Та самая девушка

Я запустила руку в его боксёры, обхватив его рукой. Настала моя очередь.

— Святое дерьмо, Диллон, — простонал он.

Он поцеловал меня так, как меня никогда раньше не целовали. Таким образом, который забрал у меня всё, как будто он поглощал саму мою душу, когда его губы двигались по моим самым восхитительным образом. Но он также отдал всё взамен, как будто он не просто забирал мою душу, он обменивал свою. И теперь он будет держать мою. И я бы держала его. И они навсегда останутся в безопасности и будут лелеемы внутри.

Он издал хриплый звук в глубине горла, прежде чем встать и оттолкнуть мою руку. Я посмотрела на него, отчаянно пытаясь отдышаться, предполагая, что наше свидание в офисе закончилось. Его взгляд был тёмным, в его серых глазах бушевала гроза. Эмоции и желание промелькнули на его лице. А потом вдруг он схватил мои чёрные леггинсы по бокам и стянул их вниз.

Я издала звук, который был чем-то средним между паническим визгом и отчаянным стоном. Он уставился на моё лоно всего на мгновение, прежде чем снова приблизить свой рот к моему и погрузить в меня два пальца.

— Моя очередь, — прохрипел он мне в губы.

Я не могла поцеловать его после этого. Всё, что я могла сделать, это закрыть глаза и позволить ощущениям взять верх.

Он двигал своими длинными, грубыми пальцами внутрь и наружу, наполняя меня только для того, чтобы отвергнуть меня секундой позже. А потом наполняя меня снова.

Схватив его за плечи для равновесия, я держалась, пока он вёл меня всё ближе и ближе к фейерверку.

— Боже, ты такая чертовски красивая, — прошептал он мне в волосы. — Ты заводишь меня, Диллон. Во всех отношениях.

Его большой палец надавил как раз на нужное место, и я полностью потеряла способность думать, когда каждая мышца в моём теле напряглась и сжалась. Огни взорвались за моими закрытыми веками, и я выдохнула его имя, когда перевалилась через край.

Он одобрительно промурлыкал у моего виска, а затем обнял меня, пока я собиралась с мыслями.

Чёрт возьми.

Когда я, наконец, взяла себя в руки и смогла открыть глаза и встретиться с его горячим взглядом, я не смогла остановить застенчивый румянец, который окрасил всё моё тело.

— Как я и сказал, — поддразнил он с улыбкой, приподнимающей уголки его прекрасного рта. — Это был, безусловно, лучший поздний завтрак, который я когда-либо ел.

Моё сердце колотилось в хрупкой клетке груди, угрожая выпрыгнуть и убежать с этим мужчиной.

— Это было... — я прижала тыльную сторону ладони к щеке и попыталась стряхнуть с лица застывшее, удовлетворённое выражение. — Это было...

Он улыбнулся.

— Ты запомнишь это на этот раз?

Я прикусила нижнюю губу, зная, что никогда не смогу забыть этот раз.

— Ты такой самодовольный, — сказала я вместо того, чтобы признать правду.

Его улыбка поднялась на ступеньку выше, указывая на мою ложь.

— И тебе нравится это.

Наклонившись вперёд, я поймала его губы своими и чуть не поцеловала его, чтобы повеселиться ещё больше. Когда я отстранилась, мне понравилось ошеломлённое выражение его лица.

— Мне нужно вернуться к работе.

Он кивнул.

— Я хочу увидеть тебя снова. Скоро.

— Хорошо.

— Будет ли трудно уйти отсюда?

— Я разберусь с этим, — пообещала я. — Я тоже хочу увидеть тебя снова.

Он кивнул и снова поцеловал меня. Внезапно я возненавидела работу, "Бьянку" и поздний завтрак. Всё, что я хотела сделать, это поцеловать этого мужчину и посмотреть, какие ещё забавные вещи он мог бы сделать своими очень ловкими пальцами.

— Проводишь меня? — сказал он, когда мы смогли успокоиться, и часть румянца исчезла с моих щёк.

Конечно, мои волосы были в беспорядке, и я всё ещё пыталась привести в порядок свою одежду.

Мы попрощались без поцелуев и пообещали списаться позже.

Если кто-то на кухне и заметил сексуальный взгляд, окрасивший моё лицо, они ничего не сказали. Плавно я вернулась на территорию шеф-повара.

В Ванне было что-то такое, что увлекло меня, что полностью завладело мной. Он был первым мужчиной, с которым я когда-либо была готова рискнуть. Первые отношения, которые потребовали моего внимания, которые заставили меня погрузиться глубже.

Ванн становился намного большим, чем я могла объяснить. Он спасал меня снова и снова. Но теперь он спасал меня от чего-то гораздо большего, чем взросление.

Он спасал моё сердце.

ГЛАВА 21

— Ты уверен, что понял это?

Блейз рассмеялся на другом конце провода. Я на секунду отвела телефон от лица и проверила номер, просто чтобы убедиться, что позвонила нужному человеку. Я заставила Блейза рассмеяться. Бум!

— Да, я уверен, — уверенно ответил он. — Знаешь, ты и раньше оставляла меня за главного. Я могу пережить эту ночь, ничего не спалив, — он сделал паузу, а затем добавил. — Или не сжигая что-нибудь, если на то пошло. Я очень хорошо умею не сжигать вещи в целом.

Я поспешила заверить его, что верю в него.

— Нет, я знаю. Я понимаю, что ты хорош в том, что делаешь. Просто, знаешь, ты впервые знакомишься с новым меню, а у нас новый сотрудник и...

— Шеф, серьёзно, у нас все хорошо! Повеселись на своём свидании.

— Приёме у врача, — уточнила я, но потом не смогла вспомнить, говорила ли я раньше о приёме у врача или у стоматолога.

— Мм-хммм.

— О чём ты говоришь?

— Эй, всё хорошо. Ты работаешь двадцать четыре на семь. Если тебе нужен выходной, возьми его на ночь. Ты здесь босс.

Я была боссом. Я была хозяином кухни, которая начинала вести себя как кухня. И это было потрясающее чувство. Поэтому, когда Ванн написал, чтобы узнать, смогу ли я взять выходной и прокатиться во вторник за Тако, которые он делал со своими друзьями-велосипедистами каждую неделю, я ухватилась за этот шанс.

— Ты хороший парень, — сказала я Блейзу, искренне имея это в виду. — И отличный су-шеф. Спасибо, что прикрываешь меня.

— В любое время, — заверил он.

Боже, это было так приятно. "Воскресный дом" официально был для него исключён из меню. Он был полностью предан "Бьянке" и мне. Это была верность. Это было доверие. И я была так благодарна, что это было обоюдно.