Танго нуэво
Шрифт:
Что папа как раз не любит мамину маму. Что бабушка Ната приходит к нему регулярно, где-то раз в пять-шесть дней, и он потом очень злой, а мама переживает.
Нет-нет, она не просит у него денег. И деньги в семье есть… вот! Отец обещал старшей дочке для первого выхода в свет украшения с розовыми бриллиантами и жемчугом!
Дорого?.. И что? У мамы есть и подороже…. У нее и гарнитур с изумрудами есть, и рубиновый, и с сапфирами, и даже с черными бриллиантами! Вот!
Откуда Мерседес знает?
А она… только не ругайтесь, пожалуйста… она совершенно случайно подглядела, как папа
Нарисовать их?
Да, она может… хорошо. Сразу же после обеда, если дедушка и бабушка… Те не возражали.
– Рубины, сапфиры, черные бриллианты…. Откуда?!
– В сейфе их нет, – качнул головой Амадо. – Повод?
– Но кто мог о них знать?
– Я из этой стервы Арандо всю правду вытряхну! – воинственно сжала кулачки сеньора Идана Мерседес.
Пока девушка рисовала украшения, взрослые собрались в библиотеке. Правда, кофе так и остыл в чашках, несмотря на свой вкус и аромат. Не до того им было.
– Не убивайте ее, сеньора, это уголовно наказуемо, – поспешил разрядить обстановку Амадо.
– Мне бы тоже хотелось знать, откуда, – заметил Гонсало. – Вы же понимаете, тан, оборот моего сына просто не позволял таких покупок. Черные бриллианты! Да я за один камешек буду работать месяц, а тут – гарнитур?
– Откуда-то, – вздохнул Амадо, понимая, что ему предстоят еще и походы по ювелирам. Или… поговорить бы с Тони! Но… есть и еще один источник.
Ладно, лишь бы девушка правда умела рисовать, а не так, как кокетничают благородные девицы. Ах, тан, посмотрите на мой рисунок… навидался он такого в университете. Правда же, эта роза восхитительна? Ага, а роза напоминает то ли льва в атаке, то ли кляксу от варенья, которую языком разлизали, то ли что-то вовсе неприличное… Ладно, не будем о грустном.
Впрочем, в этот раз Амадо разочароваться не пришлось.
Рисунки были великолепны. Четкие, красочные, детали видны на всех украшениях, прорисованы даже застежки. И это с пары взглядов? Невероятно!
Но и на фантазии это не похоже, девушка просто не сможет так придумать!
Какая память, рука, глазомер! Невероятно! Для ее-то возраста!
– Сеньорита, вам учиться надо! Вы настоящий мастер… может, даже ювелир? Если так запомнили с одного взгляда?
Гонсало посмотрел на внучку.
– Мерче, ты хотела бы учиться на ювелира?
– Мама была против.
– Ничего, мы ей пока не скажем, – пообещала от всей души бабушка и поцеловала девушку. – Я тебя сама буду возить на занятия, и сама с мастером договорюсь, хоть завтра.
– Правда? – просияла Мерседес-младшая.
– Мое слово.
Кажется, визит Амадо к Веласкесам прошел не зря. Осталось только увязать воедино все эти дела.
Глава 3
Побережье.
Костер.
Рассвет.
Море.
На горизонте еще не появилась золотистая полоска, там еще даже розовые тона не забрезжили, но рассвет уже близок. И сидящий у костра человек это чувствует.
Да, сидящий у костра…
Как он выглядит? Если смотреть со спины – вполне безобидно и обыденно. Белая рубашка навыпуск, простые полотняные штаны. Волосы седые, заплетены в косу. Спина прямая, не сгорблена.
Ноги босые.
Со спины – ничего удивительного. Наверное, какой-то рабочий, вот, и соломенная шляпа небрежно брошена рядом на песок. Захотелось человеку встретить рассвет у костра. Бывает…
А вот с лица…
Если заглянуть этому человеку в лицо, то куда-то пропадает вся обыденность.
Во-первых, это индеец.
Во-вторых, ему уже глубоко за… а за сколько? Волосы седые, морщин – не счесть, но зубы все на месте и движения легкие и плавные, словно у ягуара… Та, что возраст определить сложновато.
В-третьих, это наверняка шаман. Об этом говорят и затейливые разноцветные татуировки, которые покрывают все его тело. Это со спины не видно, а в вороте рубахи: ой-ой-ой… так и ползут, словно змеи. Живые, жутковатые…
И в длинные, чуть не до земли, волосы вплетены какие-то амулеты… взять и рассмотреть поближе? Спасибо, это если кому жить очень надоело. Потому как на поясе у мужчины висит кривой обсидиановый клинок. И вот сразу чувствуется, что он не раз отведывал крови.
И на руках у него какие-то перстни, и на шее куча висюлек, и рядом… да, рядом лежит небольшой бубен. Просто под шляпой его сразу-то и не видно. А он есть.
Маленький, костяной…
Шаман смотрит в огонь.
Он ждет рассвета, чтобы получить подсказку.
Если смотреть на солнце, через живой огонь, то есть огонь, зажженный трением, да еще над соленой водой, которая, как известно, гибельна для нелюдей… есть возможность получить… нет, не ответ.
Кто ж тебе ответ-то скажет? Может, еще и жизнь твою за тебя прожить?
Боги так не делают. Тебе свободу воли дали, вот ты и думай, ты и действуй. Сам, все сам.
А тебе могут подсказать, подтолкнуть…
Помочь чуточку.
Нет, не с выбором. Скорее, с его определением. Направо пойдешь – в канаву попадешь. Налево пойдешь – в терновник попадешь. Прямо пойдешь – в огонь попадешь. Как в старых сказках.
А уж чего тебе больше хочется, ты сам решай. Шкура, чай, твоя, не чужая…
Для себя Адэхи почти никогда и ни о чем и не спрашивал – зачем? Но сейчас…