Тайна

— Что вы тут делите? Что с лицами? — Дима наконец-то вышел из клиники, по моим ощущения его не было вечность.

— Ничего не делим. — выдавил из себя Саша, голос его дрожал.

— Дима подожди нас в машине. — взяла Сашу за руку и отвела в сторону небольшого парка.

Сейчас меня интересовали два вопроса, но один из них имел слабую силу против второго. Да можно сказать, не имел никакой силы. Просто шок, что он знал про ребенка, которого я потеряла, сменился любопытством. Чистым, женским, способным многое расставить по местам.

— Давно ты знаешь… про того ребенка? — вопрос задала, остановившись посреди тропинки, потому что дальше идти молча было невыносимо.

— Крис прости! Маленькая моя прости! — Саша не ответил на мой первый вопрос, зато своими действиями ответил на второй, тот самый важный для меня вопрос, который и задать не успела; — “Что дальше?”.

Почему-то от той боли и слез в его глазах и дрожащего голоса, я решила, что он меня сейчас просто оставит. Дура!

Вместо этого, он опять стоял передо мной на коленях и обняв мои ноги, просил прощения. Так, словно это он виноват в моем бесплодии.

— Саша хватит! Перестань. — потянула его за воротник куртки и Саша тут же поднялся.

Видеть Сашу в таком состоянии совсем не могла, да и самой бы не разреветься. Устала уже от этих слез.

— Это не приговор, врач говорил что-то про суррогатное, кажется, материнство… — поспешила озвучит то, о чем сама и не вспоминала даже, а врач же тогда еще какие-то варианты предлагал, только вспомнить о них сейчас было невозможно, проще снова посетить специалиста.

— Может, это ошибка? Так же бывает, врачи… они часто ошибаются. А мы сходим к другому врачу. — шептал Саша, запинаясь на каждом слове, чтоб поцеловать мое лицо.

После этого разговора в парке прошли еще две недели. Уже на сто процентов спокойные и тихие дни, без всякого надрыва. Аня с Димой собирались обратно домой в Москву. Вопрос с Олегом так был и не решен, а я даже не хотела соваться туда, но кажется, разбираться с ним будет Дима.

Ана носилась по дому, стараясь собрать все вещички до единой, а я была удостоена чести подержать малышку Вику на руках. Она не спала, но была спокойной, только изредка издавала смешные звуки.

— А это зачем? Варежки в доме? Вы совсем чокнутые родители. — с сарказмом заявил Саша, который подсел ко мне на диван.

— Это не варежки, а царапки. Ногти я ей никак нормально не могу подстричь, пальчики такие крошечные. — трогательно призналась Аня.

— Нормально ты ей ногти подстригла, не под корень же с мясом выстригать. И перестань губы кусать! — в защиту Аниных способностей вступился Дима, хотя то была самая, что ни на есть самокритика.

— Ага, как же нормально? Личико-то она поцарапала. — тут же отбила она его оправдание.

— Идите в другое место ругаться, от ваших споров Викулька испугалась. — вдруг заявил Саша.

— С чего ты взял? Не плачет, вон какая спокойная. — я посмотрела на девочку, та даже выдала что-то отдаленно похожее на улыбку.

— Зато она плохо пахнет. Мать ребенка прими. С испугу обделалась бедная. — Аня что-то произнесла Саше одними губами, я не смогла понять, что, а вот он понял.

— Ага. — согласился Саша с ней.

Малышку Аня забрала, я же только сейчас поняла, что нос у меня запахов не ощущает. Но я вроде не болею, в горле даже не першило.

— Что она тебе сказала? — спросила Сашу, когда Дима с Аней унесли Вику переодевать.

Те так и толкались парой неразлучной.

— Она сказала, что я чудовище. Ну это прикол у нас такой, что не слышала ни разу? — удивленно спросил Саша и притянул меня к себе так, чтоб я голову положила ему на плечо.

— Нет. Но вы вечно пялитесь вместе в окно. Что вы там высматриваете? — спросила его наконец-то, хотя уже давно хотела спросить.

— Как что? Белку, конечно. — со смехом признался Саша.

— Давай собаку заведем? — предложила ему с нескрываемой грустью.

— Нет. Собака у нас уже есть хоть она еще и не наша, а вот от пары девочек я не откажусь. Мелкая прикольная такая да? — Саша расплылся в мечтательной улыбке.

— А от мальчиков откажешься? — спросила его с неким подозрением.

— Нет. Ну…Да ну нет. Не представляю нас родителями мальчиков. — Саша о чем-то задумался, а потом добавил; — Но если мальчики, то не откажусь, конечно. Скажешь тоже! — уже возмутился под конец.

— Все молчу. Надо к врачу сначала сходит. Еще даже анализов не сдали, а уже пол детей обсуждаем. Делим шкуру неубитого медведя.

— Нет! Мы просто мечтаем! — громко заявил Саша и поцеловал меня в нос.

— Обслюнявил-то зачем? — спросила его, смеясь и утираясь.

— А чтобы было! — он хитро мне подмигнул.

Тут, на этом вот диване я окончательно и поняла, мы точно все-все преодолеем с Сашей.

Глава 34

Александр

Съездил по делам и вернулся домой за Кристиной. После отъезда брата с Аней и дочкой прошла еще неделя, а сегодня как раз должны были с Кристиной ехать в больницу на консультацию к врачу. Только вот нашел ее в спальне. Совсем несобранную под одеялом с головой, и кажется, она грызла кончик подушки. Меня это немного испугало. Неужели сейчас ее еще уговаривать придется на полное обследование и что там дальше нас ждет, лечение или другие варианты.

— Почему ты не собралась? Мы же к врачу едем, опаздывать неприлично, давай по-быстрому собирайся. — стянул с Крис одеяло, она что-то промычала и свернулась в калачик словно кошка.

— Эй! Что за бунт на корабле? — потрепал Кристину за плечо, на что получил удар по руке.

Слабенький такой, словно из последних сил.

— Не ори. У меня дико болит голова, врач отменяется. — с трудом произнесла моя маленькая, но бойкая девочка.

— Так что ты молчала-то? Надо вызвать врача на дом. — накрыл обратно свою Крис одеялом, заботливо подоткнул края на что получил легкую улыбку от нее.

— Не надо врача, я уже выпила таблетку, мне просто нужно полежать.

— Хорошо. Я тебе сделаю горячего чая, а то тебя морозит. Ты вся трясёшься, простыла, наверное.

— Угу.

Оставил Крис, а сам ушел на кухню. На столе было не убрано еще с завтрака и обеда не наблюдалось, что очень непохоже было на Кристину. Хотя раз так голова болит, то ей плохо или хорошо симулирует хитрая. Позвонил в клинику, перенес наш визит, заварил чай, а сам ловил себя на мысли, что она притворяется. Лишь бы не решать проблему, а спрятаться от нее под одеялом. Очень в нашем с Кристиной духе. Единственный аргумент в ее защиту — это дрожь которой ее действительно било, пока укрывал Кристину и сам ощутил, как ее потряхивает. Но возможно, это просто нервное.