнулась и выскочила за дверь.
Корделия опасалась, что доставка ее семейства на орбиту превратится в сплошной цирк. Но все прошло не так уж плохо: у Майлза имелся богатый опыт передислоцирования небольших армий. Малышей и Тауру было решено оставить во дворце с няней, прислугой, Службой Безопасности и Рыковым – как
После того как они вышли с орбиты, на смотровую палубу был подан обед. Накрыли два стола. За одним – четверо детей, предоставленных самим себе, плюс отданные им на растерзание младшие офицеры и старшие техники. Таким образом, оказавшиеся за вторым столом старшие Форкосиганы, Оливер, свободные от вахты офицеры и личный врач вице-королевы могли беспрепятственно вести свои скучные взрослые беседы. И эти беседы были не так уж скучны, но Корделия все равно пообещала себе завтра вечером пересесть за другой стол.
За столом – вполне предсказуемо – разговор зашел про пункт назначения. Оливер излагал официальные версии своих военных историй – он их уже давно знал наизусть. Майлз прикладывал немалые усилия, чтобы не расхохотаться, хотя один раз закашлялся, подавившись вином. О героической роли наемного флота, удерживавшего п-в-туннель Вервана до тех пор, пока «Принц Зерг» и корабли Альянса Ступицы Хеджена (созданного исключительно для этого случая) не разорвали кольцо блокады и не нанесли врагу сокрушительное поражение, – разумеется, знали все присутствующие здесь военные.
– Так что вы делали перед цетагандийским вторжением на Верван, граф Форкосиган? – поинтересовался капитан Окойн. – Вы ведь тогда были офицером в самых младших чинах, кажется. Служба Безопасности, если я не ошибаюсь?
Майлз прочистил горло:
– Могу сказать только, что в тот момент занимался сбором информации для СБ в Ступице Хеджена. Более детальный рассказ, боюсь, придется отложить еще на три года. По крайней мере из моих уст. – Для секретной информации время делится на пятилетние циклы, а конкретно эта информация может быть рассекречена через четверть века. Отсчитывал ли Майлз дни? Не исключено. Хотя Корделия была уверена, что в силу ряда обстоятельств ждать придется не двадцать пять лет, а все пятьдесят, но теперь это уже не казалось ей таким долгим сроком, как раньше.
– Какой смысл играть в молчанку, – сказал Окойн, – когда есть все эти верванские голодрамы?
Корделия давно пересмотрела их все – ну или почти все. У Майлза была целая коллекция, которой он оделял родных и близких – включая порой и Грегора, а затем и своего друга-историка, коммодора СБ Галени, у которого имелся допуск, – и в мельчайших деталях критиковал все ошибки. Эйрел обычно не мог удержаться от соблазна помочь, побурчать и покритиковать критические разборы Майлза.
– Я знаю, – вздохнул Майлз. – Но тем не менее – три года.
Окойн выглядел разочарованным, однако возразить тут было нечего. Оливер мягко сменил тему:
– Раз уж вы тут, Майлз, можете повторить свою боевую игру, которую проводили пару лет назад? «Пресечем попытку воровства с наших верфей»?
Ну конечно, именно этой игрой Майлз
увенчал свое Аудиторское расследование, когда на Зергиярском флоте действовала группа расхитителей.Майлз отреагировал с энтузиазмом форели, завидевшей соблазнительную наживку.
– Мы сможем разыграть это вживую? Потребуется определенная подготовка, но я готов поспорить, что сумею удивить…
– Симулятор, – перебил его Оливер. – Так вы сможете проиграть большее количество сценариев.
«И отделаться гораздо меньшей кровью по сравнению с вариантом игры в солдатики живыми людьми», – подумала Корделия.
Майлз все же попытался:
– Симулятор – тоже, конечно, сойдет… Но если хочешь выявить проблемы, о которых никто не подумал, гораздо лучше убрать из реальности все виртуальные условности.
– В принципе я с вами согласен, – сказал Джоул. – Но все равно я – за симулятор.
Офицеры за столом стали бурно обсуждать различные способы проведения этого ценного тренинга, и до конца ужина проблем с новыми темами больше не возникало. Впрочем, Катрионе, Корделии и врачу не пришлось слишком долго слушать про симуляторы и прочее. Дети уже поели и раскапризничались, а младшим офицерам пора было возвращаться к работе. Оливер, похоже, хотел пойти в постель пораньше, да и Корделия тоже.
Наконец-то им удалось остаться наедине. И все было именно так, как Оливер себе представлял все эти долгие недели наверху. Нестандартная широкая кровать в ее стандартной каюте – вот и все, что им требовалось в этом мире. После она позволила ему первому пойти в душ – вдвоем слишком тесно мыться. А когда после душа вернулась в постель, то очень удивилась, что Оливер еще не спит. Он лежал на спине, закинув руку за голову, и смотрел в темноту.
– Ты сегодня тихий, – сказала она, забираясь под одеяло и положив голову ему на грудь, прижимаясь ухом туда, где стучало сердце. – Думаешь о прошлом?
– Нет, о будущем. – Он поцеловал ее волосы. – Тут вот прислали… по работе.
– Это еще зачем? Ты собирался взять отпуск на неделю. Размеренная жизнь для поправки здоровья и все такое?..
Он фыркнул:
– Эй! Ты из-за этого не спишь? Что-то важное?
– М-м… да. Думаю, да.
– Может, обсудим? Если ты скажешь мне, какая информация конфиденциальна, то она таковой и останется.
Вот как раз в этом Оливер нисколько не сомневался.
– Я получил личное сообщение от адмирала Деплена. Он ищет себе замену на должность шефа оперативного отдела Генштаба. Он сказал, что эта должность как раз для меня – он так считает, – если я вдруг захочу кинуть в шляпу записочку со своим именем.
Корделия замерла, тихо моргая.
– А… ты уже отправил ответ?
– Нет пока.
– Не решил? Или решил, но отложил ответ на потом?
«Нет – да, наверное».
– Не решил.
Корделия подняла голову и легла рядом, опираясь на локоть. Он так хорошо изучил ее тело, что оно перестало действовать на него отвлекающе, хотя все равно вызывало восторг.
– Если бы это было радостное «да», ты бы уже прямо сейчас паковал чемоданы на Барраяр.
– Ну, не прямо сейчас… – Его губы дрогнули в улыбке. – Для начала надо найти себе замену. Хотя Бобрик готов к повышению. – «Должен быть готов, на случай критической ситуации». – Как ты думаешь, сможешь с ним работать?
– Да, – медленно ответила она. – Будет не так легко – и приятно, как с тобой, но я смогла бы подстроиться. В любом случае это ненадолго. – Она не сказала: «А как насчет нас?» Только спросила: – Что ты станешь делать со своими эмбрионами?