Темень

Мария села на стул перед Екатериной.

— Благодарю, но пока смена не началась, я отвлекла бы Вас от работы — нужно обсудить пару вещей, — Екатерина не успела ничего ответить прежде, чем Мария начала задавать вопросы, — во-первых, были ли среди шахтёров жертвы, сколько их было, когда начались убийства и что вы сделали с их телами? И, пожалуйста, без имён — говорите в хронологическом порядке. Мне так проще запомнить будет.

— Д-да, хорошо. За последние две недели умерло четверо шахтёров. Первый убитый мужчина был найден на следующий день после пропажи, это было двенадцать дней назад. Второй мужчина пропал восемь дней назад, нашли мы его тело через два дня. Третий пропал в четверг, а нашли мы его в пятницу. Всех их похоронили, вот в прошедшее воскресение похоронили последнего. Погодите, убитых было четыре — тело последнего мы до сих пор не нашли. Он пропал также в четверг.

— Чудно, значит, одного тела меня всё-таки не лишили, — про себя рассудила Мария, — сейчас как раз идёт пятый день гниения, так что труп можно будет вынюхать. Плохо только то, что чудовище делает перерывы в четыре дня, но, раз вчера никто не погиб, то оно должно напасть сегодня. Медлить нельзя, — дальше Мария вновь обратилась к бухгалтеру, — следующий вопрос: были ли шахтёры, которые говорили, что видели чудовище? Сколько их? Где видели?

— Да, были такие, — главный бухгалтер немного замялась, — но на остальные вопросы я ответить не могу.

— Мне ясно, что Вы всё это дело не фиксировали, но просто устно опросить можно же было. Эх, морока, — вздохнула Мария, — хорошо, тогда могу я как-нибудь опросить шахтёров? Не так, чтобы выхватывать их по одному, а всех и сразу?

— Вряд ли это хорошая идея, — тихо и жалобно сказала Екатерина, будто умоляя Марию понять некий намёк.

— Почему?

— Им работать надо, а собрать их и всё обсудить — это займёт время.

— Если хотите, чтобы я избавилась от монстра, желательно, чтобы вся доступная информация была у меня как можно скорее, так что небольшая заминка лишней не будет, уверяю.

Екатерина немного подумала, отложила документ, который она, по всей видимости, читала до прихода Марии, встала.

— Хорошо, пойду тогда предупрежу работников.

Через двадцать минут безделье Марии прервала Екатерина, вернувшаяся в кабинет. Вместе с Марией они прошли в зал. Зал был забит рабочими: кто сидел на стульях, кто, кому места не хватило, стояли вдоль стен и в углах. Некоторые шахтёры уже были в комбинезонах. Когда женщины вошли, некоторые шахтёры бросили взгляды ко входу, отвлёкшись от собственных разговоров. Малая часть сразу же вернулась к собеседникам, и по их тону Мария могла понять, что они недовольны. Охотница спрятала руки в карманы и прошла за бухгалтером на помост. Екатерина встала за небольшой кафедрой. Мария встала сбоку от бухгалтера. Охотница окинула взглядом зал, оглядывая сверху головы. Шахтёры переглядывались и перешёптывались между собой, кто-то говорил спокойно, кто-то — с чувством. Куда б Мария не посмотрела, она ловила на себе чужие недоумевающие или раздражённые взгляды. «Да не может быть, чтобы…» — слышала шёпот одного охотница. «О чём они только думают?» — доносился до её уха шёпот из другой части зала. «Да чтоб вы в керосине горели, вас самих бы всех в шахту отправить» — буркнул кто-то под нос с первых рядов. В отличие от Марии, Екатерина вряд ли слышала что-нибудь из этого, но девушка была бледна.

— Ещё раз здравствуйте, коллеги, — хило начала бухгалтер, — все вы уже в курсе, что был нанят охотник, так что в скором времени все мы сможем вздохнуть полной грудью и вернуть жизнь в привычное русло. Для этого нам всем нужно выразить содействие охотнику, чтобы помочь ей убить монстра. Я знаю, что некоторые замечали монстра в ходе работ, этих людей я бы попросила остаться и рассказать охотнику всё, что они видели. Остальных я могу отпустить, больше вы можете не беспокоится во время работ, так как скоро ситуация разрешится.

Один из шахтёров — низенький мужичок с рыжими волосами лет сорока — встал.

— Прости, что без разрешения. Без обид — но, Кать, может, убедишь секретаря взять другого охотника? — среди шахтёров пронеслась волна согласия и одобрения, кто-то даже громко поддакнул. — Никого не хочу задеть, но мы все уже давно страдаем от этой проблемы. И так работа нелёгкая, так теперь ещё без животного страха в шахту залезть нельзя, особенно нашей смене.

— Я понимаю твоё недовольство, Игорь, но раз секретарь выбрал этого охотника, значит, на то есть основание.

— Это не только моё недовольство. Мне кажется, одной юной девушки не хватит, чтобы изловить нашего гада и тем более изловить его быстро. А каждый час промедления может стоить одному из нас жизни. А нам ведь семьи кормить. У меня, например, сын скоро школу закончит, его ведь надо в город учиться отправить, обеспечить его на первое время, а без меня моя жена не потянет. И ведь тут у каждого такая ситуация, — некоторые молча кивнули, — да и ты пойми, Кать, ты же одна сына растишь, понимаешь, как это тяжело.

— Понимаю, но…

— Кончай уже, Игорь, не будет нас слушать секретарь, хоть ты тресни! — крикнул другой шахтёр. — Я уже не раз говорил, что надо бы намекнуть ему подоходчивее, что больше так работа продолжаться не может!

— Эй-эй-эй, опять ты со своей забастовкой лезешь, — крикнул шахтёр с длинным острым носом, — хорош уже, а! Если хочешь вылететь, уволься сам.

— Тут можешь потерять жизнь, какое уж там увольнение! — шахтёра поддержали возгласами.

Среди рабочих сидел и Саша. Он слушал чужие препирательства, но сам в них не участвовал. Молодой шахтёр следил за Марией, которая оставила Екатерину одну и отошла к окну.

— Не нравится, иди работай где-нибудь ещё, а не бухти, — ответил ему человек с длинным носом. Его сразу же застыдили за такие слова.

— И где мне работать, Николай, в шахтёрском то городе? Тут окромя шахты все работы бабские, идиот! Не работы вовсе!

— Коллеги, давайте успокоимся, — безуспешно попыталась перекричать толпу Екатерина.

— Кать, дай просто нам всем написать прошение секретарю! — крикнул с первых рядов ещё один молодой шахтёр. — Мы тут ему деньги копаем, нельзя так работать! Его надо заставить передумать.

Взрыв поднял комнату на ноги. В ушах звенело. «Что-то случилось на теплостанции? Только этого не хватало!» — подумали некоторые. По комнате с холодным воздухом разошёлся дымок, дыхнуло порохом. Мария вернула руку из окна в комнату и убрала в кобуру револьвер, закрыла окно.

— Будет неприятно, но, — сказала Мария, дойдя до кафедры, — все ваши проблемы меня не трогают и не касаются. Вы можете сколь угодно нанывать, что одной меня мало, но вы не сражались с чудовищами и не вам судить о моих компетенциях. Могу лишь утешить вас тем, что я — ветеран южного фронта. Доказательств не будет. Если не верите, спросите у Варлама, так как всякий металлолом, в том числе и медали, я с собой не ношу, — Мария говорила сдержано твёрдым стальным иногда поскрёбывающим голосом. Девушка держалась прямо и уверено, по-офицерски, — я попрошу остаться тех, кто видел монстра, а также того, кто мог бы ознакомить меня с картой шахты. Все остальные свободны. Не мешайте моей работе, и я сделаю так, что никто не помешает вашей.

После слов Марии Екатерина повторила, кому следует остаться, а остальных отправила на работу, напомнив о том, чтобы шахтёры передвигались группами. В кабинете бухгалтера Мария быстро опросила семь человек. Все они видели чудище, но мельком, на расстоянии, когда оно сновалось в черноте, потому показания их были малоинформативны. Если резюмировать, чудище горбатое, похожее на раздувшейся огромный труп. У чудища было шесть или восемь конечностей, две конечности огромны, как коротенькие пушки. Голова его вытянутая и вздута в затылке, как переспелый фрукт, чёрные глазища. Огромные и длинные, как вытянутые тарелки, уши, белая обвисшая кожа. «Он похож на человека настолько, насколько на собаку похож старый лысый выброшенный на берег реки и объеденный мухами мёртвый пёс!» — с чувством сказал один пожилой шахтёр.