Сын природы

— Тихо — шёпотом ответила она мне — Здесь опасно. Просто молчи, я позже тебе всё объясню.

Пришлось воздержаться от дальнейших расспросов, я не хотел, чтобы мне снова заткнули рот. К тому же бессонная ночь довольно паршиво сказалась на детском организме. Пока я был на руках бегущей матери и длилась болтанка, бодрость сохранялась, но едва я оказался на твёрдой земле, меня начало натурально вырубать. Поесть и попить молока сил ещё хватило, но получив пищу, тело потребовало своё. Опять это гадское, слабое и маленько тело! Трудно было его не ненавидеть.

Проснулся я снова на руках матери, которая опять бежала, но на этот раз не надрываясь изо всех сил, а в спокойном темпе. Куда мы двигались я не знал, впрочем в какую бы сторону не лежал наш путь, мне бы это мало что сказало. Толковых уроков географии как-то не случилось, в каком направлении хоть какое-то поселение находится от нашего дома я тоже не знал. Потому любая сторона было не хуже и не лучше остальных. Хотя маманя определённо имела какой-то план и держала в голове маршрут судя по её целеустремлённости.

Новый забег продолжался весь день, закончившись только к вечеру. Тишина по прежнему нами соблюдалась. Разве что было подозрение, что матери просто не хотелось говорить. Я не мог её не понимать или тем более винить. В конце концов она только что потеряла мужа, да и внешне выглядела откровенно убитой. Частью горем, а частью, похоже, магией. Алдэ ещё не полностью восстановилась после родов и это давало о себе знать.

Ночь мы расположились под кроной раскидистого дерева, напоминавшего дуб, но с листьями несколько другой формы. Однако спокойного отдыха, увы, не получилось. Сначала мать насторожил едва различимый хруст какой-то веточки в подлеске, она снова взяла меня на руки, а через мгновение ей пришлось отпрыгнуть в сторону от настоящей огненной кометы. Кто бы не пришёл за нами, но они были магами и по всем признакам не собирались брать нас живьём. Тех, кого пытаются захватить, не стремятся сжечь живьём. Чёрт побери, кем вообще надо быть, чтобы загонять мать с маленьким ребёнком, как зверей, чтобы в конце без жалости убить? Какая тварь будет заниматься подобным?

На огонь мать ответила огнём, сначала послав пытающий шар в направлении, откуда пришёл удар, а потом встретив вторым мужика с коротким, изогнутым мечом, который похоже шёл по Лестнице Ветра. Мечник двигался быстро и вполне успешно увернулся от шара, но находясь на максимально близкой дистанции, тот взорвался и опалил врага. Хотя и не фатально. Алдэ же продолжила движение, смещаясь в бок и продолжая атаковать ночной лес, который разгорался всё сильнее.

Противник-огневик отвечал ей взаимностью, но подловить они друг друга пока что не могли, уж больно мешали древесные стволы, мечник же действовал на нервы, не приближаясь слишком близко, но и не удаляясь. Возможно был кто-то ещё, но я сам был прижат к груди так, что воздух едва проникал в лёгкие, с моего ракурса вообще мало что было видно вовремя этих скачек в темноте, подсвеченной всполохами огня. Бессилье и чёрная злость, что накатывали на меня вчера, казались чем-то несущественным по сравнению с тем, что я испытывал сейчас. Хотелось выть, но даже этого я сделать не мог. И из-за недостатка воздуха, и потому что мог себе позволить отвлечь мать в решающий момент.

Безуспешный обмен ударами продолжался недолго. Через какое-то время мечник решился на новый рывок к цели, но огненный шар моей матери ударился в землю прямо перед ним, сбив атаку и вновь заставив отступить. Однако моя радость от этого была недолгой, потому что ровно мгновение спустя прямо у меня перед глазами из груди Алдэ Махрим выскочил окровавленный клюв стрелы.

— Нет!!! — заорал я, когда осознал весь ужас ситуации, но это уже ничего не могло изменить.

Моя мать сделала по инерции ещё несколько шагов, но потом её ноги подкосились, она упала, а моё тело было выпущено из ослабевших рук и покатилось по подлеску. Через несколько секунд я оклемался от падения на одном адреналине и кинулся обратно, но упав на колени увидел лишь остекленевший взгляд уже мёртвой женщины. Развернувшись, я, не думая ни о чём, кинулся на вальяжно подходящего мечника с кулаками, но был просто схвачен за шкирку.

— Какой смелый — со смехом сказал он, поднимая клинок, а потом продолжил с некоторой толикой сожаления — Без обид, парень.

— Сдохни, уб#юдок! — бессильной злостью заорал я в ответ, пытаясь напоследок пнуть его хотя бы ногами, но не доставал.

Эти слова стали последними, больше в своей жизни мечник ничего не услышал. Серая тень метнулась из-за деревьев и в одно движение клыкастой пасти перекусила его пополам на уровне груди, а я отлетел в сторону с мёртвой рукой, которая всё так же держала меня за ворот одёжки, напоминающей кимоно. Огневик стал следующей жертвой огромного хищника. Вероятно из-за таких существ мать и считала местность здесь опасной, потому и пыталась тут запутать след. Пока я выпутывался из шмотки, которую отказывались отпускать сжавшиеся пальцы трупа, серая тень зигзагами понеслась на врага, уворачиваясь от огненных болидов. Трудно было не почувствовать опыт того, кто уже знаком с дистанционными атаками. Три прыжка могучих лап и ещё один человек перешёл в неживое состояние в страшных челюстях с тошнотворным чавкающим звуком под аккомпанемент хруста костей. А затем новый прыжок в бок от просвистевшей стрелы и опять забег на новую добычу. Я наконец увидел убийцу своей матери, лучник выпустил ещё одну стрелу, а через мгновение лишился левой руки до локтя вместе с своим луком. Деревяшка просто хрустнула на челюстях. Но в отличии от своих товарищей этот урод сумел каким-то немыслимым образом увернуться от тела врага, отпрыгнув сначала в бок, а потом вверх на ветки, по которым натурально побежал длинными прыжками, зажимая здоровой рукой обрубок. Зверь проводил его взглядом с секунду, мотнул лобастой головой, а затем издал громоподобный рык, от которого меня сбило с ног.

Встав на них снова и чувствуя звон в ушах, я увидел, что огонь противоестественно быстро затухает, оставляя лишь красные угли, дающие неверный и странный свет. В нём я и разглядел наконец как следует зверя, который стал моим спасителем, а теперь вероятно станет убийцей. Быстро употребивший в пищу двух человек, но дёрнувший носом и не тронувший тело матери, возможно из-за того, что на наконечнике стрелы был яд, ко мне неторопливо шагал исполинский серый волк со светящимися жёлтым, потусторонним светом глазами. Монстр. О чём говорить, если его пасть была достаточно велика, чтобы перекусить взрослого человека надвое. Сознавая, что такому существу на один зуб, я преисполнился каким-то странным фатализмом. Мои родители были мертвы, но сдохли и их убийцы, лучник без руки тоже не жилец. Не потеря крови, так звери сделают своё дело, особенно в лесу, где обитают такие монстры. Даже злость куда-то ушла, оставив лишь опустошение. Потому я с каким-то странным равнодушием поклонился монстру, приложив руку к груди и произнёс:

— Спасибо за месть, лохматый. После того, что я увидел и умереть не жалко.

Волк же подошёл ко мне и наклонил свою лобастую голову, рассматривая неожиданно заговоривший кусок мяса. Его чёрный, влажный нос был так близко, что почти меня касался, а воздух из ноздрей явственно обдувал. Я же странно даже для самого усмехнулся, протянул руку и стал чесать короткую шерсть как раз между носом и глазами. Волк с окровавленной пастью кажется ошалел, его глаза расширились, сам он замер и даже дышать стал медленнее. Я же продолжил чесать, внутренне понимая, что пока процесс продолжается, меня не жрут. С перспективой отправиться за родителями я как-то смирился, но это всё таки не означало, что я тороплюсь встретиться с огромными клыками. Пасть зверя выглядела страшно, особенно после того, что он ей успел сделать за последние пару минут.

Волк стоял. Я чесал. Мы смотрели в глаза друг другу наверно с минуту, но для меня она растянулась на целую вечность. В какой-то момент зверю это надоело и он мотнул головой, отодвинув её чуть дальше. Поразглядывав меня несколько секунд, волк сделал то, чего я пожалуй ожидал меньше всего, когда его окровавленная пасть двинулась ко мне. Он просто взял и толкнул меня носов в грудь, от чего я с позорным конфузом упал на задницу. Поднявшись, я опять посмотрел на него. Ситуация была абсолютно непонятной, но умереть в случае чего хотелось всё таки не упав ниже суслика, который твёрдо стоит на двух ногах и без страха смотрит в будущее. Волку впрочем на мои переживания очевидно было пофиг и он снова толкнул меня носом. В этот раз я был готов, но разница у наших масс была такая, что это ровным счётом ни на что не повлияло.

— Пфых — издал зверь после этого странный звук, напоминающий смешок.

— Ну да, очень смешно — подтвердил я, снова вставая на ноги.

Волк снова фыркнул и открыл пасть, двинувшись ко мне. Я уж подумал, что меня наконец сожрут, но вопреки моим ожиданиям, страшные зубы лохматого монстра взяли меня на удивление нежно и куда-то понесли. Это был нонсенс. Безумие! Но вопреки здравому смыслу это было. Я болтался в пасти гигантского волка со светящимися глазами, который может тушить лесные пожары рычанием и двигался по ночному лесу неизвестно куда.