Свингеры

– А почему ты не пришла сегодня к Тёме вместе с братом? У него в комнате много игрушек. Всем хватило бы.

Девочка безразлично пожала маленькими плечами.

– Не знаю. Мама мне не сказала.

– А ты почему не позвал сестру с собой? – громко спросила Лиза, обратившись к Вовке.

Тот лишь опустил голову, ничего не сказав в ответ. За него ответила Ксюша:

– Он тоже не хотел идти, но мама сказала, что надо.

Ответ девочки заставил Лизу задуматься.

– А разве Вовка не попросил вашу маму пойти к нам в гости? – спросила она.

Девочка отрицательно покачала головой.

– Нет. Сказала, что надо навестить Тёму, взяла его за руку и они пошли. А я осталась дома с папой. Но папа со мной не возился. Он всё время сидел на кухне и смотрел в окно. А когда пришла мама, они пошли в комнату.

– И что они там делали? – машинально спросила Лиза.

– Я не знаю. Нам нельзя заходить в их спальню.

От жалобного Ксюшиного тона Лизе стало не по себе. Ей показался странным её рассказ, тем более она помнила, что окна кухонь у их домов находились друг против друга, и отлично просматривались. Значит, если учесть, что Кристина и Марат попивали кофе, сидя за столом на кухне, то Макс, видимо, за ними следил. От такого открытия у неё появилось странное чувство тревоги. Особенно её задело то, что детям нельзя было посещать комнату родителей. Жуть, да и только.

– А почему вы такие грустные? – снова спросила она, с опаской глядя на детей.

– Нам нельзя в дом. Мама сказала погулять.

Наивные детские глаза с грустью смотрели на Лизу, в то время как её брат бесцельно ковырялся в песке. В груди у женщины что-то защемило, как будто внутренний голос внезапно забил тревогу. Она посмотрела на окна соседского дома, но никого в них не увидела.

– Значит, твои родители оба дома, но не пускают вас домой, – медленно заключила она, наблюдая за её реакцией. – Может мне стоит зайти?

Девочка промолчала, но по её глазам она поняла, что это плохая затея. Тем не менее она не хотела оставлять их одних. С другой стороны это могло ничего не означать. На дворе лето, хорошая солнечная погода, и Кристина могла просто попросить их побыть на свежем воздухе. Вполне вероятно именно так оно и было. Не могла же она в наглую выставить собственных детей на улицу без видимой причины.

– Я скажу Тёме, чтобы пришёл к вам. Хотите?

Ксюша радостно захлопала в ладоши. Оживился и Вовка, с интересом посмотрев в её сторону.

– Только никуда не уходите, – предупредила Лиза.

– Не уйдём, – отозвался мальчик, по-прежнему сидя на краю песочницы. – Мы только вышли. Они откроют где-то через час.

Лучше бы он этого не говорил. Она уже пожалела о том, что пообещала привести сына. Что-то в их семье настораживало. Странные правила, не позволявшие детям находиться дома. Подавив в себе негодование, женщина ушла обратно в дом, забыв на земле пустой таз.

Появившись в гостиной, она не сразу отыскала мужа. Он находился в комнате сына и разбирал с ним текс из учебника по дошкольному образованию. Мальчик медленно читал рассказ, сидя за столом. Марат со скучающим видом внимал его словам. Лиза показалась на пороге с обеспокоенным выражением лица.

– Нам надо поговорить, – встревоженно произнесла она.

Мальчик прервал чтение и посмотрел на мать. Марат вопросительно вскинул брови.

– Лиз, мы только начали, – лениво кинул он, потирая глаза.

– Это важно. Идём.

Категоричный тон супруги не оставлял ему выбора. Потрепав Тёму по волосам, он встал с кровати-автомобиля и покорно вышел вслед за женой. Она ждала его в коридоре. Дождавшись пока он закроет дверь в спальню сына, спешно передала всё, что услышала от детей. К её досаде, муж не услышал в её рассказе ничего подозрительного.

– Не понимаю от чего ты так завелась. Чужой дом, чужие правила.

– Они выгнали детей на улицу и запретили возвращаться пока не позволят. Марат, это странно. Видел бы ты их глаза.

– Всё равно не понимаю чего ты так завелась, – покачал головой он.

Он прислонился спиной к стене и устало посмотрел на жену.

– О чём ты говорил с ней утром? – неожиданно задала вопрос Лиза, который ранее не хотела задавать.

– Что?

– Ты слышал. Я знаю, что ты угостил её кофе. О чём вы говорили?

Он не мог поверить своим ушам. Ревновала Лиза лишь в редкие моменты, если на то действительно были веские причины. В этот раз она его удивила.

– Да не помню я. Ни о чём.

– Не ври мне. Ты даже не удосужился мне рассказать.

– Рассказать о чём, Лиза? О том, что предложил ей выпить? Ты серьёзно?

Он обессиленно развёл руками.

– Я тебе ничего не предъявляю.

– Что-то не похоже. Боже, Лиза. Это просто знак вежливости.

– Я же сказала, мне без разницы. Просто хочу знать чего она хотела.

Она чувствовала как он внутренне негодовал.

– Не хочу продолжать, – взявшись за голову, сказал он. – Я сейчас занимаюсь с сыном. Остынь, пожалуйста. Ладно?

– Да со мной всё в порядке, – резко воскликнула Лиза. – Просто хочу разобраться, вот и всё. Неужели так трудно ответить?

– Мне пора.

Он дёрнул за ручку двери и скрылся в комнате сына, оставив её одну. Лиза какое-то время стояла в коридоре, обдумывая произошедшее. Затем метнулась вниз и вышла из дома.

На соседской площадке по-прежнему скучали дети. Она замедлила шаг по мере приближения к ним. Остановившись у кустов, разделявших дворы, женщина слегка замялась. Ксюша с интересом посмотрела на неё.

– А где Тёма? – тихо спросила она.

– Дети, извините. Я совсем забегалась и забыла, что он занят. – Виновато посмотрев на них, добавила: – Занимается с папой чтением. Как-нибудь в другой раз.

– Ладно, – тяжело вздохнула девочка.

Вовка и вовсе ничего не произнёс. Он демонстративно отвернулся, свесил голову и замер, уставившись в одну точку. Ей ничего не оставалось как уйти, подобрав с земли пустой таз.

9 глава

«Может в этой ситуации я не права», – размышляла Лиза, ложась спать.

Марат уже дрых. По крайней мере посапывал, лёжа на боку. Она не стала его трогать, как и после того, что произошло днём. Они больше не затрагивали тему соседей, их детей и всего, что их не касалось. Марат был прав, сказав, что чужой дом – чужие правила. Ей бы тоже не понравилось, если бы кто-то сунул нос в дела её семьи, тем более не разобравшись.

Утро понедельника началось с привычного кофе, пробуждения сына и завтрака, состоящего из традиционных тостов и джема. Марат покинул дом первым, поочерёдно поцеловав в щёки жену и сына. Он отправился на работу на такси, любезно уступив семейный Крайслер супруге, которой ещё предстояло отвезти ребёнка в детский сад.