Свободные Миры

Англичанам стало не до генерал-майора Некрасова, который в это время засел на одной из ферм неподалеку от побережья, где и ожидал сигнала о том, что помощь подоспела. Сигналом были сбитые истребители с базы Йовилтон, и Палыч, вновь вступил в дело. Взяв у фермеров машину, вдоль реки Айр, он к вечеру домчался до побережья. Подал условленный заранее радиосигнал, и поисково-спасательным транспортным вертолетом "Westland Sea King" Mk.41, ВМФ Германии, был доставлен в безопасное место.

Дальше, было делом техники, поскольку Палыча вместе с дочерьми, запаяли в контейнер с дипломатической почтой, и срочным грузом первой категории, отправили на Ра-Ар. Оставалось только дождаться нашего "героя", и мы, его дождались.

В комнату, переоборудованную под координационный центр по спасению Палыча, где кроме меня, находились еще Назаров, Прохоров и Лютерс, вошел Палыч. Глава Ордена Меченых, выглядел как обычно, то есть, бодр, уверен в себе и спокоен. Пока его не было, я не раз думал о том, что ему выскажу и какие кары назначу, но пока ожидал нашего героя, просто-напросто перегорел. Хотелось плюнуть на все, обозвать генерала дуралеем и отправить отрабатывать провинность в пустыню Суль-Сахейн.

Видя, что я молчу, и только внимательно рассматриваю Палыча, разговор начал Прохоров:

— Рассказывай, Палыч.

Тот присел на стул и сказал:

— Про письмо от MI5, вы знаете, оригинал я оставлял здесь. С тобой, командор, — он кивнул в мою сторону, — связаться не получилось, ты где-то на Ардоне был, вне зоны спутника, а время поджимало. Чувствовал я, что могу не успеть, что если опоздаю, то все, не увижу я своих девчат. Написал письмо и помчался их выручать.

— Почему так жестоко с охранниками обошелся? — спросил я. — И почему, в инструкциях указал действовать по самому жесткому варианту? Знаешь, сколько мы из-за тебя народу положили, и хорошо еще, что среди своих бойцов потерь нет.

Он оглядел нас, сидящих напротив него, как если бы он был осужденным, а мы судьями, как-то ссутулился, и все его показное спокойствие и бодрость, моментально исчезли. Теперь, перед нами сидел усталый человек, чем-то очень сильно потрясенный. Не тот, воин без страха и упрека, которого мы знали всегда, а отец, переживающий за судьбу своих детей.

— Ладно, — махнул он рукой. — Все равно докопаетесь, а здесь, все свои. Развели они девчат моих, по полной программе. Молодые, глупые, романтики им, видите ли, захотелось. Наркотой они торговали, было такое, но только травой для своих сокурсников в учебном кампусе. Моя вина, не уследил. А потом, подставили их с героином этим треклятым, работа MI5, я думаю, и Анька, старшая моя, при задержании подранила полицейского. Пусть, было бы все по закону, понял бы я это, и девки свое отсидели, а я не стал бы их вытаскивать. Но полицейские не забыли, настропалили охрану, и еще до приезда контрразведчиков, Аньку в тюрьме жестоко изнасиловали. Понимаете, что это значит? — с надрывом, почти выкрикнул он.

— Успокойся, Палыч, — сказал я. — Здесь свои, и мы, понимаем твои чувства, а на твоем месте, поступили бы также жестко. Продолжай.

— Тут как раз, письмо это пришло, а контрразведчики, еще и запись того, что в камере творилось, вложили в конверт. Дожать меня, значит, хотели, чтоб я не кочевряжился. Да, еще приписка была, мол, так и так, не пойдешь на контакт, младшую та же самая участь ждет. Вот я и рванулся.

— Ничего себе, — выдохнул Прохоров. — Порядки как у нас на зонах. Что же это такое?

Вместо Палыча, ответил Лютерс, перелопативший гору информации по всему, что касалось этого дела:

— Есть такая программа, называется "Тюрьма-Побратим". Тюрьма "Лидс" — побратим Ивановской колонии строгого режима, и сотрудники охранно-исправительной системы, постоянно ездят друг к другу в гости и командировки, перенимают опыт, так сказать. Так что методы, вам знакомые, сами понимаете, откуда появились.

— Что дальше, Палыч? Чем займешься? — направил я разговор в нужную мне сторону.

— Не знаю, — ответил он, пожимая плечами. — Аньку надо на ноги поставить, она в шоке полнейшем. Да, и младшую, Светлану, куда-то надо определить.

— Думаю, Палыч, что проблеме твоей помочь можно. Твои дочери ведь не Одаренные, так ведь?

— Да, — подтвердил он.

— У Хранителя Бильчи Коновода есть хороший сенс-гипнотизер. Не чета нашим земным, талантище, силы немалой. Правда, полноценно работает только с обычными людьми. То, что мы услышали здесь, то, тут и останется, а с девушками твоими, он завтра же поработает. Будут помнить только как их подставили, а отец их выручил. Пойдет?

— Пойдет, — повеселел Некрасов.

— Хорошо, — я оглядел остальных, и подвел итог: — На этом закончим, все свободны.

Высший отрядный командный состав направился на выход, а я, окликнул Некрасова:

— Палыч, подожди.

— Да?

— Ты, полковнику Крювелю, теперь очень сильно должен. Запомни это крепко.

— У меня есть, чем отдариться, — опять уверенно, как и всегда, ответил генерал и вышел.

"Что же", — подумал я. — Глава Ордена Меченых — блудный сын отряда "Акинак", вернулся на место, где ему быть и должно, так что очередной кризис, мы благополучно пережили. И это хорошо еще, что есть рядом такие люди как Прохоров и Лютерс, которые знали места тайных закладок оружия в Великобритании, еще с советских времен. А главное, понимали как работает вся враждебная нам система, а то бы, сгинул генерал-майор Некрасов, и никакие доспехи с навороченным оружием не помогли бы. Кстати, надо будет его озадачить, дабы составил полный отчет по этой теме. Ученые из исследовательского отдела, уже несколько недель бьются над этим вооружением, и понять ничего толком не могут, а он, раз, за небольшой отрезок времени освоил спокойно, да еще и в бой ринулся.

Сработал селектор, и голос Паши Крюкова доложил:

— Командор, к вам атаман Геронского Казачьего Войска, Ермаков.

Действительно, сам же Виктора вызывал, да подзабыл.

— Пусть войдет, и распорядись насчет обеда на двоих.

— Есть, — Паша отключился.

Через полчаса, когда мы, сидя в кабинете, после сытного обеда разговаривали обо всем, и ни о чем, одновременно, Ермаков спросил:

— Так в чем дело, Тимофей. Зачем вызывал?

Я усмехнулся:

— Прямой ты человек, Виктор. Хотел тебя к теме аккуратно подвести, не спешно, ты ведь мне друг, а не подчиненный, а ты сразу, в лоб.

— Да, я прямой, — фыркнул Ермаков. — А чего тянуть, сам знаешь, с нашей стороны, тебе точно отказа не будет.

— Хорошо, если так, — голос мой утратил веселость, и Ермаков, это почувствовал сразу. — Дело к вам есть.

— Говори.

— Лабинский район, Краснодарского края, есть кто-то у вас в тех местах?

— Да, районного атамана от Кавказской Казачьей Линии знаю, общались пару раз на сходах, правильный казак и отряды "волчьих голов", как в былые времена, воссоздает по новой.

— Отлично. Тогда собирай своих бойцов, готовь их по полной, и вскоре на ридну Кубань отправитесь. Будете готовить почву под наш приход.

— Конкретней, к чему хлопцев готовить?

— Врата, через которые мы домой вернемся, те которые из мира Квара на Землю идут. Эльфы ведь до сих пор не объявили, где они находятся, так же как и те, что находятся на Тибете. Согласись, Тибет и предгорья Кавказа, понятия слишком растяжимые. Пока, на Земле нет Одаренных, способных почуять Врата перехода между мирами, а мы, это знаем точно. Земля, которая будет под Вратами, должна принадлежать нам официально, чтобы комар носа не подточил. И кроме этого, поддержка местного населения будет совсем не лишней.