Танго Предтеч

– Я хочу решить этот вопрос. И тогда мы сможем, наконец, поговорить как должно.

– Само собой, - Инэрис вздохнула, - где он?

– Не так быстро. Переоденься вначале. И я очень прошу тебя, Инэрис, не появляйся в этом доме в такой одежде.

Инэрис поджала губы на секунду.

– Почему бы всем не увидеть, что Орден служит императрице? – спросила она с вызовом.

– Потому что все прекрасно знают, чего стоит эта служба, - отрезала Аврора, - ты знаешь, я люблю тебя и готова потакать любому хобби, но ты так же знаешь достаточно, чтобы понимать – в моём дворце адептам Ордена не место.

– Хорошо, - Инэрис вздохнула. – Правда, я не представляю, что сейчас носят. Да и моя старая одежда вряд ли подойдёт по размеру.

– Я пришлю к тебе швею. У тебя два часа, чтобы привести себя в порядок.

– Да, Ваше Величество, - Инэрис вздохнула и побрела к себе.

***

Двух часов, как оказалось, в случае необходимости вполне достаточно, чтобы соорудить в меру сложное платье из белого бархата. Всё остальное было подобрано уже готовым. Инэрис едва успела принять душ в промежутках между примерками и к концу выделенного ей срока уже стояла перед зеркалом, безо всякого удовольствия изучая результат. Умом она понимала, что эта одежда необходима этим вечером так же, как в бою необходим истребитель, но примириться всё равно не могла.

Она всё ещё смотрела в зеркало, когда вошла Аврора и оглядела её с ног до головы.

– Очень хорошо, - сообщила она, - тебе нужно будет заняться волосами, в остальном ты бесподобна.

– Что с моими волосами не так? – спросила Инэрис недовольно, снова поворачиваясь к зеркалу и разглядывая струящиеся по плечам пряди.

– Ничего, просто сейчас так не носят. Мода на естественность прошла давным-давно. Не беспокойся, утром к тебе заглянет стилист. Заодно подберём тебе драгоценности.

– Аврора… - сказала Инэрис осторожно и замолкла. Вздохнула и решила промолчать. Серые равнодушные коридоры Энира Тарди постепенно начинали казаться ей потерянным раем.

– Идём, - сказала тем временем Аврора и подставила локоть. Инэрис взялась за него и последовала за императрицей.

***

Посол ожидал их в парке, и Инэрис оставалось лишь удивляться тому, как он может терпеть такую жару. У него были длинные чуть вьющиеся и уже немного седые волосы, в остальном он сохранял моложавость и мог выглядеть вполне привлекательно для того, кто вообще испытывал к подобным мужчинам интерес.

– Что я должна сделать?

– Забрать документы.

– Это я поняла. Какие-то идеи как это осуществить?

– Документы хранятся у него в спальне. Я точно не могу сказать где. Он очень осторожен и не употребляет ничего в пищу, не проверив состав, так что подсыпать ему что-то не пытайся – только сорвёшь переговоры. Нужно просто проникнуть к нему в спальню и дождаться, пока он уснёт.

Инэрис внимательно посмотрела на Аврору.

– Проникнуть… и дождаться, пока он уснёт. Что должно произойти, чтобы он уснул?

– Инэрис, ты всё поняла. Если это слишком сложно – скажи сразу.

Инэрис молчала. Признавать, что это в самом деле слишком сложно, она не хотела. Да, её обучали справляться с противниками и так. Но куда легче ей было бы застрелить кого-то или пройти на бреющем полёте над базой противника, чем залезть к кому-то в постель.

– Не слишком, - сказала она спокойно. – Ты представишь меня или мне самой?

– Лучше сама. Так вам быстрее удастся сойтись.

Инэрис кивнула. Отпустила локоть императрицы и замерла на некоторое время, рассматривая противника и стараясь представить, что это тоже всего лишь расчетная единица, к которой следует подобрать подход.

Посол щурился и то и дело поглядывал в сторону моря – ещё бы, в такую жару. Однако почему-то оставался на месте. Что держало его здесь, гадать было бесполезно, и Инэрис решительно шагнула вперёд.

– Вам не жарко? – спросила она с улыбкой.

Посол повернулся к ней и склонил голову набок.

– Я вас знаю? – спросил он.

– Меня зовут Инэрис. Когда-то обо мне знали многие, а теперь, должно быть, забыли все.

Посол усмехнулся.

– Вы не слишком молоды, чтобы говорить о себе в прошедшем времени?

– А разве возраст так легко определить?

Инэрис выставила руку, предлагая взять ей за локоть.

– Пойдёмте, покажу вам в этом парке места куда более интересные и прохладные.

Если посол и колебался, то не больше секунды, а затем сам подставил локоть, и Инэрис взялась за него. Она сразу же повернула идущего рядом с ней мужчину к морю и, невзначай рассматривая его профиль, принялась расспрашивать о том, что он делал в парке и почему оказался один. Некоторое время Инэрис обдумывала, не прижаться ли к послу плотней, а затем отказалась от этой мысли, решив, что вокруг слишком жарко, и это не доставит удовольствия ни послу, ни ей самой.

– Значит, вас зовут Юрген, - повторила она, пробуя имя на вкус, - и вы уже устали от этих переговоров.

– Я этого не говорил.

– Это написано у вас на лице.

Инэрис остановилась у края узкой лестницы, серпантином убегающей к пляжу.

– Красивая и разбирается в политике… Ты не шпионка?

Инэрис повела плечами и ответила невпопад:

– Мы пришли. Здесь лёгкий ветерок, но я бы предложила вам ещё и искупаться. Я сама не была здесь пару лет, но, когда была в последний раз, дно было просто замечательным.

Не дожидаясь ответа, Инэрис принялась стягивать камзол, а заметив немного удивлённый и жадный взгляд мужчины, пояснила:

– Я просто не переношу жары. И камзолов. Это как скафандр, только хуже. Вы знаете, что за пределами нашего узкого круга высокомерных ублюдков давно уже не носят такой мучительной одежды?

– Они просто не ценят изящество и красоту, - сказал Юрген, внимательно наблюдая, тем не менее, как пальцы Инэрис ложатся на ворот блузки и дёргают вниз воротник. Застежки подались на удивление легко, и полы вмиг разлетелись, открывая взгляду Юргена небольшую грудь в белом эластичном корсаже.

– Не ценят изящество? – спросила Инэрис и криво улыбнулась.
– Хотите сказать, мой камзол изящнее меня?

Юрген сглотнул.

– Мне сложно судить.

Инэрис повела плечами.

– Я бы вам показала, - сказала она, - но спускаться к пляжу вы не хотите, а застав меня в таком виде посреди аллеи, многие будут удивлены.

Она коснулась кончиками пальцев горла и будто бы невзначай провела вниз по груди, к самой кромке корсажа.

– И мы, безусловно, в неравных условиях. А вот если бы вы тоже взялись показать мне настоящую грацию, у нас мог бы получиться любопытный обмен опытом.