Судьба

– Во-первых, мы оба соблазнили друг друга, во-вторых, он еще не дошел до дверей. А в-третьих, все гораздо сложнее.

– Что возвращает нас к вопросу, зачем все это?

– Несколько дней назад ты смотрел на него как бдительный сторожевой пес, когда мы всего лишь обнялись. А теперь на чью ты перешел сторону?

– Я на твоей стороне, – буркнул он. – Если только сумею выяснить, где она.

– Понимаю, милый, – вздохнула она. «Я просто хочу, чтобы ты был на моей стороне тихо и где-нибудь в другом месте».

– Возглавить оперативный отдел, – растерянно пробормотал он. – Да уж. Ты ведь знаешь, что отвергнуть такое шикарное предложение все равно что поставить крест на своей карьере. Предполагается, что ты не откажешься, если предан делу, которому служишь.

– Да, я имею некоторое представление о психологии высшего командования.

– И не то чтобы карьера Оливера уже не вполне… состоялась и без этого назначения.

– Именно.

Во взгляде его на миг мелькнула тоска. Завидовал жизни в Имперских вооруженных силах, о которой одно время мечтал? Честно говоря, Корделия считала, что служба в СБ, где непредсказуемый гений Майлза раскрылся в полной мере, подходила ему больше всего. Запихнуть его в регулярные части было бы катастрофой – и действительно было, напомнила она себе о результатах более раннего эксперимента. «У всех нас есть мечты и свое «могло бы быть».

Майлз повертел в руках трость и пробурчал:

– Ну ладно. Это действительно серьезное решение для действующего офицера. Особенно для простолюдина его поколения, сделавшего карьеру с нуля.

– И как бы ты на его месте поступил? – с любопытством спросила она.

– Чтобы мне оказаться на его месте, моя жизнь должна была бы быть совершенно иной.

– Я понимаю. Но предположим. Представь, ты бы ухаживал за Катрионой, а она или не могла бы покинуть Зергияр – или не хотела.

– Это сравнение неудачное. Любая женщина, связывая свою судьбу со старшим имперским офицером, знает, что она получит в комплекте. И это она должна была бы выбирать, последовать за ним или остаться, а не он – остаться или уйти. Если он должен выполнить приказ, я имел в виду. Хотя да, здесь все не совсем так. Единственное принятое мной решение, которое так же разрывало мне сердце… – И он резко замолчал.

– М-м?

– …не было связано с женщинами, – закончил он. И после паузы добавил: – Дело было в амбициях. Хм… Да. Кажется, я не завидую Оливеру с его дилеммой.

«Ох, малыш, ты даже не представляешь себе…»

Она перехватила устремленный на нее взгляд Майлза.

– Если хочешь, я помогу удержать его, – предложил Майлз почти без всякой иронии.

«Э-э-э…»

– Я хочу, чтобы Оливер принял решение, о котором не пожалеет. Не думаю, что кто-то из нас в состоянии ему в этом помочь. – И заставила себя добавить: – Хотя я ценю твое предложение. Оно было из лучших побуждений. – «Потенциально катастрофическое, но из лучших побуждений». – Только если ты действительно хочешь помочь, ложись спать, чтобы и я тоже могла выспаться.

Майлз фыркнул:

– Да-да, я способен понимать намеки.

К облегчению Корделии, он встал и захромал к выходу, помахав ей рукой.

* * *

Джоул решил, что лучший способ избежать еще одной приватной беседы с любознательным сыном Корделии – не оставаться с ним наедине. Воплощая свой план, он пригласил на следующий день Кайю и Теодора на обед в офицерской столовой на втором этаже. Среди разговоров о злонамеренных планах угона кораблей на симуляторе – Кайя играла сегодня на стороне Майлза, в нападении, – и проблемах Гридграда ему легко удалось избежать личных тем, и Джоул расслабился, позволив гостям общаться, как им угодно.

Покуда Кайя не нарушила временное затишье, когда все увлеченно жевали и глотали, спросив:

– Чего вы ожидаете от пикника в честь вашего дня рождения, адмирал? Чего бы вам больше всего хотелось?

Вопрос застиг Джоула врасплох, и он ответил честно:

– Чтобы не было пострадавших.

– Аминь, – прочувствованно проворчал Теодор, выразив одобрение. Он пока не произнес «Говорил же я тебе» (хотя масштаб события разрастался день ото дня) – зато все это время очень выразительно молчал.

Майлз понимающе ухмыльнулся.

– В нашем комитете выбран офицер, ответственный за безопасность – горячо заверила его Кайя. – Он уже связался с Каринбургской стражей и все такое. Адмирал, я вас серьезно спрашиваю!

Не иначе как комитет направил Кайю на разведку по поводу этого животрепещущего вопроса. Что ж, вполне логично. Джоул задумался. Наипервейшее его желание – день в хижине у Пенни наедине с Корделией, но тут ничего не светит. Следующее желание – провести день в одиночестве, взять тайм-аут, устроиться где-нибудь в тишине и уюте, поваляться и почитать следующий выпуск университетского биологического журнала об их странных исследованиях. Поход, желательно с Корделией, куда-нибудь в глушь был бы прекрасен. Или пикник для них двоих, а не для пары тысяч человек. Он мог бы продолжить, но, наверное, не стоит. Кайя ведь надеялась на что-то простое и выполнимое: например, бутылку его любимого спиртного – пустое множество, увы, – или прогулку верхом на пони, да что угодно в таком роде. И если он не придумает ответ или хотя бы не задаст нужное направление, то рискует нарваться на черт знает что.

Он слишком долго колебался. Теодор, не раз присутствовавший на различных празднованиях по поводу повышения и на церемониях смены командования, а значит, несомненно, умевший разрешить для себя подобную дилемму, сочувственно фыркнул.

– Что случилось с твоей безумной идеей обзавестись к пятидесятилетию сыном, а, Оливер? Хотя, думаю, это не то, с чем тебе может помочь комитет. Ну, разве что усыновишь какого-нибудь мальчишку-мичмана, что, должен признать, сэкономит тебе кучу времени.

Майлз застыл на месте, а потом моргнул как ящерица:

– Правда? Моя мать добралась и до вас, Оливер?

«Во всех смыслах».

– Она расписывает достоинства нового репроцентра каждому, кто готов слушать. И действует в этом отношении очень по-бетански.

И то, и другое – истинная правда.

– Но как это совместить с… – Он умолк, посмотрев на Джоула тем острым, как луч лазерного сканера, взглядом, который неожиданно направлял на собеседника, когда тот был уверен, что он смотрит куда-то в сторону – а то и в три разные стороны.

«Нам нужно поговорить, – подумал Джоул, а потом: – Нет, не нужно». В любом случае точно не здесь.

Вместо этого он сказал Кайе:

– И не забывайте, что у меня мало места для хранения чего бы то ни было.

В квартире, во всяком случае. Хотя он может найти на базе незанятый уголок, способный вместить что угодно размером с десантный катер. К его радости, об этом Теодор умолчал.

– Если хотите сделать ему сюрприз, попробуйте попросить мою мать помочь с идеями, – любезно предложил Майлз.

Кайя посмотрела на него задумчиво:

– Я полагаю, вы с адмиралом знакомы довольно давно?

– И довольно хорошо, – пробормотал Майлз. – Как мне думалось.

Снова оценивает? Джоул недовольно нахмурился.

– Да, вы ведь знаете, что Оливер будет сопровождать вице-королеву? – вклинился Теодор. – Не оставляйте ее за бортом церемонии.

– Да, сэр, я знаю, – ответила Кайя. – Мы попросили ее вручить призы в турнире по пешему поло.

Пешее поло было версией «для бедных» древнего конного поло, традиционной игры форов, которую в оны годы окрестили «хватай голову цета». Когда Корделия стала здесь вице-королевой, кто-то однажды попробовал переименовать игру в «хватай голову Фордариана», но она быстренько это пресекла. В пешем поло участвовали три противоборствующие команды. Игроки с клюшками в армейских полуботинках гоняли мяч по размеченному участку неровной местности, которую выбирали по принципу максимальной ухабистости и бугристости. Да и сами игроки тоже не отличались изысканностью манер.