Сын герцога (СИ)

Ее дверь никогда не запиралась, и этот раз не стал исключением. Поэтому Джай, а следом за ним и Лар, беспрепятственно проникли внутрь. Кондитерская встретила их полумраком и тишиной. Но юноша знал, что это впечатление было обманчивым. Потому что людям, работавшим в этом месте, слишком хорошо платили за их работу.

Стоило им сделать пару шагов, как за прилавком показался чей-то силуэт. Короткий щелчок и свет от свечи залил помещение, осветив и неожиданных вторженцев, и самого хозяина. Невысокого толстяка в помятом переднике.

– Добро пожаловать в нашу кондитерскую, господа. У нас есть самые лучшие сладости во всей столице. На самый изысканный вкус. Что вы желаете отведать?– поинтересовался он так, словно к нему каждый утро забредают подозрительные вооруженные личности только для того, чтобы полакомиться пирожными.

– Я слышал, что вы поставляете сладости для дворцовой кухни,– ответил Джай, отметив и это нарочитое спокойствие, и цепкий оценивающий взгляд.

– Ну что вы, эти слухи преувеличены,– всплеснул руками толстяк,– но вот сладости к столу начальника стражи поставляем действительно мы.

Намек был более чем прозрачным. И Джай понял, что если он срочно не придумает что-нибудь убедительное, их с Ларом просто выставят за дверь. Пробиваться с боем не было смысла. Юноша помнил, что в прошлый раз по ту сторону потайного тоннеля дежурили две пары стражников (теперь их наверняка было больше). А на подкуп толстяка, у него не было денег.

Единственное, что ему оставалось – это назваться полным именем, и надеяться, что ему поверят. Но сделать это он не успел. Потому что из-за прилавка показалась знакомая фигура в потертом камзоле. Джай с удивлением уставился на Либиуса.

– Что-то вы задержались, милорд,– проворчал старик с таким видом, словно юноша отправился в город поразвлечься и вместо того, чтобы вернуться вечером, явился на рассвете. А бедный старый слуга прождал его под дверью всю ночь.

– Вам они знакомы, господин?– вежливо поинтересовался толстяк. Похоже, к Либиусу он относился с особым трепетом. Впрочем, не он один. Старика опасалась и дворцовая прислуга, и стража, и даже в городе он был с очень многими знаком (как это ему удавалось, для Джая всегда было загадкой).

– Еще бы мне не узнать собственного лорда,– хмыкнул Либиус,– тем более что я его всю ночь дожидаюсь. Надеюсь, вы уже нагулялись, милорд?

– Более чем,– ответил Джай, не зная, что еще можно сказать.

– Тогда пойдемте скорее. Вас уже давно заждались.

Старик обернулся к скрытой двери. Несколько ударов по нужным выступам и часть стены отъехала в сторону, открывая вход в тоннель, ведущий во дворец. Либиус потащил туда Джая с такой скоростью, что тому приходилось чуть ли не бежать за ним. Следом за ними неслышной тенью в тоннель скользнул Лар.

Дворец показался Джаю подозрительно тихим. Особо впечатлительные личности могли бы назвать такую тишину зловещей. Юноша впечатлительным не был. Но и ему стало не по себе.

Из-за чего-то же сработала защитная магия столицы. Да и Либиус, наверняка, явился за ним не просто так. Этот старик никогда и ничего не делал без веской причины.

Юноша задумался о том, откуда слуга мог узнать о его возвращении в столицу. И почему так вовремя появился у тайного входа. Но, зная, что старик все равно не ответит, спросил о другом.

– Что произошло? Почему сработала магия города?

– В двух словах не расскажешь, милорд,– невесело хмыкнул Либиус,– лучше вам увидеть все своими глазами.

Когда старик повел их не куда-нибудь, а в сторону восточной башни (к личным покоям императора), смутное беспокойство Джая перешло в твердую уверенность, что у него серьезные неприятности. Повсюду было огромное количество охраны. Восточная башня превратилась в настоящий бастион. Либиус привел его в приемную императора. Но его величества там не было. Только герцог ар-Тан о чем-то споривший с Исидием. Впрочем, стоило Джаю войти в комнату, они тут же замолчали и повскакивали со своих мест.

Сначала на их лицах читалось только безмерное удивление. Ни советник императора, ни придворный целитель не ожидали увидеть его во дворце. Но когда удивление сменилось невероятным облегчением, Джай по-настоящему испугался. Он хотел спросить, что же собственно произошло, но не успел. Потому что герцог ар-Тан заговорил первым.

– Приветствую вас, милорд. Хвала богам, что вы вернулись в Империю. Я только что связывался с вашим отцом, но он сказал, что вы отправились в Хаганат.

– Да, я был там по приглашению владыки степи. Вернулся только вчера, но не смог сразу же попасть во дворец.

– Проклятая защитная магия,– пробормотал Исидий, но никто не обратил на него внимания.

– Что здесь случилось?– спросил Джай.– Где его величество?

– У меня для вас плохие новости, милорд,– ответил герцог, оперевшись на спинку своего кресла.– К сожалению, наш император теперь в лучшем мире.

– Мертв?– глухо переспросил Джай.

Больше для себя самого, потому что новость о том, что ему возможно уже сегодня придется надеть корону, привела его в ужас. Одно дело ожидать чего-то подобного в далеком будущем, а совсем другое оказаться перед этой перспективой прямо сейчас. Юноша не просто не хотел, он категорически не желал взваливать на себя такую ответственность. Вот только права выбора ему никто не давал.

Наверное, эти мысли очень живо отразились на его лице. Потому что он поймал на себе взгляд Исидия, полный сочувствия. И как это ни странно, именно этот взгляд, помог молодому лорду взять себя в руки. Теперь он не имел права на слабость. Зато имел все права на то, чтобы потребовать ответы на свои вопросы.

– Как это произошло?– спросил молодой лорд.

– Его величество был ранен в результате магической атаки,– ответил придворный целитель,– после этого он прожил еще несколько часов. Но к тому времени, когда мы смогли пробиться во внутренние покои – он был уже мертв. Истек кровью.

Что ж с причиной смерти его величества было более-менее понятно. Оставалось выяснить причину нападения на него.

– Кто на него напал?– в это раз Джай обращался уже к герцогу ар-Тану.

– Высшая магичка Мариса.

– Целительница?– удивился молодой лорд. Он даже представить себе не мог, что убийцей императора окажется именно она.

В отличие от большинства людей, мало знакомых с природой магии, Джай знал, что целителям были свойственны как отрицательные, так и положительные человеческие качества. Да, их дар не терпел другой магии. Но на волю носителя не влиял. Так что теоретически целительские способности могли появиться у кого угодно: даже у наемного убийцы. Другое дело, что человек, связавший свою судьбу со смертью, вряд ли смог бы развить в себе этот дар. Поэтому не было ничего удивительного в том, что Мариса смогла убить императора. Оставалось загадкой, почему она так поступила. После того как почти два года занималась лечением наследника. Если конечно, магичка действительно лечила Марана…