Свой путь

Этот остров тоже почти весь был покрыт лесом. Именно лесом. Нормальным таким лесом, как у нас где-нибудь в средней полосе. Вот это другое дело. И не жарко, и дышится легко. Выбрал небольшой холм и установил анализатор. Пока возился, стало вечереть. Здесь можно и заночевать. Дом решил не разворачивать. Был у меня из комплекта спасателей неплохой домик, на три комнаты. Выглядел он как небольшой кубик вроде кубика-рубика, и разворачивался при активации недолго, минут за двадцать. Но потом наступал геморрой с коммуникациями. Воду надо подвести, канализацию, наоборот, вывести куда подальше. Ну его, переночую в боте. Достал игольник и спустился с холма. Не успел войти в лес, как мне попался какой-то зверек, похожий на зайца. А может, заяц и есть, я их только на картинках и видел. Подстрелил его и тут же выпотрошил. Пошел обратно. По пути набрал хвороста. Развел костер. Когда хворост прогорел, насадил на вертел тушку зайца и принялся готовить себе ужин. Минут за пятнадцать заяц был готов. Вкуснотища. Пока ел зайца, вскипела вода в котелке. Заварил чай. Ну, не чай, конечно, но что-то наподобие. Во всяком случае, в Алтии очень распространенный напиток. В вещах Мирта был небольшой запас, а его сумки все еще лежали в грузовом отсеке бота. Так и просидел у костра до полуночи. Зверье меня не беспокоило, время от времени я посылал вокруг импульсы страха, так что все, что могло бегать, ползать и летать, убралось отсюда подальше. Ночью посвежело, температура опустилась градусов до пятнадцати. Но для меня это было нормально. Я бы и при минусовой температуре чувствовал себя хорошо. Тем более что можно было и комбинезон разведчика активировать, уж в нем-то ни жары, ни холода и не заметишь. Но хотелось посидеть у костра просто так, без всяких прибамбасов, как в детстве с пацанами. Эх, жаль, картошки нет. Сейчас бы испечь и, обжигаясь, есть ее прямо с обугленной кожурой. Так и сидел. А потом пошел спать.

Проснулся еще до рассвета. Жаль, что рядом ни речки, ни озера. Сейчас бы плюхнуться в воду и, обжигаясь холодом, выскочить из воды и пробежать пару кругов вокруг холма, согреваясь. Ну ладно, чего нет, того нет. Пора собираться. Упаковав все вещи опять в сумки, закинул их в бот и улетел.

Третий большой остров был просто идеальным. Лес есть, но не так уж его и много. Скорее небольшие рощи, раскиданные по всей территории. Несколько рек и множество небольших ручьев. Где роща, там и ручей. А вдоль рек — лес. И места для посевов полно. Правда, остров достаточно холмистый, ну так это и хорошо, для винограда самое то. Тепло, но не жарко. Ну, так субтропики же. Если что, поселюсь именно здесь. Место просто идеальное.

Правда, я все-таки рассчитывал найти свободную планету. У меня, конечно, уже есть одна, но заселять ее не хотелось. Климат там все-таки не фонтан. А здесь атлы и ханко. Атлов можно и ассимилировать, а что делать с ханко? Всех под нож? Нет, это не выход. Ну ладно, там видно будет. У меня еще пятнадцать неисследованных колоний. Может, среди них и попадется приличная свободная планета. Вроде этой. Хотя нет, не пятнадцать, а четырнадцать. Одна из этих пятнадцати — Земля. А там мне ловить нечего. Работать мне там не дадут. Быстро вычислят и накроют. Сам-то я без проблем уйду, а вот людей потеряю. А их надо беречь, их у меня немного. Вернее, пока вообще нет. Я да Инга. Ну, родителей выдерну и брата, они наверняка ментоактивны. И будет нас аж пять человек.

Может, и еще людей наберу, но много не получится. Чтобы набрать много людей, надо открывать нормальные вербовочные пункты. А вот их-то сразу и накроют. Ну ладно, посмотрим. Может, в нашем российском бардаке и удастся что сделать. В другие страны лучше вообще не соваться. Нет, где-нибудь в Африке бардака еще больше, и там, я думаю, навербовать людей будет не так уж и трудно, но на фига мне негры? Нет, только россияне. Русские, татары, якуты — пофиг, главное, чтобы менталитет был русским, а лучше советским. Хотя вряд ли. Меня умыкнули в девяносто пятом, сейчас там две тысячи третий. Пойдет ко мне в основном молодежь. А молодые хоть и родились в Союзе, но воспитывались уже при диком капитализме. Я, конечно, не думаю, что и до России уже дошел беспредел европейской демократии и толерантности, но кто его знает! Может, и у нас уже гомики считаются вершиной цивилизации. Тогда будет совсем кисло. Ну, да чего гадать — прилечу, узнаю. А пока займусь делом.

Я установил анализатор, оставил десяток дроидов-разведчиков и улетел. Прошерстил кучу островов, но нашел желаемое. Небольшой остров в тропической зоне с шикарной бухтой. Вход в бухту довольно узкий. Встав на берегу бухты, я направил в воду сильнейший импульс страха и повторял их еще минут десять. Потом выждал полчаса и сбросил охранные датчики в горловину бухты. Думаю, вся живность из бухты успела удрать. Да я и не видел ничего. Вроде все чисто. А то схватит за причинное место какая-нибудь местная пиранья и отгрызет его. Отрастить не проблема, медкапсула это мигом сделает, но лучше до этого не доводить. В бухту впадал небольшой ручеек, так что вода будет. Огородил кусок берега охранными датчиками, разогнав перед этим всю живность. В охранный периметр попала и небольшая пальмовая роща. Под пальмами как раз встанет дом. Ну что ж, место для отдыха готово, можно лететь за девчонками.

Загрузился в бот и полетел на корабль. Прилетев, пошел к себе. Поплескался в бассейне, попил чаю и отправился в медсектор. Разбудил девчонок. Даже не одевшись, они подскочили к капсуле Инги и стали ее внимательно рассматривать. Вот как это у них получается? Чувствуют они, что ли. Я бы не заметил и прошел мимо, а они сразу усекли. Кини подошла ко мне. Глаза горят, вся напряжена, вот-вот пустит в ход свои коготки. Хороша, чертовка.

— Вот почему ты нас так долго не будил. Где ты ее взял? Тебе что, нас не хватает? Развлекаешься тут?

— Ага, прямо через капсулу.

— От тебя всего можно ожидать. Кобель. — Она аж ножкой притопнула.

Я рассмеялся. Глядя на Кини, и Берта стала смеяться. Кини, переводя взгляд с меня на Берту, тоже начала хихикать.

— Ладно, красавицы, одевайтесь и пошли ужинать. Я специально без вас за стол не садился.

— А все-таки кто это такая? — спросила Берта, надевая комбинезон.

— Да слетал я тут на одну планетку, свою колонию, вот оттуда и привез. Правда, сначала пришлось ее спасти, а потом уже тащить сюда — деваться ей было некуда.

— А что с ней случилось? — спросила Кини.

— Это вы у нее спрашивайте. Захочет — расскажет, а нет, так нет. А мне сплетничать не с руки.

— Расскажет-расскажет. Еще как расскажет, — ухмыльнулась Кини.

— Ну да, от тебя что-то скрыть трудно. Только ты на нее не очень-то напирай и постарайся ее не злить, она все-таки атланка.

— Ну и что?

— А то, что она псион. По вашим меркам, очень сильный, посильнее даже того старика, вашего кланового псиона.

— Ну ни фига себе.

— Вот-вот. Доведешь ее — и сделает она тебя лысой или, наоборот, лохматой, как обезьяна.

— Ник, зачем ты притащил сюда это чудовище? — Кини аж остановилась посреди коридора.

— Почему чудовище? Я, между прочим, тоже псион. И Берта тоже, слабенькая, но все же. И никто ведь тебе ничего плохого не сделал. Просто отнеситесь к ней по-человечески, и все. И еще. У меня с ней ничего не было, и я даже не планирую ничего. А вас двоих мне и в самом деле достаточно.

Кини взвизгнула и запрыгнула на меня, обхватив ногами.

— Правда? Не врешь? Вот ночью и проверим.

— Ладно, проверяльщица, давай за стол.

Поужинали мы достаточно спокойно и даже весело. Ну и замечательно. Я ожидал худшего. Видно, Кини смутило, что мы тут все, оказывается, псионы. Она это и раньше, конечно, знала, но как-то не обращала внимания. После ужина пили чай и болтали. Я рассказал им о планете, о том, как спускался на нее. Не все, конечно, а отредактированную версию, очень сильно отредактированную. А потом пошли спать. Правда, поспать получилось совсем немного. Видно, девчонки в капсулах соскучились по движению, да и я неплохо отдохнул на планете. Как ни странно, утром поднялись все бодрые. Даже Кини сама встала, без пинков. Я пошел будить Ингу. Девчонки, конечно, увязались за мной. Когда поднялась крышка, Инга опять скукожилась, прикрываясь руками. Ко мне-то она попривыкла, а тут еще два зрителя нарисовались, вот она и засмущалась. Кини тут же зашипела:

— Ник, ну отвернись же ты, видишь, девочка смущается.

Я не стал усугублять и отвернулся. Не говорить же им, что смущается она скорее их, чем меня. Инга оделась, и мы отправились в кают-компанию. Девчонки шли сзади и о чем-то щебетали. Правда, слышался только голос Кини. Ну все, заговорит до потери сознания. Хорошо хоть не меня. Сели завтракать. Инга сама себе сделала заказ и от Сары не шарахалась. И вообще воспринимала все вокруг довольно спокойно. Нет, были бы мы вдвоем — засыпала бы вопросами, но сейчас держит марку, не хочет казаться дикаркой. Ничего, оторопь от новых знакомых пройдет, взыграет любопытство — и посыплются вопросы. Но отдуваться придется уже не мне.