Темный мастер
Шрифт:
Последняя мысль почему-то совсем старику не понравилась.
— Так чем обязан, высокий мастер? — поежившись, спросил он.
— Обязан, обязан, — зловеще пообещал Огнезор. — Что ты там Гильдии врал насчет охотников?
— Не понимаю, о чем ты, — осторожно отозвался Сенар, все силы прилагая, чтоб голос его не сорвался и не дрогнул.
Лицо в маске вдруг склонилось к нему — так близко и стремительно, что старик отпрянул, вжимаясь в неудобное кресло. И застыл как завороженный под тяжелым, обжигающим, вынимающим душу взглядом.
— Не играй со мной, охотник! — тихо предупредил
— Чего ты хочешь? — затравленно пробормотал Сенар.
— Пару ответов. Всего лишь.
— Я и так рассказал об охотниках все, что знаю!
— Да-а? — Издевка в Огнезоровом голосе промораживала до костей. — И не соврал ни разу? Что ж ты тогда мастерам, что тебя раньше допрашивали, сказал, будто у охотников каждый сам по себе? И нет над вами никакого руководства? И чиновники да стража имперская вас только из-за подкупов не трогают? Что ж ты про лицензию второй степени, что у тебя на шее болтается, ничего не сказал?..
Рука Сенара невольно потянулась к серебряной монетке, висящей на шнурке у него под рубашкой.
«Как он узнал?»
— Думаешь, я тогда, в твоей спальне, только твой ночной колпак и разглядывал? — словно отвечая на его мысли, говорил темный мастер. — Думаешь, не понял, что это за серебрушка такая?
Белые его пальцы теребили краешек темной маски, невольно (а может, с умыслом) привлекая стариковский взгляд к опасно поблескивающему металлу перстня, голос все больше наливался льдом…
— Раз лицензии у вас есть, — продолжал давить юноша, — значит — и контакты с имперскими службами, значит — и представлять вас кто-то должен официально! Не о том ли «Сообществе» проболтался Реми?..
— Я! НЕ ПОНИМАЮ! О ЧЕМ ТЫ! — почти закричал старик.
На миг повисла тишина.
— Очень… зря… — обронил темный мастер.
Синие глаза в прорезях маски вдруг выцвели до прозрачного, обдавая холодом. Рука Огнезора потянулась к Сенаровой щеке, похлопала, будто ободряюще, и вцепилась внезапно в сухую стариковскую кожу. Сердце охотника подскочило и замерло, отозвавшись горячим перебоем в висках. Но он не мог отвести взгляда. Словно мышь перед змеей. Мышь, сгорающая в ледяном пламени!
«Вот за что ему, проклятому, это имя дали!» — еще успел подумать Сенар перед тем, как его будто вывернули наизнанку.
Он всхлипнул от боли, страха, отвращения — и вдруг понял, что говорит. Вслух. И как раз то, что никогда, ни за что человеку перед ним не сказал бы…
— Сообщество… охотников… — Тяжело ворочался сам по себе его язык, к бесконечному ужасу хозяина. — Членов… немного… лишь те, кто достоин… знака неосудимости… У всех… лицензия… второй степени. Позволение на… воровство и… убийство… для самозащиты… Есть… место, где можно… оставить… весточку…
— Где оно? — спрашивал властный, безразличный голос.
И Сенар продолжал говорить — вновь и вновь, как в дурном сне, называя улицу в столице, дом, условные знаки, позволяющие войти, людей, к которым нужно обратиться… И еще какие-то имена, которых он и сам уже не вспомнил бы, какие-то новые знаки и цифры… И про лицензию, доступ
ко многим сомнительным делишкам и людям подозрительным открывающую, говорил что-то. И про то, как получить ее трудно, но лишиться — просто, коли правила охотничьи негласные нарушишь. И про правила эти самые, про то, к примеру, что каждую тайну, мало-мальски важную, на всех делить надобно…Казалось Сенару, что говорит он уже целую вечность. Так долго, что собственный язык его, совсем чужим ставший, закрутится вот-вот во рту да изогнется по-змеиному, а слова и вовсе сами по себе покатятся, зазвенят по полу монетками. Старик даже картинку эту живо представлять начал, почти монетки ловить приготовился, когда Огнезор убрал вдруг руку, позволив всё-таки замолчать.
«Вот странно! Тихо-то как стало!» — удивился он в первый миг, непонимающим взглядом обшарив темную комнату и юношу в маске — неожиданно сгорбившегося, с устало потухшим взглядом, с тяжело опущенными, дрожащими кончиками сжатых губ…
— Ты… хоть представляешь, идиот упрямый, как это… гадко? — Голос Огнезора походил на шипение.
— Ох, прости, что причинил тебе неудобства! — все еще задыхаясь, вызверился Сенар. Теперь, когда ужас почти прошел, дикая ярость переполняла его. — Я не преступник и не пленный! Ты не имел права проделывать… такое!
— Ах, конечно, господин бывший охотник! — ядовито выплюнул юноша. — Если тебя что-то не устраивает, можешь написать жалобу в Имперскую канцелярию! То-то посмеются они, читая!
Старик открыл было рот для ответа — но тут же захлопнул. Проклятый мальчишка прав: его гнев совершенно бессилен! Гильдия живет лишь по своим собственным законам, и единственное, что тут можно сделать, — не попадаться на ее пути…
— Но, знаешь ли, — словно угадывая его мысли, уже спокойно заметил Огнезор, — у меня есть нечто, очень даже способное тебя утешить!
Сенар уставился на пожелтевший свиток, извлеченный из-под плаща темным мастером, с плохо скрываемым недоверием.
— Что это?
— Твой «договор» с Гильдией, — обворожительно улыбнулся юноша. — Жизнь за определенные услуги, так, кажется? Думаю, твой долг теперь выплачен сполна…
— Ты хотел сказать, что я исчерпал свою полезность и Гильдии больше без надобности, — саркастически поправил старик.
— Можно и так, если тебе больше нравится, — равнодушно пожал плечами темный мастер. — Не думаю, что ты откажешься от такого подарка из-за тонкостей определения. Забирай — и люди Гильдии тебя больше не побеспокоят.
— А как насчет той, за которой ты охотишься? — приняв свиток, с внезапно нахлынувшей горечью проговорил старик. — Слухи расходятся быстро, а я не такой дурак, как ты мог подумать…
— Тогда ты должен понимать, что это вовсе не твое дело! — холодно отрезал Огнезор.
— Она ведь не заслужила такого! — почему-то продолжал упорствовать охотник. — Глупая девчонка, лишь чересчур хорошо выполнившая свою работу… Да она не знала даже, что ворует!
— Уж не пытаешься ли ты воззвать к моей совести? — едко перебил его мастер. — Разве ты не слышал: «Ни совести, ни души — только маска и путь Проклятого Бога»? Тебе надо чаще внимать менестрелям!..