Те Виту

— Не настолько младшая, как люди, — возразила Те Виту. — И мы младшая раса, а не ветвь эволюции. И да, вам дали бы сесть на Бабочку. Так что ты можешь благодарить судьбу или во что вы сейчас верите, за то что мы решили на вас напасть.

— Ты разведчик, да? Ты следишь за людьми?

— Нет, — возразила Те Виту. — Я не наблюдатель и не ученый, о людях я знаю только то что читала или видела в образовательных фильмах. Вы одна из множества рас, вы интересны постольку, поскольку мы похожи внешне. Я не хотела нарушать твое личное пространство и врываться в твой сон, но люди не способны защитить второй уровень, а я не могу объяснить тебе опасность доступными для тебя способами. Поэтому я показала. Как действовать дальше решишь сам.

Марсель снова оказался на Бабочке и когда у него перед глазами снова рванул человек, проснулся.

Сердце почти успокоилось, Марс вспомнил мельчайшие детали сна и усомнился что это все же был сон. «Люди не способны защитить второй уровень». Что бы это значило? Уровень чего? Это прозвучало как извинение за вторжение в сон. Значит второй уровень это сны? Марс осторожно повернулся на бок и взял с тумбочки планшет. Он устроился поудобнее и взялся подробно записывать все что ему приснилось. Сперва все подряд, потом разделил информацию на данные относящиеся к Бабочке и ее опасностям, а отдельно выписал крохи информации о древней расе и ее младшей правой…. Кем бы она там не была. Получилось бредово, но Марсу показалось важным сохранить эти данные. Если это был не сон, эту информацию можно проверить. Не сажать на Бабочку людей, а высадить аземных роботов. Только ни в коем случае не забирать их с планеты обратно. Это Марсель тоже записал.

4

Пираты сделали выводы из предыдущего кормления и решили сменить тактику. Утром, пятеро поваров были отконвоированы на кухню. Им были выданы крупы, и было приказано готовить кашу. Одну для всех. Остальных обитателей станции приводили в столовую по двадцать человек, давая на еду ровно десять минут. Кто-то пытался протестовать или даже подбить остальных на бунт, но мятежников очень быстро нейтрализовали и заперли в карцере. Бунтарей кормили раз в день, сухим пайком. Просто закидывали его в крохотное окошко и уходили. И запертые не знали ни что происходит на станции, ни что с ними будет. Камер хватило на всех. Среди ученых не нашлось достаточного количества отчаянно смелых людей, а пираты очень грамотно формировали группы, работники службы безопасности ни разу не ели со своими коллегами. Питание худо-бедно было налажено и пираты взялись за то ради чего станцию захватывали. За демонтаж оборудования и двигателей. Претензии экипажа их не волновали.

— Мистер Префер, вы просто обязаны что-то сделать, — заявила Гейл Ошко во время ужина. — Я не хочу сидеть в чужих каютах. И то что происходит это ваша вина, это вы пустили пиратов на нашу станцию.

— Угу, — Марс на Ошко не отвлекался, он знал, что ровно через пять минут охрана сгонит всех и поведет по каютам. Гейл бесилась из-за того что пираты не разбирали кого из какой каюты забрали и не давали пленникам самим вернуться в свою каюту. Они заталкивали первого в цепочке в первую свободную каюту и запирали дверь. Это было крайне неудобно, но не смертельно и лично Марс возмущаться по этому поводу не стал. Ошко же вот решила протестовать.

— Вы бы поели, — посоветовал сантиниэль, евший вместе с Марселем.

— Вы бы не советовали мне что делать, — огрызнулась на него Гейл. — Это по вашей вине мы вынуждены все это терпеть.

— Хватит, — рявкнул Марс, — Определитесь уже кто виноват и держите свое знание при себе, до официального разбирательства. А сейчас уйдите с глаз моих. Молча.

— Не смейте мне грубить, — Гейл поджала губы. — Вы… мужчины так себя не ведут.

Марсель закатил глаза и снова принялся за еду.

Гейл отошла от стола и заметила на дальнем столике, за которым ели пираты столовые ножи. А еще она поняла, что на нее никто из охраны не смотрит. Сегодня стражу возглавлял один из самых мерзких пиратов, тот что похож на ящерицу. Гейл, всячески делая вид что идет за грязной посудой, направилась к пиратскому столику. Она шла медленно и роботы, охранявшие пленных, ее пропустили. Люди, заметившие что делает Ошко замерли. Никто не издал ни звука, но именно эта внезапная тишина и заставила Туша обернуться. Гейл, поняв, что до ножа не дотянуться, просто от отчаяния пнула рептилоида по ногам. Туш не удержал равновесие и рухнул. Прямо на Гейл Ошко.

Гейл орала так, как не орала никогда в жизни. Она билась под довольно тяжелым рептилоидом, извиваясь всем телом. Из-за ее трепыханий и ора Туш никак не мог подняться. Он уже и робо-ноги отстегнул, но опереться об пол и встать Туш не мог. А гуманоид оглушающе орал и трепыхался. И Туш плюнул ядом. Прямо в открытый рот гуманоидной самки. Крик резко оборвался, секундой спустя прекратились трепыхания. Туш сполз с Гейл и удовлетворенно кивнул.

В столовую ворвались Те Виту, Ни-Ниш и Мия. Те Виту махнула рукой и роботы взялись выгонять пленников из-за столов. Кто-то заголосил, кто-то из женщин заплакал и все почему-то смотрели на Марселя.

— Она мертва? — спросил Марс, по примеру Те Виту усаживая сантиниэля на плечо. Вопрос прозвучал равнодушно. Вот кого-кого, а Ошко почему-то жалко не было, Марс сам не раз был на грани того чтобы убить ее. Ну почти не жалко. От мысли что ее убили все же было не по себе. Какая-то совсем уж дурацкая смерть. Даже смешно. Марсель не понимал почему так равнодушен и спокоен. И почему остальные тоже спокойны. Уже никто не плакал и не голосил. Люди выворачивали головы, но исключительно из любопытства, демоноподобный чужой перекинул Гейл через плечо и потащил куда-то. Может приготовить, чтобы рептилоид ее дожрал? Эта мысль почему-то совсем не шокировала и даже немного жаль было что Ошко понесли не на кухню, а мимо.

Ужас вернулся уже в каюте. Марс вдруг будто осознал, что Гейл вообще-то может умереть. Да, она сама напала на чужого, да их предупреждали, но…. К тому же Марсель, как на зло, как раз оказался в каюте Гейл.

— Я буду до конца своих дней жалеть об этом, но я должен, — прошептал он санти и принялся колотить в дверь и требовать капитана.

— Я с тобой, — решительно заявил белоснежный сантиниэль и присоединился. Он тоже добросовестно стучал и кричал, а когда дверь все же открылась, стрелой взметнулся Марселю на руки, чтобы его не оставили одного в каюте.

Дверь открыл человек. Мужчина.

— Мне нужен капитан, — сказал Марс. Сантиниэль старательно перевел фразу, но реакции не последовало. Мужчина некоторое время тупо пялился на пленных, а потом сказал что-то на непонятном языке и отошел от двери, выпуская Марса. Марсель повернул к рубке. Но его грубо схватили за шиворот и, приподняв над полом, поставили обратно, только развернув при этом.

— Пусти, — дернулся Марсель, но надсмотрщик его одежды не выпустил.

— Марс, это не человек, — прошептал сантиниэль, прямо на ухо. — Это робот. Я только что это понял.

Марсель попытался повернуться, чтобы посмотреть, но не смог. Его снова приподняли над полом и снова, как дурного кутенка, направили в нужную сторону. Это было унизительно и больно. На Марселе был комбинезон, а когда в комбинезоне тебя поднимают за шиворот, то брюки очень сильно врезаются в промежность. А потом Марсель понял, что его ведут в мед. отсек. Это было хорошо. Наверное. Потому что давало надежду на то что Ошко жива.

В медотсеке собрались почти все пираты. Гейл Ошко лежала на кушетке и помогать ей пиратский врач не спешила.