Тень Империи

– Наивный взгляд, как по мне, – пробормотал Кайсгарт, принимая положение, в котором боль не будет резать ему бок. – Но я благодарен тебе за спасение, старик. А доспехи мои где?

– Сняли, чтоб внимание лишнее не привлекать, и они тебя сильно утяжеляли, а ты и так, как два мешка муки!

Кайсгарт покивал и закрыл глаза. Он не сомневался в своей жажде мести, но не собирался сломя голову бежать вперёд. Ему нужен был план. И первым пунктом любой из возможных стратегий была встреча с лордом Гилмором – последним достойным правителем, которого он помнил после Ренамира. Имя тоже желательно было сменить на время, но «Кайсгарт» так плотно ассоциировалось со всем лучшим, что произошло в этой жизни, что страж без правителя решил не избавляться от этого нарицания полностью, а лишь сократить его до «Кай», как называл его ныне павший император. Жить без имени Каю уже доводилось, и вспоминать те годы он совсем не хотел.

Дорога была тихой и долгой. Место, где в истории Верувины началась новая глава, становилось всё дальше, а сведения о враге с каждым часом неуклонно старели. Кай мог лишь предполагать, что Стагахольт сделает дальше: закрепится и оставит за собой юг и восток? Захватит слабые Ривенд и Пелетейн? Или двинется сразу на запад, минуя Регор, чтобы захватить Геллерхол и не оставить от власти и авторитета Ренамира даже маленьких следов?

Во время остановок Кай смог перевязать свой торс и убедил извозчика поделиться имеющимися травами, которые уменьшали боль. Осторожно ощупав и осмотрев себя, он понял, что рёбра не сломаны полностью, но они треснули и не переживут ещё одно такое падение. Отёки и ушибы обнаружились по всей спине, которая, видимо, приняла на себя удар, а левая ступня была вывихнута и даже после собственноручного вправления постоянно болела. Вывод из всех полученных знаний был простым: ближайшие пару недель Кай совершенно не годился для боя.

Леса сменялись полями, дороги виляли между тёмно-зелёных холмов, а вскоре на горизонте с разных сторон стали появляться снежные шапки гор, принадлежащих Хребтам Стайна. Когда через три дня пути сам Тагервинд показался на горизонте, общество пожилого извозчика уже порядком утомило Кая. Он хотел как можно скорее сделать хоть что-то: встретиться с лордом, найти единомышленников или разработать план возмездия. Но судьба испытывала его терпение – дорога была монотонной, время нестерпимо тянулось.

Сначала Кай услышал звон кузнечных молотов, затем стук деревянных киянок и отдалённый гул сигнальных колоколов. Была середина дня, работа в Тагервинде кипела: город всё ещё восстанавливался после осады и перестраивался по замыслу Ренамира. Телега проехала в тени барбакана, Кай увидел знакомые ему улицы и вспомнил, как ехал здесь на коне вместе с императором после их победы. Сама по себе Ренская Империя не была плохой идеей, как и всё, что планировал Ренамир, но это испытание оказалось не по плечу молодому и дерзкому завоевателю с трезвой головой. Стагахольт показал, что одержимые ритуалами варвары могут быть в завоеваниях не менее успешны, а Регор не слишком многозначительно намекнул, что не всем требуется вера в богов или в идею, иногда достаточно просто дисциплины и тактики. И теперь, когда Верувина тонула в хаосе, где все вокруг были враждующими сторонами, волны вопросов без ответа захлёстывали сознание бывшего императорского стража, которого Стагахольт отправил в отставку против его воли.

Где-то в центральных кварталах Тагервинда телега остановилась. Старик развернулся и сказал:

– Тут я вынужден попрощаться, друг мой. Я вернусь к семье и… будем думать, как жить дальше. А тебе желаю удачи на пути и не теряй головы от гнева!

– Спасибо, старик. Дальше я сам, – кивнул Кай и осторожно сполз с телеги.

Он не стал терять времени и сразу направился по шумным улицам к цитадели. У Тагервинда была достаточно понятная структура улиц, и запомнить дорогу из одной точки в другую здесь не составляло труда. Кай по памяти двигался между домов, пересекал широкие улицы, поглядывал в сторону возвышающейся светлой цитадели из белого камня и представлял будущий диалог с лордом Гилмором. Люди не узнавали его, хотя всего пару месяцев назад он стоял на центральной площади недалеко от Ренамира, пока тот объявлял новые порядки. Теперь эта площадь пустовала, лишь на эшафоте болталась в назидание пара зловонных висельников, попавших в петлю, должно быть, за воровство, убийство или какие-то обычные, свойственные людям преступления. Кай неспешно прошёл мимо них, превозмогая боль, и подумал о том, как повезло этим людям не увидеть, что такое настоящее преступление: разрушение целых городов, сожжение людей заживо ради религиозных иллюзий или расчленение своего врага и использование его тела в качестве символа победы. Никто из этих несчастных никогда не смог бы сотворить такое, хотя это не очищало их от вины и за мелкие, гнусные поступки.

Перед цитаделью Тагервинда Кай остановился, привёл в порядок дыхание после непростой для него прогулки и шагнул на деревянный мост, ведущий к её вратам. На той стороне один из стражей с арбалетом в руках шагнул вперёд и воскликнул:

– Стоять! Простолюдинам в цитадель нельзя, ты из слуг?

Кай вздохнул и заговорил:

– Нет, я…

– Тогда чего надо? – не дав ему договорить, тут же спросил страж.

– Я страж Ренамира. Мне нужно поговорить с лордом Гилмором.

Воин с арбалетом усмехнулся и поглядел на своего напарника с выражением лица, беззвучно задающим риторический вопрос: «Ты слышал, что за чушь он сказал?». Кай не хотел тратить времени на оправдание своего внешнего вида и целей этого визита, а потому просто остановился, вздохнул и продолжил сверлить суровым взглядом арбалетчика. Мужчина вновь обернулся на него, усмехнулся и сказал:

– Ну, а я тогда сбежавшая леди Гастия! Иди отсюда, умник, ты Ренамира-то, небось, в глаза не видел!

Улыбка не сходила с его лица ещё несколько секунд, но затем он вдруг осознал свою ошибку и с ужасом вгляделся в лицо незнакомца перед ним:

– Погоди, ты… Ты и правда он! Я помню твоё лицо! Но если ты здесь… что с Ренамиром?

Его напарник у моста как будто скопировал удивлённое выражение лица, и оба они ждали ответов, но Кай не собирался удовлетворять их любопытство и тревоги:

– Я сперва должен доложиться лорду Гилмору, а потом уже всё узнаете и вы. До тех пор ищите обрывки истины у беженцев из Никантира, они уже в городе.

– Беженцев… – испуганно пробормотал страж и отошёл в сторону, пропуская Кайсгарта в цитадель. – Ладно, проходи. Лорд Гилмор должен быть в донжоне, где-то на верхних этажах.

Следующие стражи обыскали Кая, но больше не создавали для него препятствий. Страдая от каждого шага по каменным ступеням, он осторожно поднялся до верхних этажей донжона, а затем по наводкам слуг смог найти кабинет, в котором лорд Гилмор обсуждал что-то с упитанным краснощёким мужчиной в рабочем фартуке и тыкал пальцем в чертежи. Сам правитель Тагервинда был статным седоволосым мужчиной, слегка заросшим с того дня, когда Кай последний раз видел его. Когда стражи пропустили внутрь побитого бродягу в слегка окровавленной и мятой одежде, лорд поначалу даже не заметил его и продолжил беседу с подчинённым:

– У восточной каменоломни нужно увеличить число смотрителей, и переведите оттуда дебоширов, я устал слышать про драки. Если у них под солнцем есть время болтать и распускать руки, то отправьте их в шахту, там им будет не до этого. Всё, что обработаете на западной, готовьте к погрузке и отправлению в Никантир, не стоит подводить Ренамира.

Кай позволил себе прервать его:

– Ценю вашу верность императору, милорд, но поставки можно отменять.

Гилмор, сперва не поняв, кто перед ним, спросил:

– А ты ещё кто?! Погоди-ка… – его глаза вдруг округлились, рука легла на плечо подчинённого, а затем указала тому на дверь. – Оставь нас, позже поговорим.

Краснощёкий мужчина кивнул и направился в коридор, бросая недоумённые взгляды на незнакомца перед дверью. Гилмор подошёл ближе и осмотрел Кая, который в прошлую их встречу выглядел явно лучше:

– Я узнал тебя по глазам. Ты же его личный страж! Ренамир здесь? Что произошло?

Кай, уже порядком уставший от боли, указал на скромный деревянный стул у стены кабинета:

– Милорд, если позволите, я бы присел, у меня не все кости целы.

– Да-да, садись, – кивнул Гилмор и даже помог ему разместиться, заинтересовавшись предстоящим докладом.

Кай сделал глубокий вдох и заговорил:

– Полагаю, вы слышали о том, что коренные захватили и уничтожили несколько южных городов.

– Слышал про Кеотис и Лаварден. Уже «несколько»? – удивился лорд.

Кай продолжил:

– С Эйстом какая-то своя беда, но Тоссен и Бухта уничтожены. Теперь к ним добавился Никантир и… Ренамир убит. Стагахольт использовал его тело для убедительности своей узурпации… в общем, боюсь, Ренской Империи в её прежнем виде приходит конец. Регорцы разбили большую часть армии, северные города отвернутся сразу же, как узнают о смерти императора. Нам больше нечем удерживать их, а объединяться против коренных они точно не станут, ведь… зачем? Они вряд ли хотят, чтобы их города тоже сожгли и зачистили от всех, кто неправильно дышит, но общего языка они ради этого не найдут, наверняка захотят отсидеться.