Танго теней
Шрифт:
– Такого не забыть… - Ответил Ананьев, и посмотрел поверх головы адмирала.
– Славно тогда прогулялись…
– И я помню, Дед! Помню, что обязан тебе жизнью!
– Проговорил адмирал Буторин.
– И именно поэтому, столько лет спасал твою бунтарскую задницу!!!
Адмирал грохнул пудовым кулаком по столу, и поднялся во весь свой богатырский рост:
– Но и моему терпению, товарищ капитан третьего ранга Ананьев, иногда приходит конец!
– Взгляд адмирала метал молнии - сейчас Буторин был похож на разгневанного Посейдона.
– Почему по окончании
Ананьев и Ечин только переглянулись недоуменно - в последнем их боевом задании, которое они выполняли всего-то месяц назад в далеком Индийском океане, все прошло без сучка и задоринки:
– Еж… На операции не случилось никаких инцидентов!
– Ответил Дед.
– Все прошло согласно четкому плану, и…
– Я говорю про ту операцию, в августе, когда ты… - И тут адмирал бросил такой взгляд на Ечина, что у каплея мурашки побежали по телу.
– И твой башибузук-любимчик поднимали фельдъегерский спецпортфель со дна Красного моря! Почему не доложили?!!
И двое Старых друзей опять недоуменно переглянулись…
– Разрешите доложить, товарищ контр-адмирал… - Проговорил Катран.
Но адмирал прервал его на полуслове:
– Вы, товарищ капитан-лейтенант, вообще хоть отдаете себе отчет в том, чью жизнь подвергли риску?!!
– Рявкнул Еж так, что звякнули хрустальные станы.
– Я уже не говорю о том, что именно этот подполковник, тогда еще, был куратором и непосредственным руководителем всей операции!!!
– Но ничего особенного небыло…
– Небыло?!! А на кого было направлено боевое оружие?!!
– Еж… - Ухмыльнулся Дед.
– Так это ж просто спектакль был… Ну, чтобы этот «супер» особо не пер на чужой территории…
– Этот «супер», как ты говоришь, теперь стал полковником и начальником Управления ФСБ!..
– Буторин заговорил медленно и очень тихо, что было самым плохим признаком.
– По должности, теперь даже я, контр-адмирал, обязан первым отдавать ему честь, если случится!.. Теперь понятно, капитаны, мать вашу за ногу! Яшку вам в глотку!
Ананьев посмотрел на своего Старого друга:
– Понятно… Эта гнида решила вспомнить Старую обиду… Вонь поднял?
– Вонь - это вообще не то слово, Дед… - Проговорил адмирал, и опустил взгляд на свои кулачищи, пряча глаза.
– Он обратился с жалобой на действия «кап три» Ананьева и «каплея» Ечина непосредственно к Главнокомандующему ВМФ России Куроедову… В рапорте было указано на то, что «во время проведения боевой операции на территории другого государства, означенные офицеры не подчинились прямому приказу командира, и угрожали ему боевым оружием»!.. Адмирал Флота спустил указание разобраться в инциденте нашему, Командующему ДКБФ… А наш адмирал направил мне прямой приказ…
– Пенсия, Василий?
– Проговорил Дед.
– Наш-то Иванов особо никогда не разбирался… Так что? Пенсия?
Контр-адмирал поднял на Деда и Катрана тяжелый взгляд, в котором сквозило огромное сожаление:
– Увольнение, Толя… Увольнение с Флота вчистую!.. Обоих!.. «Без сохранения пенсионных льгот, и права ношения формы и личного
оружия»… - Проговорил прославленный бопл.– Эх! Мать вашу, товарищи офицеры!!!
Адмирал резко встал из-за стола и нервно зашагал по своему кабинету:
– Что ж вы, два болвана, сдержаться не могли, что ли? Ведь знаете же, как никто другой, что с «фээсбэшниками» лучше не лаяться!
– Он подошел к Катрану.
– На хрена ты на него АПС наставлял, долбоюноша!!! По его рапорту я вас вообще обязан отдать под трибунал, разжаловать, лишить наград, и посадить лет на 5-7 каждого!.. Собственно именно это Командующий Флотом и приказал…
Адмирал нервно мерил шагами свой кабинет и бросал рубленные фразы:
– Сутки!!! Сутки, мать вашу, мне пришлось его уговаривать, чтобы добиться хотя бы вот такого результата!
– И проговорил сокрушенно, глядя в окно.
– Эх, бля!.. Каких боплов теряю, мать вашу!!! И ведь сделать же ничего уже нельзя!..
– Что теперь, Вася?
– Спросил Ананьев довольно спокойным голосом, но чувствовалось, что он на пределе.
– Какие будут дальнейшие приказания, товарищ контр-адмирал?
Еж обернулся к офицерам, и проговорил уставшим голосом:
– Приказ о вашем увольнении, Дед, Катран, мною сегодня уже подписан, и об этом уже доложено Командующему Флотом… Вам дается 7 суток, на то, чтобы сдать все дела своим заместителям, товарищи офицеры…
– Мы уже не офицеры, товарищ контр-адмирал!
– Проговорил Катран довольно резко.
– Приказ уже подписан!..
Адмирал Буторин резко, словно прицелился, взглянул на Ечина:
– Ты мне тут не смей на меня обижаться, тюлька!
– Рявкнул Еж злым голосом.
– Я тебя, сопляк, во-первых - много Старше по званию, а во-вторых - вдвое Старше по возрасту! Ты, каплей, когда у своего отца еще только белым головастиком с одного места свисал, Морского Ежа уже все Флота Союза знали!!! С уважением обращаться ко мне, каплей! С уважением!!!…
– Простите, товарищ контр-адмирал… - Ечин потупил взгляд.
– Случайно сорвалось… Нервничаю немного…
– Ладно, Володя… - Это был первый, и единственный раз, когда Еж назвал Катрана по имени.
– Я все понимаю… Но! Бывших офицеров не бывает, и ты это знаешь!!! Особенно если они настоящие, а такие, как этот «фээсбэшный» полковник, Гришин мать его!.. Гнида…
– Разрешите идти?
– Подал голос Дед.
– Идите, товарищи офицеры!
– Проговорил адмирал.
– Сдавайте дела… О выполнении доложите!..
И уже на пороге Дед услышал слова, сказанные адмиралом ему в затылок:
– Если уж вас двоих и уволили с Флота, Толя, то я буду добиваться того, чтобы эта ваша пенсия была, по крайней мере, почетной! Со всеми полагающимися вам с Катраном правами и ль Гуннами, положенными боевым, заслуженным, орденоносным офицерам!
– Спасибо, Василий… - Ответил Ананьев и грустно улыбнулся.
– Я всегда знал, что ты хороший командир…
– А иначе нельзя, Толя!.. По крайней мере, мне нельзя!.. …8 марта 1999 г… …Сегодня у Деда и Катрана, был первый день «гражданской жизни»…