Свод

Поверьте, сударь, в момент, когда я, уже не чувствуя сил упал, я был твёрдо уверен в том, что и меня сейчас приколют к полу, как полудохлую крысу. Хотя, мне, откровенно говоря, тогда уже было всё равно, но! Наверное, бандиты посчитали меня уже умершим, поэтому, проваливаясь в бездну, вместо разящего свиста железа над собой я услышал лишь удаляющиеся крики пиратов…

Гарсиласо де ла Вега, до сих пор ни единым звуком не прерывавший рассказа Эдванса, резко остановил его:

– Что они кричали, Джонатан? Прошу вас, это важно. Я понимаю, что вы в тот момент могли уже почти ничего и не слышать но, пожалуйста...

Лицо Джо выразило неподдельное насилие над собственной памятью.

– Одно мгновение, сеньор, - растягивая слова, начал он, - мне не хотелось бы сказать вам ничего из того, что могло мне тогда просто послышаться, а на самом деле было ничем иным, как игрой моего воображения. …Я точно слышал лишь слова кого-то из бандитов о том, что «Ласт Пранк» оказался ещё большим негодяем, чем они считали, поскольку даже смертельная угроза близким ему людям не смогла заставить его заговорить. Они кричали ещё о ком-то, …или о чём-то что, как им кажется, всё же способно будет развязать ему язык.

Я боюсь ошибиться, - Эдванс медленно поднял руку и, корчась от досаждающей ему боли под лопаткой, огладил колючий подбородок, - мне кажется, они говорили …о Шотландии или о неком шотландце.

– Вы уверены в этом?! — С запалом выкрикнул Гарсиласо де ла Вега.

Эдванс выдержал короткую паузу и, с легко читаемым выражением неуверенного в себе человека, отрицательно покачал головой.

– Что ж, - с облегчением вздохнул де ла Вега, - это совпадает с поступившей к нам информацией. Оставим же это. Единственное, что мне сейчас не понятно, это куда девался ваш помощник, мистер Шеллоу Райдер?

Взгляд испанца был острее клинка сабли, да и «выпад» в сторону отмалчивающегося пекаря был, мягко говоря, неожиданным, однако и он лишь гулко ударился в непробиваемую защиту простоты и умиротворения на диком, бородатом лице Уилфрида. Услышав этот провокационный вопрос, тот лишь развёл руками:

– Что я могу сказать, сэр? Не далее, чем вчера ко мне, с божьей помощью пришло озарение, а не этот ли плут привёл ко мне в дом этих негодяев? Ведь недаром же в тот день он не явился на работу? И, заметьте, до сих пор от него ни ответа, ни привета. Он говорил мне, что долгое время жил где-то на севере, кажется …, - Уил сосредоточенно сдвинул брови, - нет, сэр, теперь я не вспомню, откуда он родом.

Я вам так скажу, эти батраки за хорошие деньги способны на что угодно. Вон, в прошлом году, двое таких же за полугодовую недоплату сожгли усадьбу О’Грэйда, а самого Кони повесили за ноги на дереве...

Конечно же, я не мог платить ему достаточно много. Сам, знаете ли, едва свожу концы с концами. Хотя, возможно, я и грешу, говоря о нём плохо. По работе к нему претензий не было, а так …сошёл со двора, что делать? И до него люди уходили, и после будут так же уходить. Работа у меня, знаете ли, не мёд.

А ещё, - вдруг оживился Уил, - может быть и такое: услышал он что-то о том, что здесь произошло, ведь весь город болтает, да и решил не встречаться лишний раз с людьми закона. Кто его знает, сэр. Я ведь не епископ, не требую у своих работников покаяния в ранее содеянных грехах. Мне важно другое.

Простите меня, сэр, - Уилфрид вдруг смерил своего важного гостя скромным и полным смирения взглядом, - меня сейчас, честно говоря, волнует другое. Скажите, тот, кого притаскивали эти бандиты, на самом деле …был мой сын?

Испанец растерянно вскинул брови: «эх, простота ты простота», читалось в его красноречивом взгляде.

– Вам виднее, - сказал он вслух.

– И что, - продолжил Шеллоу Райдер, - он теперь такая важная птица, что за ним гоняется вся Англия?

Мысли Гарсиласо де ла Вега в этот момент уже были далеки от этой душной комнаты. Он встал, подошёл к постели раненого Эдванса и мягко пожал его слабую руку.

– Ваш сын, - сказал он в пол оборота к пекарю, - уж простите за откровенность, Шеллоу Райдер, — такой же негодяй, как и те, кто едва не отправили всех вас на тот свет. На его счету сотни загубленных душ, а ищут его все только для того, чтобы поскорее отправить на виселицу. Как это ни прискорбно звучит, Уил, лично я советовал бы вам, смириться с тем, что его уже нет в живых. Это только дело времени, кто и за что приведёт к исполнению закон возмездия.

Я твёрдо уверен в том, что если бы он вырос в семье, из которой он в своё время сбежал, его жизнь сложилась бы совершенно иначе, тогда бы он стал бы достойным гражданином своей страны, а так, он выбрал то, что выбрал.

Простите, я понимаю каково это слышать отцу о собственном сыне, - де ла Вега оторвал взгляд от бледного лица Эдванса и перевёл его на молчаливую и кроткую девушку у окна, - вам сейчас лучше подумать о том, как устроить судьбу своих дочерей. Ричмонд уже сломанная подкова…

Здесь деньги, - испанец отстегнул от пояса увесистую кожаную мошну и поставил её на стол, - этого вполне хватит вам на то, чтобы нанять себе нового помощника и сделать всё возможное для скорейшего выздоровления мистера Эдванса…

– Сэр, простите, с-с-сеньор, - вяло запротестовал пекарь, но умолк, реагируя на властный жест важной иностранной персоны.

– Мистер Эдванс, - отрывая взгляд от растерявшегося лабазника, строго продолжил подданный испанской короны, - наш с вами договор в силе! Я горд, что имел возможность познакомиться с вами. К тому времени, как вы поправитесь после ранения, мистер Честерлейд освободится от дел и доставит вам и необходимые бумаги и сумму. Что ж, - Гарсиласо де ла Вега поклонился, - простите, мне пора.

Уилфрид встал, чтобы проводить важного гостя, но испанец, остановив его жестом, сам прошёл к двери и вышел прочь…

Эдвансу следовало бы быть поосторожнее, направляя Гарсиласо де ла Вега по, казалось бы, ложному следу. Сам того не ведая, он если не указал, то чётко утвердил испанца в решении направления поисков «Ласт Пранка». Тот ведь действительно отправился на север.

Для начала в Барнстепл. Здесь он надеялся наняться на какое-нибудь судно, следующее к шотландским берегам. Его расчёт был прост, ведь в Шотландии всегда мог найти приют подданный английской короны, которого эта самая корона отчего-то вдруг невзлюбила. Будь Ричи простым уголовником, пожалуй, он без особого труда перебрался бы на север. А так, поскольку за его шкурой охотилась даже не одна, а сразу две короны, горячий след «Ласт Пранка» искали буквально все.

Бывалый пират сразу почувствовал дразнящий запах близящейся опасности. В захолустном, бандитском Барнстепле впрочем, как и во всех близлежащих портах, отродясь не водилось таких порядков как в данное время. Чего только стоило распоряжение о том, что любой моряк, прежде чем поговорить о найме непосредственно с хозяином судна, обязан был получить платное разрешение об этом от муниципальных властей.

В постоялых дворах, харчевнях, пивных круглосуточно рыскали какие-то люди, готовые в случае чего позвать солдат королевской гвардии и увести любого набузившего моряка в неизвестном направлении.