Свободные Миры

Крестьянин попытался привстать, но бойцы не дали ему этого сделать, и он, обернувшись, указал грязным пальцем на небольшую дорогу присыпанную снегом:

— Вот по ней, три дня пути.

— Три дня на чем?

— Пешком конечно, светлый повелитель, — недоуменно произнес оборванец.

— Сколько людей в замке?

Лицо местного жителя расплылось в благостной улыбке, и он сказал:

— Много, в замке люди на зиму с десяти сел собираются, и это почти шестьсот человек.

— А вы, почему здесь одни зимуете?

— Дык, охраняем дома от дикого зверья и шамхулов.

— Шамхулы, кто такие?

При этом вопросе крестьянин испуганно заозирался, понизил голос почти до шепота и произнес:

— Это твари бездны, приходящие в зимнее время за нашими женщинами. Победить их невозможно, они закованы в железо, и никто не видел их лиц.

— Так как же вы охраняете хозяйство, если они непобедимы? — усмехнулся росс.

— Мы прячемся в подвал, а шамхулы чуют, что женщин нет, и уходят.

С двоих все время молчавших крестьян сняли переводчики и отпустили, а с собой, в качестве толмача, прихватили только одного, самого говорливого. Ратмир и его бойцы вновь загрузились в вертушку, и отправились вдоль дороги к замку местного правителя.

Замок располагался километрах в шестидесяти по прямой, и представлял из себя четыре мощные башни соединенных высокими и прочными стенами.

"Явно не местные доходяги-оборвыши строили" — подумал комбат россов, и дал команду снижаться в поле перед воротами.

"Крокодил" приземлился, и Ратмир, в сопровождении трех бойцов и крестьянина, направился к замку, где в это время забегал по стенам народ, и взвыл сигнальный рог, а через мгновение его поддержал своим звоном колокол одной из башен. Подойдя вплотную, комбат россов оглянулся, и чуть не зажал нос от отвращения. Вдоль стен валялись груды мусора, нечистот и костей, а поверх, все это украшали желтые пятна мочи, ясно видимые на недавно выпавшем снегу. Видимо местные жители и охрана, не утруждали себя такими постройками как туалет и помойка, так что вываливали все сразу за стену.

С башни свесилось несколько голов, которые с любопытством и опаской рассматривали россов, одетых в чистенькие земные комплекты "Арктика", и перетянутых разгрузками с боезапасом. Ратмир толкнул бывшего с ними крестьянина в бок, и сказал:

— Повторяй за мной, толмачить будешь. Твои друзья в замке не поймут мои слова, но я, буду понимать вашу речь.

— Все понял, светлый господин, повелевающий драконом, — закивал тот.

— Скажи, что к властелину пустоши Цыцы, прибыли послы от его нового соседа, светлого повелителя Тимофея фон Кудрявцева.

Толмач начал выкрикивать все это собравшимся на привратной башне, а те, побежали за своим начальником. Минут через пять появился толстый господин средних лет, выделяющийся среди остальных только куцей и драной шубенкой с расстегнутыми на пузе пуговицами, а так, то же самое, грязные сальные волосы и перепачканная морда лица.

Местный босс, судя по всему, был в легком подпитии и, навалившись на стену, прокричал:

— Кто вы такие, что посмели побеспокоить мой покой, господина и повелителя всех пустошей на восток от Гредмара? Вам не испугать меня драконом, чужеземцы, ведь даже шамхулы не могут проникнуть сюда.

— Открывай ворота Цыца, разговор есть, — прокричал росс, — а то вышибем их, и сами войдем.

Местный повелитель, было, хотел еще что-то сказать, но тут, над замком появились два вызванных летчиками на подмогу "крокодила", и он, только махнув рукой, скрылся из виду. Ржавые и давно не смазываемые ворота, кряхтя всеми своими механизмами, затрещали и стали открываться. Проход открылся, и Ратмир, все так же в сопровождении бойцов и перепуганного крестьянина, вошел в замок.

Посреди немаленького изгаженного замкового двора, в кресле установленном прямо в грязный снег, расселся Цыца. Позади него стояла местная дружина — три десятка охламонов в ржавых доспехах, а на стенах толкались сотни людей.

"Вот тебе и первый контакт", — подумал Ратмир и, подойдя к местному повелителю, протянул ему переводчик.

— Привет тебе властелин пустошей, от светлого повелителя Тимофея фон Кудрявцева. Возьми этот прибор, и мы сможем общаться напрямую, — произнес комбат-росс.

Цыца услышав от крестьянина перевод, немного поколебался, неуверенно оглянулся на своих воинов и, взяв переводчик, довольно грамотно закрепил его на шее.

— Теперь, ты понимаешь меня? — спросил Ратмир.

— Да, — ответил Цыца.

Ратмир кивнул своим бойцам, и те, сдернув с крестьянина переводчик, легким пинком направили его к группе таких же, как и он. Комбат россов удовлетворенно кивнул, и продолжил общение с ярковыраженным представителем местной элиты:

— Мы пришли из другого мира. Ты знаешь о Вратах?

— Да, — закивал Цыца, — но они уже давно не работают.

— Теперь работают. Нам требуется вся информация о местном мире. Ты нам поможешь?

Глаза Цыцы загорелись алчностью, и он спросил:

— А что я за это получу?

— Ты останешься жить, а если откажешься, то на твое место сядет другой. Если помощь твоя принесет пользу, то и награда будет.

— Я понял, — понуро согласился повелитель. — Что вы хотите знать?

— У тебя есть географические карты?

— Нет, но я могу обо всем рассказать.

— Хорошо, — Ратмир одобрительно потрепал Цыцу по пухлой сальной щеке. — Сейчас я сяду в твое кресло, и ты начнешь свой рассказ.

Сдернув повелителя пустошей с его "трона", и удобно устроившись на новом месте, росс начал слушать повествование Цыцы о мире Ардон. Три часа местный царек бегал вокруг росского комбата, и вываливал на него гору нужной и не очень информации, и за это время, Ратмир кое-что для себя отложил.