Тело и душа

Вот же блин. Каким—то образом, я все еще была проводником Уилла. Я не появлялась у него в момент своей смерти, но казалось, что мои другие способности были при мне.

Моей первой реакцией был внутренний скачок радости. У меня до сих пор была цель и мне не нужно быть самоотверженной и пытаться убедить Уилла найти нового проводника — не эту цыпочку — чтобы он мог быть в безопасности.

Но эта эмоция быстро испарилась, потому что, как обычно, без присутствия Уилла, моя оборонительные способности проводника были ограничены во времени и силе.

Размытое пятно передо мной качнулась и замаячило. Затем она громко втянула воздух.

— Ты заморозила меня! — проговорила она в ужасе.

Убирайся, Алона. Убирайся, сейчас же. Мое чрезвычайно развитое чувство самосохранения, слегка заржавевшее из—за того, что я давненько не использовала его за прошедший месяц, ударило с удвоенной силой.

Я начала идти в сторону двери, мое сердце бешено колотилось. Она понятия не имела, кем я была, и я просто раскрыла это ей. Если она сложит все частички вместе, все последствия от которых я отклонялась назад, приземлились на мою голову. И помимо всего прочего, теперь она была зла.

Она последовала за мной.

— Только у проводника Уилла Киллиана должны быть такие силы, — с подозрением сказала она и отчаянно захотела увидеть выражение ее лица. — Но она исчезла. Если только это не так.

Призрак неожиданно рванул вперед, ее вытянутые руки мелькнули в дымке и я, спотыкаясь, убиралась с ее пути, но моя левая нога запуталась в уголке одеяла Мисти. Я потеряла равновесие и знаю, что лечу вниз.

Моя задница удаляется о землю, и она была прямо там, стояла надо мной. Ее рука сжала мою руку и в эту секунду, я смогла ясно увидеть ее. Длинные рыжие волосы свисают через плечо, розовый верх бикини виден через ее обрезанную футболку "Сеньор Лягушка". Весенний зайчик. Тот, который должен носить танкини, или сдельный купальник. Очень летнее для ее скромной, в лучшем случае, груди.

Черт возьми. Это была девушка в бикини. Она была именно такой, как ее описал Уилл.

Ее карие глаза были широко распахнуты, и я гадала, видит ли она меня. Не Элли. Меня, Алону.

— Ты не исчезала, — обвинила она. — Ты нашла место получше.

Я взвесила свои варианты. Продолжить лгать или положиться на браваду, которая много раз хорошо послужила мне в прошлом? Она хочет чего—то. Это ясно, как день. И, насколько я знаю, люди, которые хотят чего—то, чего угодно, были уязвимы для махинации, которые заставят их поверить, что они на самом деле могут получить это.

Так что, выбор прост. Время, чтобы изменить это. Правда , вся правда и ничего кроме ... ну, сколько правды сколько поможет мне.

Я выпрямилась насколько смогла, проигнорировав нервный трепет сердца, во взятом взаймы теле. Разум против материй.

— Ага, я исчезла, — просто сказала я, спокойно, как если бы это не отличалась от кого—то, кто противостоял мне в школьном коридоре из—за того, что я якобы сказала. Публика, крайне редко ослепляющие вспышки, но все—таки это что—то к чему я привыкла, время от времени. Человек с более холодной головой — я — всегда выигрывал. Так что вот так — мне просто нужно было держать себя в руках.

Я вырвала свою руку из ее пальцев.

— Не возражаешь?

Она отпустила меня, прерывая мою способность видеть ее четко, и опустилась рядом со мной, по крайней—мере это выглядело так. Размытое пятно зависло над полом в смутной форме напоминающей человека.

— Как ты это сделала? — спросила она.

Я проигнорировала ее.

— Кто ты?

— Эрин, — сказала она нетерпеливо. — Ты кого—то убила?

Мой рот приоткрылся.

— Что?

— Я размышляла об этом. Возможно, я смогу проскользнуть в чье—то тело только в том случае, если эта душа уйдет, но мы можем причинить боль только единственным людям, призрако—говорящим, которые видят нас... — она испустила разочарованный вздох, словно она говорила о билетах на концерт, которые не может получить, а не об убийстве кого—то.

— Нет, я никого не убивала! — вскочила я на ноги. — Что не так с тобой? — потребовала я. Я растрачивала так много сил, чтобы сохранять спокойствие.

Она тоже вскочила, следом за мной, и я мельком заметила блеск темных глаз.

— Что со мной не так? Что не так с каждым из нас? Мы были лишены жизни перед нашим началом! Прежде чем вещи начали становиться хорошими. Я хочу снова почувствовать ветер на коже. Я хочу поплавать в океане.

— Да, потому что есть много чего, что происходит в штате Иллинойс, — пробормотала я.

Она проигнорировала меня.

— Я снова хочу ощутить тот первый поцелуй с новым парнем. Я хочу танцевать и чувствовать, что музыка пульсирует в моей груди. Я хочу быть живой и знать об этом, ты понимаешь? — Она казалась грустной.

Возможно, мне было жаль ее, вот только она определенно была фанатиком с большой буквы Ф и — если я не ошибалась — безумным. Ты не можешь охотиться на людей (по причинам все еще не ясным мне) и думать об убийстве других, без серьезного запаса энергии. Негативная активность и мысли такого рода вызывают огромную течку и уничтожают большую часть призраков в процессе, но очевидно, не ее.

— Я хочу быть живой...как ты, — добавила она, и ее голос стал мрачнее.

Эта девушка собирается убить меня, чтобы получить то чего она хочет. Это не могло быть яснее, чем, если бы она сказала об этом вслух. – Нам нужен Уилл. Он должен быть здесь, — сказала я, стараясь говорить так, будто мне все равно, хотя я чувствовала, как меня всю трясло. Это было стальной тактикой, да, но я больше не хотела быть в этом одной. — Существует целая церемония и все...

— Он ничего не сможет сделать, — пренебрежительно сказала она. — И даже если бы он смог, он не такой как все, веришь или нет. — фыркнула она. — Он знал о тебе и даже не рассказал мне. – Казалось, она обиделась.

Я заглушила панику, которая грозила поглотить меня и сделала еще одну попытку разъяснить.

— Серьезно, Уилл единственный кто может...

— Нет, ты должна оказать мне услугу. — Она схватила меня за руку, еще крепче, чем раньше. Было больно, и я отшатнулась от нее. Что было ошибкой. Что—то внутри меня сместилось, и я ощутила, что выхожу из своей собственной кожи — ну, моей взятой в займы кожи.

Эрин резко выдохнула. Спасибо ее хватки, я снова смогла увидеть ее, так что было не сложно проследить за ее взглядом и понять, на что она смотрит. Она уставилась на свою собственную руку на моем предплечье, и от удивления ее глаза оказались размером с блюдца.

И по делу. Ее рука, погружалась в мою — нет, в плоть Лили.

Ох, нет. Нет, нет, нет. Холодная волна страха пронзила меня. Я знала что происходит.

Я отпрянула от нее, но это только потащило ее за мной, ее рука теперь вошла в руку Лили. Так же как когда—то сделала моя рука.

Я протянула свободную руку и толкнула ее в плечо, в то время как выражение ее лица сменилось от удивлённого до светящегося восторга.

— Ты не понимаешь, — сказала я, сквозь стиснутые зубы, делая все возможное, чтобы отстраниться от нее. — Это круговорот. Мы нужны друг другу. Я не выживу без нее и она не выживет без меня. — Я живо вспомнило посиневшее лицо Лили и ее тяжелое дыхание, когда Орден попытался разлучить нас. Это было одно из страшнейших зрелищ , которых мне довелось когда—либо видеть.