Тенебрис. Том 1

– Господи! Нет! Вот же я бестолочь! – он падал на колени и судорожно начинал собирать остатки яиц обратно в коробку. – Черт подери! Блин! Меня уволят… Миледи! Простите, простите меня, – обращался он к таинственной незнакомке. – Я… Я не видел вас… Господи! За что?..

Девушка не могла не растрогаться, увидев раскаяние столь обаятельного мужчины, и самоотверженно брала вину на себя:

– Ну что Вы! Это я виновата, я иду, вечно не смотря по сторонам… Позвольте я оплачу…

– Миледи… – едва не плача, добавлял Марк, целуя женскую руку. – Вы просто ангел… Ангел, посланный мне с небес! Я не знаю, как Вас отблагодарить!

– Ну что Вы, не стоит, – девушка доставала из кошелька несколько десятидолларовых купюр и с улыбкой протягивала незнакомцу. – Этого хватит?

– Конечно! Миледи, спасибо!..

Девушка с чувством гордости за бескорыстный поступок скрывалась в дверях гостиницы. Марк же, переведя дыхание, аккуратно собирал остатки яиц в коробку и неспешно уходил за угол, где терпеливо дожидался очередную одинокую даму. И всё сначала.

Конечно, это были ещё не миллионы, но Марк усвоил для себя важный урок: к любому человеку можно найти подход, главное – дать ему именно то, чего он хочет. Успешные, холодные и непреступные женщины, которые в глубине души яро желали дать слабину в искреннем порыве слепой благодетели, стали первым тому подтверждением. Но надо было двигаться дальше. Заработав первые деньги на подобного рода аферах, он без раздумий вложился в свой внешний вид – хорошие туфли, костюм, прическа. Далее он начал читать светскую прессу, выписывая все значимые события грядущего сезона: вечеринки, праздники, церемонии. Далее, представляясь организатором одного из таких мероприятий, Марк обходил заведение за заведением, торгуясь с управляющими о максимально выгодных условиях. Ярые споры, эмоции, Марк выкладывался по полной, сбивая каждый доллар с конечной стоимости, пока наконец торговаться дальше было попросту некуда. Безусловно, как правило, такие заведения не могли идти на большие уступки, да и незнакомца они толком не знали, поэтому озвученная цена была совсем немного ниже рыночной. Но для целей Марка этого было вполне достаточно. Засветившись в указанных заведениях, он смиренно выжидал, пока не появится официальная информация о грядущих мероприятиях. Чтобы узнать об этом в числе первых, Марк стал завсегдатаем газетных ларьков и скверов возле бизнес-центров, где в разгар обеденного перерыва сотни клерков прогуливались, перемывая кости всему бизнес-сегменту Манхеттена. Наконец в какой-то момент он узнавал об утвержденном месте проведения того или иного корпоратива и тут же приступал к финальной стадии своего этюда: он обзванивал всех управляющих, с которыми торговался ранее об этом мероприятии, и с сожалением сообщал печальную новость: мероприятие пройдет там-то и там-то, ведь их предложение оказалось финансово более выгоднее. Однако, подчеркивал Марк, управляющие нового места не столь ему симпатичны как собеседники, поэтому в следующий раз он был бы рад провести мероприятие в другом месте… Главное, чтобы условия были бы чуточку выгоднее. Такой степенной расчетливой схемой, не зарабатывая ни копейки, он добился важной цели – выработал четкий стереотип у менеджеров ведущих заведений о том, что Марк – это человек, который организует крупнейшие события города, и за контракты с ним надо побороться. После этого дело оставалось за малым: он приступил к реальной организации мероприятий – сначала при помощи инвесторов, затем уже самостоятельно. Поначалу было непросто, ведь в сфере бизнеса имя Кларсона было никому не известным, но лучшие цены в городе это с лихвой компенсировали. И, подобно снежному кому, круг его связей и знакомств начал стремительно раскручиваться в устойчивый стереотипный образ лучшего организатора города. Заказчики были довольны, заведения радовались рекламным дивидендам от проведения значимых вечеринок, а Марк спокойно получал свой небольшой процент от проделанных сделок.

Шли годы, Марк всё лучше ориентировался в жизни мегаполиса и в желаниях его избалованных жителей. И, может быть, так длилось бы и дальше, если бы не встреча с Виктором Россом – в то время влиятельным бизнесменом и горнодобывающим магнатом. Виктор по случаю годовщины своего счастливого брака решил устроить пышный банкет в собственном ресторане «Розалин» в самом центре Манхеттена. К слову, ресторан был назван в честь его обожаемой супруги Розалин Росс. Марк, естественно, не знал, что Виктор – хозяин этого заведения, и, прознав о том, что крупный бизнесмен готовит дорогой праздник, тотчас же связался с его представителями, предложив несколько мест для проведения банкета (в том числе и тот же самый ресторан «Розалин»). Предложение дошло до Виктора, и он хотел было его отвергнуть (ведь зачем тратиться на посредников, когда есть свой собственный ресторан), но запрошенная Марком сумма привлекла его внимание. Как следовало из бумаг, он предлагал провести точно такое же мероприятие за сумму, значительно меньшую озвученной Виктору в его собственном заведении. Конечно, для семейства Россов такие деньги были пустяком, но сам факт такого парадокса необычайно заинтересовал его. Сперва Виктор предложил встретиться, подозревая, что Марк – просто очередной аферист, желающий разжиться на чужих богатствах. Но, как оказалось, предложение было реальным и максимально прозрачным. Марк, проведя уже с десяток банкетов в этом ресторане, находился на короткой ноге с управляющим и оттого без особых проблем выторговал у него практически нереальные цены, едва покрывающие себестоимость события, пообещав последующие контракты от топов бизнес-сообщества. В результате недолгих переговоров Виктор согласился на предложение будущего компаньона, а несколько дней спустя предложил молодому дарованию заняться продвижением его нового, пока ещё молодого, стартапа – компании «VRoss Inc.», направленной на разработку прикладных научных изобретений (начиная со всевозможных электронных гаджетов и заканчивая экологичными автомобилями). Одним из первых решений Марка как управленца компанией стала инициация кардинального ребрендинга – так появилась на тот момент никому не известная компания ЭДЖИ. Марк многие годы положил на продвижение этой фирмы, и вместе с её ростом шло стремительное развитие его карьеры, достигшей апофеоза в 2026 году с открытием препарата бессмертия.

Глава 3. Мелисса Ричардс

Пресс-конференция проходила в зале на 53-м этаже. Именно этим этажом заканчивалось так называемое административное крыло и начиналось научное. Всё, что располагалось выше, было отведено исключительно под многочисленные лаборатории, испытательные полигоны и карантинные отсеки. Всё, за исключением последнего этажа, где, обрамленные панорамными окнами, разместились кабинеты членов правления и зал заседаний совета директоров. Именно туда на служебном лифте направился Марк, чтобы заручиться поддержкой правления перед знаковым событием. Стеклянный лифт, украшенный светящимися узорами у основания и сенсорными панелями управления, начал стремительно набирать высоту. Вдруг лифт остановился. На экране загорелся номер текущего этажа – 87. Марк с недовольством посмотрел на часы и замер в ожидании виновника остановки лифта. По недовольному выражению лица читалось презрение и ярость к неизвестному невеже, осмелившемуся воспользоваться служебным лифтом в столь неподходящий час. Двери лифта раскрылись, и напротив возник хрупкий силуэт пожилой женщины в белом халате.

– Мелисса! Я думал, Вы уже наверху, – с несвойственной теплотой и радушием обратился Марк к заходящей в лифт женщине. – Вы сегодня изумительно выглядите. О Боже! Какой чудесный запах! Что за духи? Dior? – продолжил он, вдохнув немного воздуха и застыв в позе истинного ценителя (мысленно пытаясь перебрать все известные ему названия женских духов).

– Ох, Марк, я уже слишком стара для такой неприкрытой лести, – седовласая женщина расплылась в непринужденной улыбке.

– Ив Сен Лоран? – отрывисто выдал Марк, вспомнив очередной бренд. Женщина вновь усмехнулась.

– Осторожнее, молодой человек, я ведь могу и поддаться соблазну.

– Мелисса… Со дня нашей встречи я смею лишь мечтать об этом… – Марк изобразил невероятно трогательный грустный взгляд, и на мгновение в лифте повисла тишина.

– Эх, Марк, – женщина тяжело вздохнула и, не скрывая легкой иронии, продолжила: – Взять бы твоё обаяние и запихнуть в нормального мужика – цены бы тебе не было!

Марк самокритично засмеялся и прижал собеседницу к себе, нежно обхватив её за плечо.

– Да-а-а… да где же взять-то нормального? – с улыбкой и неким трагизмом в голосе заключил Марк, погрузив собеседницу в таинственные размышления своим риторическим вопросом. Мелисса Ричардс с первого дня работы стала настоящим подарком для корпорации ЭДЖИ и лично для Марка. Придя в компанию около пяти лет назад, она ознаменовала новую эру генетических исследований. Будучи выдающимся ученым и необычайно талантливым генетиком, Мелисса долгие годы посвящала свою жизнь исключительно теоретическим аспектам науки, выпуская многочисленные статьи и публикации. Все мировые гиганты биоиндустрии мечтали склонить её на путь коммерческого применения своих знаний, но лишь обаянию Марка это по-настоящему удалось. С тех самых пор они стали друг для друга верными друзьями и надежными соратниками в мире господствующего капитализма. Во времена беспечной молодости Мелисса была настоящей красавицей – эффектная стройная блондинка с пылающим взором и длинными роскошными волосами, как правило, собранными в хвост. Её голубые (с изумрудными оттенками) глаза способны были пленить любого, но им так и не представилось такого шанса. Девушка с юных лет с головой ушла в науку, не оставив в своей бесконечно широкой душе ни капли места для теплых сердечных чувств. Теперь же, спустя годы, она по-прежнему красива, но уже немного иначе. Лицо начали сковывать небрежные морщины, а волосы – прореди снежно-белых полос. Одно лишь оставалось неизменным – истинная и бескорыстная преданность науке.

Лифт стремительно помчался вверх, и на экране наконец загорелся номер заветного этажа – 111. Небольшую паузу между остановкой лифта и открытием дверей Марк суетливо разбавлял взволнованными комментариями:

– Давай, давай… Ну же… Время, время, быстрее! – Марк то и дело поглядывал на часы, одергивая кромку пиджака. Наконец двери раскрылись, и он мгновенно устремился вглубь холла. Мелисса, стараясь не отставать, также ускорила шаг.

До зала заседаний от лифтов вел длинный извилистый коридор. Вдоль всего прохода по периметру шла голубая неоновая подсветка, а подвесной потолок скрыто освещался мягким дневным светом, создавая атмосферу далекого будущего. Марк, уверенно шагая легким размашистым шагом, то и дело оглядывался на Мелиссу, проверяя, чтобы та не сильно отставала. В очередной раз он поймал себя на мысли, что раньше не замечал за подругой ношение каких-либо украшений.

– Что за кулон? Выглядит зловеще, – обратился он к спутнице.

На шее Мелиссы красовался черный граненый кулон размером с мизинец. Подвешенный на обычной ленте для бейджа, он вызывал скорее вопросы, нежели восхищение мастерством ювелира.

– Это подарок, – кокетливо ответила женщина, – от наших молодых генетиков в знак глубокого профессионального уважения…

– И что же он символизирует? – улыбнулся Марк, стараясь не сбить дыхание от быстрой ходьбы. – Черное сердце их наставницы? – он продолжал отпускать шуточки, почувствовав благодатную почву для разрядки обстановки. – Только не говорите, что самое дорогое в этой подвеске – ленточка!

– Помнится, ты когда-то так же смеялся над моими идеями о бессмертии, – Мелисса укорительно и в то же время добродушно посмотрела на впереди идущего Марка. Тот слегка засмущался и покорно отступил.

– Ладно, сдаюсь! Что же это за новая разработка Вашей команды?

– То-то же! – Мелисса горделиво начала объяснение: – Пока что это просто фиброзная оболочка для наноферитов, наших лабораторных частиц, вступающих в реакцию с нейронами головного мозга, катализируя в них процессы высокой угрозы. Иными словами, они заставляют мозг поверить в неминуемость гибели, что заставляет его, стремясь к выживанию, работать куда активнее и слаженнее.

– То есть, съев этот черный комок пластика, начинаешь лучше думать? – попытался подытожить Марк. Столь грубый и далекий от науки комментарий вызвал у Мелиссы заливистый смех:

– Не-е-е-е-ет! Марк, – едва сдерживая улыбку, она продолжала: – Что за вздор? Не надо ничего есть! Видишь, здесь в основании игла. Слегка вдавливаешь её в руку, и дальше фериты вместе с кровью устремляются прямиком к мозгу. Но пока что это лишь прототип, подобными реакциями можно вызвать эффект весьма краткосрочный и едва заметный: небольшое улучшение внимания, наблюдательности, в редких случаях умственных способностей, – Мелисса многозначительно посмотрела на впереди идущего Марка. Он, будто почуяв пристальный взгляд, не останавливаясь, вполоборота прокомментировал последнюю фразу:

– Вы на меня намекаете?

Довольное выражение лица Мелиссы говорило само за себя, и она, проигнорировав вопрос друга, продолжила:

– В общем, процесс это долгий и трепетный. Но мы не сдаемся, – она вовлеченно продолжала: – Главное – найти нужный набор необходимых соединений. У мозга огромный потенциал, и мы хотим использовать его на все сто процентов.

Марк остановился. Прямо перед ними в паре шагов возвышались две огромные дубовые двери зала совета директоров. Едва слышно он прервал спутницу: