Танго теней
Шрифт:
– Может быть, нам уже пора пообедать, друзья мои?
Дед и Катран, недоуменно переглянулись, потом с таким же недоумением посмотрели на то, как Жак Рано прихлебывал соленый чай, и смачно жевал лепешку…
Им ничего не оставалось, как присоединиться к этой полуденной трапезе, понимая, что пока Туарег не захочет этого сам, они от него ничего не узнают… …Подкрепившись, и посматривая на своих друзей, Жак, наконец, проговорил:
– В нескольких сотнях километров к югу от Марса Аллам, сколько точно я не знаю, в пустыне, находится Гробница Саяда аш-Шазли, который был великим суфийским правителем еще в 13
– Это большой оазис, в котором не всегда, но очень часто, Али разбивал палатки своего племени… Именно туда я вас и веду…
Ананьев тут же достал карту, развернул ее, и подал Туарегу:
– А показать это место на карте сможешь, лейтенант?
Жак внимательно посмотрел на карту, как посмотрел бы профессиональный военный, и произнес спустя минуту:
– Не могу, Иваныч… Это хорошая карта, но для туристов… Здесь нет нескольких рек…
– Рек?
– Удивился Ананьев.
Туарег оторвал взгляд от карты:
– Я наверное не правильно выразился… На карте нет пересохших русел нескольких рек, которые некогда впадали в Белый Нил - пустыня убила эти реки, но оставила из русла…
– А-а-а!.. Понятно!..
– Но приблизительно… - Туарег очертил кончиком ножа круг.
– Этот оазис где-то здесь…
Катран посмотрел через его плечо на карту и проговорил:
– Слушай, Жак… В этом диаметре километров 70-80, не меньше! Да тут вообще никогда и ничего не найти в этих барханах! Они же похожи, как однояйцевые близнецы, мать их!..
– Уже…
– Что уже?
– Напрягся Ананьев.
– Уже нашел… - Белозубо улыбнулся Жак Рано.
– Где?
– Не выдержал Катран и вскочил.
– За барханом.
– Ответил Туарег флегматично, не меняя позы, и все так же улыбаясь.
– Примерно в километре… Там сухое русло…
– Так поехали, чего сидим?
– …И следы большого каравана, Володя…
Ананьев сначала посмотрел на Катрана, а потом взглянул в глаза Туарега:
– Значит, ты их нашел? Так получается? Ты нашел племя Али?
– В этом оазисе всегда останавливалось только мое племя… И за то, что Али некогда отвоевал этот оазис для себя, туареги постоянно вели войны с другим племенем… - Проговорил Жак со странным выражением лица.
– Это очень удобное место… Отсюда, до Западного Дарфура, до рынка рабов, всего три дня пути на мехари… И это именно в этом оазисе меня чуть не убили, перед тем, как я попал в Легион…
– Так что же тогда получается? Мы уже в Судане?
– Спросил Катран и подозрительно оглянулся по сторонам.
– Не знаю, Володя… Может быть… А может быть и нет…
Дед отхлебнул соленого чая из своей кружки:
– М-мда-а!.. Веселые дела!.. Ну? И что мы теперь делать будем?
Жак с совершенно невозмутимым видом посмотрел на своих друзей, бросил в рот еще один кусочек соленой лепешки, медленно прожевал, допил из кружки чай, и…
Резко вскочив на ноги, запрыгнул в свой «Ренглер», и проговорил решительным тоном человека, принявшего сложное решение:
– Ну, что? Поехали?
Он рванул с места свой джип так, что выдал фонтаны песка из-под колес, и, зарываясь широкими шинами в песок, погнал вездеход вперед, даже не
задумываясь над тем, поехали ли его друзья следом - в этом Туарег был уверен!..Ананьев, уже на ходу, запрыгнул во второй «Ренглер», и оба джипа, обогнув довольно большой бархан, выскочили на довольно пологое место.
А еще через несколько минут они уже тряслись по трещинам окаменевшего под солнцем русла пересохшей реки…
15 июня 2008 г.
Москва. Управление ФСБ…
«…Нет ничего тягостнее ожидания! Особенно разноса начальства для подчиненного!.. Но если тебя начальство похвалило - жди беды на свою бедную задницу!…» (старая армейская мудрость)
…20.20, вечер… …В Москве был уже глубокий вечер… …Генерал Гришин, засидевшийся в своем кабинете до этого времени, решил, что и сегодня домой не поедет. Он это делал уже третью ночь, после того, как из России улетел бывший «кап три» Ананьев…
Здесь, в большом генеральском кабинете, была комната для отдыха, с телевизором, DVD, холодильником, баром, и довольно удобным, широким кожаным диваном, на котором теперь Гришин и коротал ночи…
Ну, и, конечно же, сюда были выведены все телефоны, по которым генералу могли позвонить среди ночи люди, знающие их номера и имеющие на то право… …Несколько минут назад генерал позвонил дежурному по Управлению офицеру и сказал, чтобы отпустили его водителя, потому что и сегодня он оставался в своем кабинете на ночь…
Затем он погасил в кабинете весь свет, и вошел в эту, «генеральскую берлогу»…
Покряхтев немного, он скинул с себя строгий костюм, галстук и белоснежную рубашку, натянул на себя спортивные штаны и футболку, посмотрев на часы, включил телевизор - сейчас должны были передавать вечерние новости, налил в квадратный хрустальный стакан коньяку и уселся на диван…
В этот момент на низком столике зазвонил один из телефонов… …- Слушаю! Генерал Гришин!
– Бросил он в трубку недовольно.
– Алло! Иван Сергеевич! Это Тесленко…
Гришин поставил стакан на столик, наклонился вперед, словно прямо сейчас собирался рвануть куда-то «с низкого старта», поплотнее приложил телефонную трубку к уху, и бросил требовательно:
– Докладывай, Николай!.. …Гришин не перебивал полковника ни единым вопросом!
И только через пятнадцать минут произнес:
– Это все?
– И еще… Собираясь в дорогу, Ананьев сделал, самые интересные, наверное, покупки - шесть ножей для аквалангистов, и шесть ружей для подводной охоты, три компаса, и мощный, 20-кратный морской бинокль…
Гришин замолчал на несколько секунд, обдумывая услышано, сделал из стакана большой глоток коньяка, закусил его лимоном, немного поморщился, и, наконец, поднес трубку к уху и проговорил:
– Значит, Николай, у нас с тобой получается такая картина… Наш агент с самого начала решил повести двойную игру?
– Выходит, что так, Иван Сергеевич… Он-то точно знал, что я и вся моя группа будет поблизости, да и система связи со мной оговорена… Единственное, чего он не мог знать, так это то, когда мы появимся в Марса Аллам, и уж тем более то, что мы прилетим в Египет на одном самолете… Ну и, конечно же, сам состав группы…