Таица

– Ты справишься, – уверенно заявил Обатур, второй из сыновей, и отец ответил ему теплой улыбкой.

– Это надолго? – уточнил Коловрат, и Мастер нервно качнул головой.

– Очевидно, на пару месяцев.

– Так надолго… – пробормотала Милена, а Люцена тревожно пискнула:

– Что-то совсем плохое?

– Обязательно ваше личное присутствие? – уточнил Эрен и тревожно взглянул на жену. Милена пожала его пальцы.

– Да.

Мастер достал из кармана смятую телеграмму и передал зятю. Эрен прочитал и посмотрел вопросительно.

– Санкэ нужна именно моя помощь, – пояснил Мастер. – Теперь ты не мой ученик или управляющий, но я прошу тебя задержаться в Замке-на-острове и помочь Мелиссе.

– Я помогу. – Вид у Эрена был хмурым и недовольным, как и всегда, когда он сталкивался с тем, чего не понимал.

– Я не знаю, насколько все тревожно, – ответил Мастер на вопрос Люцены, старшей дочери. – Но Санкэ в Таице, и он просит о помощи. Это само по себе тревожно.

– Кто такой Санкэ? – вклинился Корхан. – Это бабайка?

Все рассмеялись, напряжение мгновенно лопнуло. Только Эрен, скорее опешил от неуместного веселья, а Корхан недоуменно переводил взгляд с одного на другого.

– Нет, что ты, – ответил Мастер, когда отсмеялся.

– Сам ты бабайка, глупенький, – ласково пожурила брата Люцена.

– Будь вежливой с братом, – нестрого поправила Мелисса и пояснила Корхану и Сивене:

– Санкэ – мой младший брат. И ваш родной дядя. Корхану был всего год, а тебе – три, когда мы последний раз навещали Таицу и видели дядю Санкэ.

– Он большой, лохматый и колючий, – по-своему объяснил Лесиастрат. – Возможно, ты помнишь медведя, который катал тебя на саночках? Это и был дядя Санкэ.

Объяснение возмутило старших детей, и они затараторили разом:

– Никакой он не медведь!

– Он волк!

– Он ездит на волках!

– Он добрый!

– У него глаза золотые, как у дракона!

– Он умеет свистеть на сосульках!

– Он плавает по-собачьи!

Коловрат, Обатур и Люцена видели дядю всего три раза в жизни, но этого было достаточно. Он стал их кумиром и главным героем самых увлекательных игр, которые дети затевали в самой темной чаще лесов на острове Терезы. Они могли бы час или два перечислять достоинства дяди, но отец с улыбкой коварного змея перебил их:

– Хотел бы я слышать столько комплиментов в собственный адрес. – Дети разом смолкли и пристыженно опустили глаза. – Надеюсь, в ваших играх я, по крайней мере, не крокодил, утонувший в болоте?

– Нет, – горячо заверила Люцена.

– Мы в тебя не играем, – проболтался Обатур и получил тычок под ребра от старшего брата.

– Значит, я точно не крокодил, – подытожил отец. – Какое облегчение.

– Они еще не доросли, – покачала головой Мелисса и ласково посмотрела на мужа. Мастер беззаботно усмехнулся и погладил по медным кудряшкам младшую дочь. Сивена потеряла интерес к разговору где-то на «он ездит на волках», перебралась на руки к матери. Вдовем они сели на диван, и теперь девочка обводила узор на колье матери.

– Хорошо, что вы помните дядю Санкэ, – продолжил Лесиастрат, обращаясь к старшим детям. – А теперь вам нужно уяснить, что около двух месяцев меня не будет дома. Слушайтесь дядю Эрена и заботьтесь о своей маме. И будет на этом. Все устали. Поговорим еще после обеда. Дети, идите отдыхать, и будьте бережны с няней. Милена, Эрен, пока я здесь, я бы хотел закончить один эксперимент.

– Тебе нужна моя ассистенция? – спросила Мелисса, и ее дрогнувший голос напомнил Мастеру, как долго он будет в разлуке с самыми дорогими существами в мире. Он кивнул и коснулся плеча супруги:

– Конечно. Какой же я Мастер без тебя?

Глава 4. Гениальные планы и грустная действительность

Мелисса отдала телеграмму золовке и села в глубокое зеленое кресло. Детей отправили отдыхать, а взрослые собрались в аудиенц-кабинете, с большим круглым столом в центре, мягкими креслами повсюду, книжными полками на стенах и с желтыми ирисами в старинных вазах. Милена три раза перечитала телеграмму с штемпелем таицкогогорода Тушита, отдала мужу, Эрену, и села в кресло по примеру невестки.

«Здравствуй долго!

Попервой, почём тебя тревожу. У меня нога черна. Чернеет дале. Помоги.

Во концах, почём тебе пишу. Боле некому.

Шурин твой

17 день Морознаго месяца 2020 г. Н.Э.»

– Что же, он заболел? – спросила Милена у Мелиссы, и голос эльфы выражал одновременно сочувствие, легкую тревогу и поддержку.

– Если бы просто заболел… – качнула головой Мелисса и сжала правой рукой пальцы на левой.– Он бы не писал в такую даль.

– Если это и чернота, то, скорее всего, порча, – предположил Мастер.

– В этом и может быть беда? – с надеждой спросила Мелисса. – Он в городе, а чаровать в городах нельзя.

Мастер задумался, взял у Эрена телеграмму, задумчиво постучал по ладони, цокнул языком:

– Едва ли. Тушит большой город, наверняка в окрестных сельбищах есть хоть одна выпускница Белой академии или ее школ.

– Любая из них сняла бы порчу, надо было бы только доехать, – признала Мелисса.

– И он бы доехал, а не слал телеграмму. Возможно, он ранен… иначе.

Мелисса вздрогнула:

– Бесовство?!

– Не знаю, – попытался успокоить жену Мастер. В глазах ее отразился ужас какого-то старого кошмара.

– У вас было видение? – предположил Эрен.

– Нет, – неохотно призналась Мелисса. – Но меня не оставляет дурное предчувствие.

Эрен фыркнул, Мастер окатил его ледяной волной маны. Бывший ученик ответил смиренным поклоном.

– Что же вы думаете предпринять?

– Отправлюсь в Таицу.

– Из-за предчувствия?

– И телеграммы.

– Это опрометчиво.

– Почему? – поднял брови Мастер.

– Потому что вас могут заподозрить.

– В чем?!

– Вшпионаже.

– В пользу Кари?!

– Да.

– Разве Таица и Кари враждуют?

– Добро пожаловать в современный Мир, – криво улыбнулся Эрен. Онобъяснил Мастеру и Мелиссе, в каких отношениях находятся Кари и Таица. Сами герцог и герцогиня заботились друг о друге, о детях и науке, об острове Терезы, но не о мировой политике. А в ней уже несколько десятков лет зрело нечто опасное.