Свидетели сердца моего

Смертник

Вспорхнув из преисподней

Словно дьявол

Из темной подворотни

Компанию составив

Мне

Перелетев гранит и лужи

Напуганный тюремным стоном

Или повешенным на площади

Что хуже…

Уселся белый ворон

На трухлявом пне

Прозрачный точно призрак

Природный небожитель

Глядел в глаза мне снизу

Мой заворожитель

Насмешник

Родившийся без стаи

Неспешно

Нашел меня, летая

Мы оба видели

Как мимо

Бледный без плаща

Брел мученик гонимый

В руки палача

На казнь

Несокрушимый

Вот голова еще одна

Обрушилась с плеча

Забрызгана от здания кирпичная стена

Кровь горяча

В артериальной вене

И от нее черна

Как будто в пене

Вся улица столицы!

Кто посчитал, что места нет в ней

Дикой белой птице?

Того утащат черти!

Тот будет съеден

Тысячью червей!

Тому нет места

На белом этом свете!

Для кого я живу?

Я никогда не стану никуда спешить

Я не позволю юности, прощаясь, уходить

Как времени, скажи мне, помешать

Уродовать и после убивать?

Наш каждый день нас к смерти приближает

Стремительно свой такт нам сердце отбивает

Отсчет

ведет обратный невозвратно

Скоропостижные потери и утраты

Страницы книги близятся к концу,

Как жизнь несется к своему венцу

Они исписаны для вас, бумажные холсты

Но я листаю их – они пока чисты

Они собой меня определяют

В них все, что на меня влияет

Все то, что так меня безумно вдохновляет

Свидетели безмолвной красоты

Белее белого нежнейшие листы

Такая шутка злая нам напоминает:

«Секунде каждой цену назначайте!»

С какими целями наш космос создавался?

Такой расклад для нас зачем определялся?

Мы как песчинки жизни в сказочном пруду

Течением подхвачены, несемся в пустоту

В потоке волшебства я не устану плыть,

Но время как, скажи мне, победить?

Прокламация

Готовы будьте биться за свободу

И равноправие любое на Земле,

Терять не смейте чистоту природы,

Летать мечтам на крыльях вашим где?

Едины будьте, будучи собою,

Решительно идя во след своей звезде!

Умейте меч нести достойно за спиною, ступая по сырой траве

Сильнейшим из оружий ваших будет разум

Менять на подлость честь не нужно в черной мгле

Естественно, что дух окрепнет ваш не сразу

Растаять помешайте духу в небытие

Тогда по вашему безмолвному приказу

Ь (Знак мягкий) тверже станет льда зимой в воде

Не стоит легкий путь предпочитать извилистой дороге,

Отважно маршируйте по тропе!

Ее все испытания пройти на высоте

Товарищи помогут ваши вам! Они подмога!

Доверьтесь же своей судьбе!

Гореть в аду «Mein Kampf» отныне будет вечно!

Ее ожить страницы снова не должны,

Невероятные жестокие убийцы бессердечно

О, сколько душ невинных погубили вы!

Цените тот урок, что жизнь нам преподносит

И помните, что смерть не отдает свои долги

Другому, непохожему, протягивая руку, мы привносим

Улыбку светлую и радугу в наш мир и в часть своей души

Ад

Столь многочисленны Земли дороги

Планеты нашей средь других планет

И те пути, что нам определяют Боги

Не постоянно озаряет добрый свет

Порою тень ложится мне под ноги:

Луна хохочет истерично, как Гомер

Над головою, ворон мечет взором строгим

Рассудком овладели Аллан и Бодлер

В тупик волками загнан оказался

Мой разум и сознанье неизвестно где

Я на болотах топких потерялся

В ночном кошмаре и кромешной темноте

Вернуться не пытайтесь! Безуспешно!

Ведь множество Земли любых дорог

Смеясь над вами, исключает безутешно

Возможность обрести родной порог

Меня терзают монстры и химеры

Пугают скрипом лезвий гильотин

Пытают оловом, как Солнце жжет Венеру

Вгоняют в вены соль, дезоморфин

Морфей давно уже меня покинул

Оставил сон и голод позабыл

Стократной боли кроме, нет ничего в помине

Не избавлением – бессмертьем Дьявол наградил

Потоки лавы омывают мое тело

Меня возносит страх на пьедестал

Страданий и агоний непомерных

Вот истязаний вечных час настал

Кого куда ведут нас по миру дороги

Одних во тьму, других на чистый свет

Играют в наши жизни Боги

Несут планету крылья меж других планет…

Лиловый цветущий ангел

Белые цветы мои ладони

Нежно обнимают, уходя

Неизбежно от пасмурной погони

За землею капелек дождя.

За зеленую траву лучи от солнца

Спрятали сухие лепестки,

Выгляни и посмотри в свое оконце

Адела вьется —

Ядовитый плющ моей тоски…

Жаждут поцелуев влажные бутоны

Губ моих горячего тепла,

Облака над лесом полутемным, словно тонны

Воздушного свинцового стекла.

Ковром рассыпаны у замка мертвым

Останки съеденных, пустые черепа

Мы приглашаем вас к себе на званый ужин

Адела непременно голодна

В меню сегодня части ваших тел

Не более, я думаю, двух дюжин,

На вкус отменные, и…

Ваша голова!

Еще не совсем умерший

Крадется ночь, минуты льются

Бежать бы прочь и не вернуться

Во имя жизни

Против боли

Во исполненье доброй воли

Я слышу гул сырых сердец

Дрожащий и гнилой мертвец

С облезлой кожею сухой

Умерший, но едва живой

Присел ко мне на край кровати

Зловоньем пышет мерзким!

Хватит!

Отвисли губы, кровь в виски

Объятий крепкие тиски

Туман ложится, веет смрадом

Он думает, как будто рад я

Его внезапному визиту

Явилось дряблое корыто

О чем-то мне вести рассказ

Подвергся разложенью глаз

Скрипит дряхлеющий скелет

Ему немало сотен лет

Струями хлещут на пол слюни

Страшна, ужасна ночь июня!

Но вдруг нежданный гость уходит

Сшибая стул, по спальне бродит

Гремит цепями и костями

Зубы валятся горстями

Ошибся смертник, ищет дверь

Ох, испугал же, гадкий зверь!

Алхимия

Как механизм работает со стуком

На лист тетрадный градом льются буквы

В стеклянных колбах с характерным звуком

Кипят в агонии страдания и муки…

Последние в деревне покосились крыши,

И жизни прежний быт давно из моды вышел

Пустует за воротами заброшенный лицей,

Оставлен лицеистами для собственных детей

Глухие комнаты заждались в нем вестей

Но, кроме трещин, не предвидится других гостей,

Ртуть механически сочится изо всех щелей

На кожу капает с солями щелочей

Теоретически нет боли горячей

Практическая магия физических вещей

Технически металл наносит шрамы на сердца

И в горло льется олово, раствор свинца

Рукой незрячего безумного слепца

Его ты должен выпить раскаленным до конца

Под хриплый голос формул еретических чтеца

Покойника на шее скрыта полоса

Соединить бы эти ткани с помощью фальца

Умением хирурга – мудреца

Его талантом, высшим проявленьем мастерства,

Инвентарем его врачебного лечебного ларца

Нейтрализует тогда слезы кислота

Сульфидами покрыта станет суета

Сильфиду ждут по-прежнему святые небеса,

Поникнет

святотатство у священного креста

Покойник

На старинный подоконник

Твой предвестник прилетел

За оградой черный ворон

Помахав крылом присел

Проснись, мертвец

Мой навеститель

Снимаю шляпу

Мрачный мститель

Покинь могильную обитель

Явись, поведай

Тайн своих больных

Стряхни с них пыль

Освободись!

Прогнивших слышу скрип костей

Приму тебя среди гостей

Мне важен твой ночной визит

Меня совсем он не страшит

Ты знаешь

Надгробием своим меня не испугаешь

Живой опасней индивид

Чем твой потусторонний вид

Присядь!

Останься…

Следов загадочных узор

Нас ожидает разговор

Мое Rispetto

Наш симбиозный синостоз

Позволь задать тебе вопрос

Устал ли ты с большой дороги?

Какие обивал пороги?

На протяжении жизни всей

Каких ты видывал людей?

Каких народов чтил каноны?

Какие исполнял законы?

Какие нормы нарушал?

Каких табу не соблюдал?

Пока не скинул одеяний —

Совсем размякших мягких тканей

К ногам жестоких анемий,

Врагам движений, атрофий

Я подчинен твоим глазам

Поблекшим

Подвластен я твоим словам

Всю суть повлекшим за собой

Внимаю!

Из царства запада

С земли усопших трупов

К тебе поднялся я

Аид и Персефона

Меня отправили сюда

Ведь ты искал и звал меня

Твоя молитва преисполнена огня

Не затушить который

Ты словно поезд скорый

По колее несущийся

В пути

За колесницей ночи

И колесницей дня

Сбивая все устои

Не находя покоя

На месте не стоя

Вещаю!

Тебе

Патологический анатом

Я отвечаю

О жизни нету смысла говорить

Ей нужно жить

Все то, что было до нее

И будет после

Это кома

Недужная истома

Запомни, завещаю

Заклинаю!

И не уместен будет торг

В наиглупейшем споре

О назначении жизни и ее цене

Поймешь и осознаешь это вскоре

После того, когда тебе

Свои откроет двери морг

И ангел смерти или демон

Объятия распахнет

В кромешной и туманной мгле

Тебя встречая

Все в памяти твоей до основания стирая

И даже имени тебе не оставляя

Не относись к дыханию беспечно

Сердцебиение не вечно!

Сказать мне нежилец успел

О главном

Наутро ворон улетел

И славно…

Непохожие

Переверни планету эту вверх ногами

В Венеции каналы вдруг дождями

Польются в небо… Каплями, струями

Смывая к звездам, унося волнами

Так не похожи, но…

Побыть с тобою мне сегодня можно

Ты исчезаешь, как роса с моей чуть теплой кожи

Я не хочу разрушить вдруг неосторожно

Совместный этот вечер наш, до края многосложный

И потерять тебя…

Течет по нашей Вене в сердце прямиком

С небес из ватных облаков немым дождем

Вся талая вода, мой белый ром со льдом

Одни мы в этом городе Австрийском… Мы с тобой вдвоем

Мы не похожи, но…

Побудь со мною, мне сегодня сложно

Хочу забыть про это слово – «невозможно»

Я верю в то, что все небезнадежно

Найти тебя, скажи, мне кто-нибудь поможет?

И не терять тебя…

Там, где рождается ветер…

На пальце вместо обручального кольца

Лишь отзвук отречения влюбленного юнца

Влюбленного в себя до самого конца

До основанья губ, ресниц венца

Влюбленного в другого подлеца

Такого дерзкого, как сам я, наглеца

Влюбленного в такого же глупца

У моего ребенка нет отца…

Мальчик, художник, поэт, офицер

Кто ты – неважно, будь ближе

У старого дома на ветхом крыльце,

На улице тихой, видишь —

Там, в белоснежной цветочной пыльце

Ветер… Рождается, чтобы выжить

Мой автор

Ты смотришь мне в глаза с опаской

Ты тонешь в них – твое фиаско

Я в мастерской твоей из ласки

Альбом картинок эротичных

Этапы действий нелогичных

Ассиметрично-поэтичных

Твой творческий процесс, твой арт

Статично-эстетичный

Меланхоличный будуар

Мой дьявол деспотичный

Я твой аксессуар

Твой праздник неприличный

Среди бордовых роз готичных,

Меж белых лилий флегматичных,

Чьи лепестки, немного скомкав,

Постельному белью ты уподобил тонко,

Снял ты меня себе на фотопленку

В режиме М обнял, как своего ребенка

Теперь я фото – вешу грамм

Слайд-шоу обнаженных драм

Показ портретов инфернальных

Изображений аморальных

JPEG-икон спиритуальных

100 гигабайт нетривиальных

Архив эмблем концептуальных

Мой созерцатель ненормальный

Февральский вечер, тихий плач

Эпичный танец неудач

Мой созидатель, мой палач

Я галерея незадач

Непокоримая вершина

Наш поцелуй, контакт – наш синапс

На наивысшем обертоне

Мы биполярные нейроны

А страсть – связной наш медиатор

Моменталист, импровизатор

Она сокрыта в нашу призму

Играет с нами, как актриса

В игру… Она наш нервный импульс

Для нас двоих – медиатриса

Я твой на кадр, лишь на раз

Не ограненный твой алмаз

Я твой интимный атрибут

Всего на несколько минут

Тебя же я забыть не в силах

Желание неисполнимо

Наш креативный холдинг, корпорация

Союз сцепной, слияние и копуляция

Я рук твоих, мой Бог, созданье

В твоих глазах очарованье

Чуть инфантильные, как дети

Субтильны мы, как летний ветер

Все как в кино, на коже дрожь

В руках то камера, то нож

Оцепенение, саспенс

Мой чародей, мой экстрасенс

Окончится роман со вспышкой

Прыжок одномоментный с вышки

Напыщенность, твой пафос, фарс

То в профиль, то в анфас экстаз

Инстинктов наших вижу титры:

«С останками играют тигры

Их когти как живые бритвы

На вкус клубничной крови литры

Ажиотаж под сердца ритмы

На абордаж захвачен в битве

Один из нас – сильнейший лидер

Я в память о победе вышью S тебе на свитер

В червивых фруктах многоножки

Изъедена любовь твоя

Она как книга без обложки

Как «мы с тобою» без «тебя»

Над ней кружатся стаей грифы

Ты для нее таксидермист

Разбитая, лежит, о рифы

И не играет пианист…»

Таков удел и таково пророчество

Да здравствует Его Высочество,

Забвенное проклятье – Одиночество!

И, знаешь ли, его

Шальная пуля не жалеет никого…

Графических форматов граф

Надменен твой презренный нрав

Публичных жаждущий оваций

Ты для толпы лишь папарацци

Мой личный фоторепортер

Я твой с обложки стриптизер

Ты смотришь мне в глаза так строго

Мой целомудренный порнограф