Темные узы

— Никто из тех, кого ты знаешь. А теперь, можешь ли ты вести себя как взрослая женщина достаточно долго, чтобы узнать какую — нибудь полезную информацию, вместо того, чтобы хоть раз побеспокоиться о себе?

Обиженная его презрением, Хейли поспешила уйти так быстро, что чуть не споткнулась в траве. Поймав себя в руки, она обнаружила, что ее мать сидит в том же самом месте, где она была до обеда. Заняв один из шезлонгов, Хейли увидела, что та пишет кому — то сообщение.

Мать уронила телефон на колени, когда поняла, что Хейли рядом.

— Тебе понадобилось меньше двух часов, чтобы расстроить свою кузину. Как ты думаешь, хоть один раз ты сможешь не опозорить меня?

Догадываясь, что это Амелия написала матери, чтобы настучать на нее, Хейли воздержалась от ответных слов, которые пришли ей в голову. Это ничего не изменит. Амелия всегда была мстительной стервой по отношению к ней, и она никогда не изменится. Не изменились бы и ее родители, которые не встали на ее защиту.

Амелия думала, что у нее уже толстая кожа, но теперь поняла, что ее семья всегда будет колоть ее своими колючками. Зализывать раны можно будет потом, когда она останется одна в квартире. Сейчас же она должна была работать над главной целью — дать Десмонду необходимую информацию, чтобы он смог убежать из мира, в котором она родилась, прежде чем он преуспеет там, где раньше терпел неудачу.

Чтобы уничтожить ее.

Глава 15

— Я извинюсь перед Амелией.

Ущерб, нанесенный ею за то, что она осмелилась высказаться в адрес высокопоставленной и могущественной принцессы их семьи, должен быть исправлен, прежде чем она сможет добиться каких — либо успехов.

— Ей нравятся шоколадные конфеты с шампанским?

Дорогие шоколадные конфеты, изготовленные на основе винтажного шампанского, стоили более ста тысяч долларов за коробку с четырьмя плитками. Хейли вспомнила, как она ела их у нее на глазах, когда Джордж вернулся домой с подарком из одной из своих поездок, пока она жила у тети. Амелия спустила бы один недоеденный в унитаз, прежде чем поделилась бы с ней.

— Да, она ест — поза ее матери расслабилась.

— Хочешь, я тоже пришлю тебе коробку? Я могла бы доставить ее, когда папа уйдет в свой клуб завтра днем.

— Мне они действительно не нужны, — возразила она.

— Твой отец жаловался, что мне нужно сбросить пять килограммов.

— То, чего он не знает, ему не повредит.

Ее мать озорно оглянулась, чтобы убедиться, что никто не подслушивает.

— Ты права. Ободренная, она наклонилась вперед на своем стуле и заговорила тихим голосом.

— Он переживает из — за каждой набранной мною унции, а когда не может влезть в брюки, то винит во всем химчистку.

— Лично я считаю, что эти пять килограммов тебе очень идут. Ты выглядишь моложе.

От этого комплимента глаза ее матери заблестели.

— Я скучала по тебе.

— Я тоже по тебе скучала, мама.

Разлука с матерью была самой тяжелой частью ее отчуждения от других членов семьи. Ее мать не была плохой, как и все остальные, она была просто продуктом своего воспитания. Хейли каждый день благодарила Бога за то, что в ее жизни появилась Надя. Она спасла ее от превращения в копию своей матери.

Расспрашивая родственников, которые не смогли присутствовать на встрече выпускников, Хейли вела светскую беседу, старательно вытягивая ее до тех пор, пока не смогла непринужденно поинтересоваться другими сторонами их жизни.

— Гилберт ненавидит свою работу. Он подал заявление на должность главного администратора на острове Шергевиль. Полагаю, Десмонд рассказал тебе о том, что произошло с Габриэлем?

— Мама, это попало в новости.

— О... В общем, — продолжила ее мать, — в связи со всей этой публичной оглаской Джордж и Амелия сделали шаг назад от своей связи с AWR. Десмонд — единственный член совета директоров, готовый взять на себя ответственность за продолжение деятельности благотворительной организации. Все члены совета хотели отказаться от участия, но Десмонд пообещал, что если он возьмет на себя ответственность, то никто больше не станет мишенью в расследовании действий Габриэля.

— Мама, он убил несколько человек, чтобы скрыть убийство Ани Лукиной ее мужем. Он не только покрыл преступление Ивана Павлова, но и позволил ему использовать остров Шергевиль, чтобы обойти законы Соединенных Штатов, перекачивая их деньги на секретные счета, а себе забирая еще больше.

Ее мать дико озиралась по сторонам.

— Шшш... Кто — нибудь тебя услышит. Джордж очень расстраивается, когда кто — то упоминает об этих ложных обвинениях. Мы должны подождать и посмотреть, что скажет суд. Габриэль докажет, что он невиновен.

Ей хотелось сказать матери, что Габриэль проведет остаток жизни в тюрьме, но Хейли пришлось сделать вид, что она согласна. Отстраниться от ужаса поступка Габриэля было нелегко.

— Извини, я не хотела, чтобы у них сложилось неправильное впечатление. Я не верю ни единому слову из того, что они сказали о Габриэле, — поспешно сказала она, меняя направление.

— Я просто повторила то, что слышала.

— О... Успокоившись, мать продолжила:

— Поскольку Габриэль больше не управляет островом, Десмонду приходится ездить туда — сюда, чтобы справиться с нагрузкой по поддержанию AWR в рабочем состоянии. Поддержание острова в рабочем состоянии жизненно важно для благотворительной организации. AWR использует остров в качестве частного курорта, где потенциальные доноры могут побаловать себя, пока от них добиваются пожертвований. Взамен им предоставляется неограниченный доступ на остров. Доступ на изолированный остров, где доноры могут скрыться от посторонних глаз, стоит самих пожертвований, не говоря уже о контактах, которые можно завязать, встретившись с другими влиятельными донорами.

Хейли не стала упоминать о благотворительной организации, которой руководили Надя и она сама, и о том, что им удалось заручиться поддержкой высокопоставленных спонсоров, не подкупая их проживанием на роскошном пляжном курорте.

— Гилберт идеально подошел бы на должность, которая нужна Десмонду. Если бы вы смогли убедить Десмонда дать Гилберту работу, это помогло бы в значительной степени исправить ту обиду, которую ты нанесла семье.

— А ты не будешь скучать по Гилберту и внукам?

Мать проницательно поймала ее взгляд.

— Нам всем приходится идти на жертвы, чтобы наши мужчины были счастливы. В свою очередь, они делают счастливыми нас.

Ее попытка укрепить женоненавистническое правило, действующее в отношении мужчин, вызвала у нее приступ отвращения. Она уже давно поняла, что с их точкой зрения бороться нельзя, но все равно было обидно, что ее мать — женщина с тремя дочерьми — все еще придерживается таких двойных стандартов по отношению к своим детям. А еще больнее было от того, что однобокие ценности ее семьи передадутся еще одному поколению.

— Я поговорю с Десмондом сразу после вечеринки, — заверила ее Хейли, а затем продолжила копать информацию.

— Вы с папой когда — нибудь посещали остров Шергевил?

— Несколько раз за последние пять лет, — сказала она.

— Конечно, учитывая все, что происходит с Габриэлем, Сэмюэль счел за лучшее отказаться от отпуска в этом году.

— Неужели? Притворившись сочувствующей, она углубилась в тему. — А куда вы поедете вместо этого? Ты же не можешь поехать в обычные места отдыха, где тебя узнают все твои поклонники.