Тара

– Найдем что-нибудь другое, - Тео пришлось едва ли не бежать, чтобы нагнать сестру.
– Не переживай так.

– Я и не переживаю. Но и искать больше ничего не буду. Я расписываюсь в собственной никчемности и умываю руки.

– То есть как?
– не понял Тео.

– Отгоню "Единорог" на Парадайс, закрою его в ангаре и буду искать работу пилота. Тебе стоит вернуться к отцу, ну или к Гаю с Памелой. Там на тебя никто орать не будет, это ли не счастье.

– Тара, да погоди ты, - Тео что-то попало в глаз, и он опять приотстал. Пока парень вынимал из глаза соринку, он поразился насколько Тара изменилась. С закрытыми глазами Теодор видел людей разноцветными. Тара всегда было ярко бирюзовой, когда она смеялась или у нее было хорошее настроение, в бирюзе проскакивали блесточки и искорки. Сейчас же ее цвет был почти темно синим, еще немного и он станет черным, а это, Тео знал, очень плохо.

– Тара, - Теодор догнал сестру, - давай зайдем, кофе выпьем, - он дернул ее в сторону ближайшего кафе.

– Не хочу я, - выдернула руку Тара.

– А я сказал пошли, - с напором потребовал Тео.
– Можешь хоть раз не выделываться?

– Мне не нужны твои утешения, - Тереза никуда идти не хотела.

– Я и не собирался тебя утешать, но надо сесть и обсудить как быть дальше. Не забывай, корабль у нас общий, хоть ты и капитан.

– Да боже мой, - Тара закатила глаза и вошла в кафе. Там она взяла себе кофе и села за самый дальний столик. Тео кофе брать не стал, не очень он кофе любил, а просто сел напротив.

– Что с тобой?
– тихо спросил он.

– А что со мной?
– с вызовом спросила Тара.

– Ты почти черная.

– И что?

– Это плохо, Тереза.

– Пройдет.

– Тебе надо отдохнуть. Хочешь, поставим "Единорог" тут и навестим бабушку.

– Не хочу.

– Ты же любила бывать у бабушки.

– Неделя ангара тут сожрет все наши сбережения.

– Ладно, найдем планету подешевле и там отдохнешь.

– Тео, я не устала, просто.... Просто...., - Тара не могла найти подходящих слов и это злило ее, она поставила чашку на стол, но так резко, что чашка жалобно звякнула.
– Мне надоело бороться, - выдала девушка наконец.

– Совсем?

– Да.

– Вернешься к отцу?

– Нет. Если только совсем ничего найти не смогу. Может быть. Не знаю.

– Неужели все так плохо, Тара? Я никогда не лез в твои дела, но мне казалось, у тебя отлично получается.

– Отлично?
– Тара нервно рассмеялась.
– Ты издеваешься? Я трачу на поиски заказов в три раза больше времени чем другие капитаны, мы все время возим грузы а самые отдаленные точки Империи, потому что туда другие летать не хотят, а у нас выбора не остается.

– Я не знал, - растерянно пробормотал Тео.

– Зачем тебе было это знать? Твое дело корабль в рабочем состоянии держать, ты с этим блестяще справился.

– Может я мог бы тебе как-то помочь, - неуверенно пробормотал Теодор, хотя понимал что от него помощи Тара не приняла бы, да и не умел он ничего кроме работы механики.
– Прости.

– Это ты меня прости. Мы хотели самостоятельности, но из-за того что я не справилась, тебе тоже придется вернуться.

– Да мне не сильно и хотелось, - Тео вздохнул.
– Мне и с отцом неплохо летать было.

– А-а-а, - протянула Тара.
– Значит тебя все таки выставили за мной присматривать.

– Нет, не присматривать, просто папа сказал что хочет чтобы у тебя был лучший механик и ты хотя бы об этом не заботилась.

– Папа, - горько усмехнулась.
– Надо будет позвонить ему и рассказать что у нас..., у меня, - поправилась Тара, - ничего не вышло. Заказ военных мне не получить, экипажа у меня нет, Генри и тот уйти хочет, только никак не может решиться сказать об этом.

– Найдем новый экипаж.

– Тео, - Тара тяжело вздохнула.
– Найти экипаж во много раз сложнее чем груз. Мало кто хочет летать с капитаном женщиной, еще меньше тех кто будет терпеть меченую женщину капитана.

– Ты же всегда отлично ладила с командой.

– Я с Даном ладила и с Генри, а сколько от нас ушло пилотов и техников?

Тео задумался и понял что действительно много, с некоторыми новичками он даже познакомиться толком не успевал. Правда, он никогда не задумывался почему они уходили. Тео механически взял чашку Тары, отхлебнул из нее, поморщился и поставил обратно. Тара этого даже не заметила, она думал о своем.

– О, какие люди, - к столику Тео и Тары подошел лейтенант Ти Блу с товарищем.
– Мисс Гарант, - он галантно поцеловал Таре руку.
– Мистер Гарант.

– Здравствуйте, - Тео помнил что где-то видел этого парня, но кто он вспомнить не мог.

– Нас обрадовали что мы теперь с вами летать будем?
– Ти продолжал радостно улыбаться.

– Вас ввели в заблуждение, - Тара встала.
– Я отказалась от сделки. Извините, - она прошла мимо солдат и вышла из кафе.

– А...Э... Я что-то не так сказал?
– спросил Ти у Тео.

– В смысле?
– не понял Тео.

– Она вроде обиделась, - лейтенант махнул рукой на выход.
– Я не хотел никого обидеть.

– Да она не обиделась, просто расстроилась, - пояснил Тео.
– Мы только что из министерства, не получилось у нас с этой работой.

– Но почему?
– Блу сел на место Тары.
– Все же вроде хорошо было, майор говорил вам только документы подписать оставалось.

– Мы и ходили, - кивнул Тео.
– Тара меня за собой потащила, мол вдруг там что переделать захотят, чтоб я глянул. А там столько всего.

– Чего всего?
– не понял Ти.

– Да всего. Денег, как я понял, в договоре меньше написано, чем обещали, пушек кучу хотят поставить, а это обшивку резать надо. Двигатели требуют заменить на стандартные. Ну вот скажи мне, зачем? Мои же лучше. Они надежнее, быстрее экономичнее. А вот еще, вспомнил, экипаж ей уже вроде как набрали. Она рассердилась, говорит, экипаж капитан набирает, а не просто подписывает его список. В общем, мы отказались.

– И чего теперь?
– спросил приятель лейтенанта.

– Теперь ничего, - Тео вздохнул.
– Поставим "Единорог" в ангар и будем искать работу на чужих кораблях. Я пойду, ладно? Что-то мне Тереза не нравится совсем, она черная почти.

– Черная?
– переспросил лейтенант Блу.

– Да, - кивнул Тео.
– Майк был черным перед тем как повеситься, - и он ушел, оставив военных с полном недоумении.

– Особые, - наконец выдал Ти.
– Все у них не как у людей.

– Черт, а я уже так настроился на то что полетим на нормальном корабле, - приятель Ти вздохнул.
– Майор расстроится.