Тара
Шрифт:
– Ты привязал меня и забыл.
– Я уже извинился, - заорал Тео.
– Что ты еще хочешь? На колени упасть, челом бить, - он демонстративно рухнул на колени и поклонился, стукнувшись лбом об пол.
– Хватит, - Тара отскочила.
– По-твоему, это смешно? По-твоему, мне нужны твои извинения?
– Даже если не нужны, я не могу ничего исправить, - Тео поднялся.
– Хотел бы, да не могу. Уж извини что я не такой святой как ты и по-человечески, могу что-то забыть или сделать не так. Я просто забыл. Я замотался, я искал эти чертовы личинки, я заделывал воздуховоды в каютах, я..., - он отчаянно махнул рукой и отвернулся. Тара тоже отвернулась и тоже молчала.
–
– Да, это наш общий корабль, но один из нас должен уйти.
– И это должен быть я?
– ехидно спросил Тео.
– Ну да, я же мужчина.
– Можно монетку бросить. Работу найти нам будет одинаково тяжело, - пожала плечами Тара.
– Тебе тяжелее, - Тео снова стало стыдно.
– Как сядем, подавай заявку на нового механика, я помогу с собеседованием.
– Есть Генри, вы сможете летать и без меня.
– Перестань, - Тео махнул рукой.
– Без тебя все рухнет. Ты же в основном заказчиков находишь.
– Издеваешься, да?
– тут же вскочила Тара.
– Нет. Да нет же, я не имел в виду этих гребаных ухолосов. Ну правда, сядь ты. Неужели мы вообще поговорить не можем? Дан вот сказал что мы по отдельности оба нормальные, но как сходимся, так все время ведем себя как идиоты.
– Серьезно?
– удивилась Тара.
– Ну да. С другими-то ты так не собачишься. Почему? Я думал, но не ревность же это, к чему бы тебе ревновать?
– А тебе к чему?
– Ну, ты любимица родителей, - хмыкнул Тео.
– Ты оправдала их надежды, в отличие от меня.
– Ты ведь это в шутку?
– уточнила Тара.
– Что нет? Ты что действительно ревнуешь?
– Я не ревную, - буркнул Тео.
– Тео, это идиотизм. Ты идиот, - тут же взорвалась Тара.
– Да с чего ты взял что меня любят больше? Давай еще Пола вспомним, он вообще не космолетчик и что? Его, по твоей логике, вообще не любят?
– Я не говорил что меня вообще не любят и Пола сюда не приплетай, о нас с тобой речь. И вообще, я не ревную, так что говорить не о чем.
– Тогда получается ты завидуешь, - констатировала Тара.
– Было бы чему завидовать.
– Ну не скажи. Я большая умница. Не многие могут в моем возрасте похвастаться должностью пилота и капитана.
– Ты еще не капитан.
– Ой- ой-ой, - Тара поморщилась.
– Но тогда ты еще не механик. Экзамены-то ты не сдал.
– Ха-ха, подколола, - скривился Тео.
– Слушай, а ведь правда, - Тара селя рядом с братом.
– Мы любую фразу друг друга воспринимаем как нападки и издевательства. Ну я так точно.
– Я тоже, - нехотя признался Тео.
– Хотя, мне сложно воспринять что-то иначе, ты почти всегда издеваешься.
– А вот и нет.
– А вот и да.
– Нет.
– Да.
– Нет, и давай прекратим этот детский спор, - попросила Тара.
– Последнее слово как всегда за тобой, - усмехнулся Тео.
– Слушаюсь, капитан, - он демонстративно козырнул и встал.
– Если уж последнее слово за мной, - Тара тоже поднялась.
– То сядь и долечи рану, а потом принеси сращиватели мне.
– Да я уже почти все.
– А надо чтобы было совсем все. И если по-хорошему не понимаешь, то считай что это приказ, - Тара вздохнула.
– Издеваешься?
– Нет, - девушка вышла из медпункта.
Настроение было хуже некуда. И чего они действительно ругаются? Им же делить совершенно нечего. Или дело в "Единороге"? Нет, не может быть, - Тара тряхнула головой.
– То что корабль принадлежит им приятно, но не главное. Она всегда мечтала летать и быть капитаном, а на своем корабле или на чужом, не важно. Вернее почти
– В полной сохранности. Интересно, что скажут грузополучатели? Им вряд ли понравится недостача личинок. Тара включила компьютер и принялась искать стоимость этих чертовых пеанских ухолосов. Найденное ее не порадовало. Ухолосы стоили очень много. Личинки, конечно, дешевле, но все равно дорого. К тому же появилось предчувствие что с получателем груза будут проблемы.
– Тара, - в дверь каюты тихо постучали.
– Входи, - девушка открыла дверь.
– Закончил?
– Да, - Тео поставил тяжелые приборы и показал кисть.
– Ты ложись, я на кровать поставлю так, чтобы ты поспать могла.
– Я сама.
– Они тяжелые. Хватит ломаться, ложись.
– А я и не..., - но тут Тара поняла что они сейчас опять поругаются и заставила себя замолчать. Она легла, бросила взгляд на воздуховод и вздохнула.
– Не пролезут, - пообещал Тео и поставил сращиватель на стул рядом с кроватью.
– Ты у себя все заделал?
– спросила Тара.
– Почти.
– Почему почти? Ночуй тогда в медотсеке.
– В каюте все перекрыто, в механическом не все, - пояснил Тео, включая приборы.
– Там нельзя перекрывать, взорвемся.
– Час от часу не легче, - Тара покачала головой.
– Лежи спокойно, - велел Тео.
– Механический отсек моя забота.
– А если эти твари в двигатели залезут?
– спросила Тара.
– Не думаю.
– Закрой там все что можно, - приказала Тара.
– Пожалуйста, - добавила она мягче.
– И надень скафандр.
– Есть, первый помощник, - усмехнулся Тео.
– Спи.
– Поспишь тут, - вздохнула Тара, когда Тео уже ушел. Она закрыла глаза. В голове вертелись планы по поиску оставшихся ухолосов, мысли о том куда они могли забраться и что будет с личинкой, если она действительно проберется в двигательный отсек. Чисто теоретически, двигатель - закрытая система, защищенная от случайного попадания посторонних предметов. Но это в теории. Девушка не заметила как задремала, но сон ее был поверхностным и в нем ухолосы опять лезли отовсюду, прогрызая теперь и защитные решетки и стенки корабля.
Один за другим пискнули сращиватели, сообщая о завершении цикла, и Тара с огромным облегчением поняла что спала. Она перевернулась, передвинула приборы на следующие раны и снова закрыла глаза. И снова ей снились кошмары, о том что корабль трясет, а двигатели работают как-то рывками, а потом и вовсе глохнут, а с ними пропадает свет и воздух. Все мечутся, сбивают друг друга, Тара на капитанском мостике смотрит на все это и ей все труднее дышать и вот она вдыхает, а кислорода уже нет, и грудь сдавливает, и..... Тару вновь разбудил писк сращивателя.