Тени
Шрифт:
— Ты уже забыла набеги, Пэрри? Не помнишь, как это было? Людей убивали в собственных домах. Их резали живьем. Они нашли родителей Лэша, их усадили за столом, трупы сидели, словно за ужином. Почему ты хочешь быть частью всего этого?
Пэрадайз снова встретила его жесткий взгляд.
— Я не хочу!
— Тогда почему мы сейчас спорим!
— Потому что я хочу выбирать. Я хочу иметь право рисковать… и не пугай меня повторением тех смертей, словно я не помню ничего в подробностях. Были убиты и мои родственники. Мне не разрешено мстить?
Он уперся руками в стол и наклонился к ней.
— Мужчины не могут рожать.
Она встала из-за стола, встречая его лицом к лицу.
— Верно сообразил. Хотела бы я посмотреть, как хоть кто-нибудь из вас переживет такое. Да вы через десять минут будете реветь, как сучки.
На короткое мгновение у Пэйтона отвисла челюсть, и это удивило ее.
За годы их дружбы такого никогда не случалось.
Даже близко.
— Отлично, — сказал он мрачно. — Подкрепи свои слова делом.
— Что?
— Присоединяйся к группе. — Он провел рукой над столом. — Выбирайся отсюда, подай заявление и попытайся сдать тесты на физподготовку.
— Может, я…
В этом момент в комнату вошел ее отец.
— О, привет, Пэйтон. Как ты, сынок?
Пэйтон мгновенно переключился.
— Сэр. Я в порядке, сэр. Спасибо.
Когда они пожали друг другу руки, она точно знала, что ее отец не представлял, что происходило в гостиной… а Пэйтон как раз наоборот. Его плечи все еще были напряжены, словно он мысленно с ней спорил.
— …так мило с твоей стороны, что ты пришел поддержать Пэрадайз. — Отец улыбнулся ей. — Особенно в ее первую ночь. Должен сказать, ты превысила мои ожидания, моя дорогая. Это чудесный способ убить время до выхода в высший свет.
— Спасибо, Отец, — ответила она с поклоном.
— Что ж, мне пора. Пэйтон, может, ты составишь ей компанию до рассвета?
Резкие голубые глаза метнулись к ней.
— Ты больше не живешь дома?
— Не волнуйся, — спокойно вмешался ее отец. — Ее сопровождает дуэнья. А сейчас прошу меня извинить, я должен откланяться.
Чтобы проверить их «гостя», без сомнений.
— Братья вывели Короля из здания, — сказал ее отец, обходя стол и обнимая ее. — Доджены будут убираться час, не меньше. Позвони мне, если что-нибудь понадобится.
— Обязательно.
А потом он ушел.
— Поверить не могу, что он позволил тебе остаться, — сказал Пэйтон.
— Это не обязательно его выбор.
— Что ты имеешь в виду?
— Ничего. — Она пропустила пальцы через волосы, встряхнув волнами. — Ты не обязан оставаться. Более того, я бы хотела, чтобы ты ушел.
Она чувствовала его взгляд на себе, и когда он не ответил, посмотрела на него.
— Что?
Она никогда не видела, чтобы он так низко опускал веки.
— Ты никогда не была такой…
— Несносной?
— Нет, — пробормотал он. — Не это.
— И что тогда? — когда он не ответил, она покачала головой. — Пэйтон, ступай домой. Просто ступай домой, покури и наберись мужества для поездки в тренировочный лагерь. Ты был рожден для этого.
На этих словах она обошла его и покинула гостиную. Ей было неважно, как он поступит,
ушел ли он… или остался стоять у стола, дожидаясь, когда придут доджены и щетками для пыли изгонят его вместе с клубами пыли.С нее хватит.
На эту ночь. И в целом — мужчин.
Глава 41
— Нет. Сюда. Положите его возле огня…
— Я вам не инвалид. — Кор вырвался из державших его рук.
Хромая по тесной комнате коттеджа, купленного им для Лейлы, он оставил при себе тот факт, что продрог до костей, и что, на самом деле, будет благодарен теплу пламени, игравшего на бревнах в камине.
— У тебя нога сломана, — отметил Зайфер.
Когда он устроился на диване, резкая тошнота угрожала опустошить его желудок, но Кор закопал это чувство глубоко, проглотив поднявшийся ком.
— Она срастется.
— Здесь есть провизия.
Он не понял, кто сказал это. Плевать хотел.
— Где пойло?
— Вот.
Когда бутылка Одному-Богу-известно-чего появилась перед ним, он взял предложенное, снял крышку и поднес горлышко ко рту. Это была водка, белая жидкость опалила заднюю стенку горла и зажгла огонек в желудке.
Путь домой выдался очень, очень долгим, он дематериализовывался через каждую милю, потому как в их распоряжении не было транспортных средств. И сейчас Кор хотел, чтобы его просто оставили в покое… и боялся, учитывая, что все они собрались здесь, обеспокоенные его состоянием, что потребуется больше сил, чем у него было, чтобы отправить их с миром.
— Ты чуть не погиб, — сказал Бальтазар, стоя у двери.
Он сделал еще глоток.
— Ты тоже…
— Кто-то приехал, — сказал Сайфон у эркера. — Машина.
Мгновенно все достали оружие, направляя на окна… все, кроме него. Рука под тонкой курткой болталась вялой конечностью, сустав, скорее всего, был выбит.
И он не опустил водку.
— Кто это? — спросил он, думая, что, скорее всего, это был доджен, которого он нанял.
— Это женщина, — выдохнул кто-то. — И не из низшего сословия.
Кор мгновенно обернулся, обнажая клыки. Но он не нуждался в визуальном подтверждении. Только одна женщина знала об этом месте и могла приехать на машине.
— Оставьте нас, — приказал он. — Немедленно.
Когда его Шайка Ублюдков просто продолжила стоять полукругом, прикованная к этому долбанному окну, он издал львиный рык.
— Оставьте нас!
Зайфер прокашлялся.
— Кор, воистину, она аппетитная…
— И она станет последним, что ты увидишь перед смертью, если не свалишь отсюда!
Они нехотя, один за другим дематериализовались… и, когда его женщина постучала в дверь, он остался один.
Ища сил в бутылке, он крепко присосался к горлышку, потом оторвался от дивана, подошел к двери и широко распахнул ее.
Увидев его, Лейла сразу же воскликнула:
— Ты ранен!
На ее лице отразился такой шок, что он опустил взгляд на себя и свою окровавленную одежду.
— Да, похоже на то. — Забавно, сейчас, когда она стояла перед ним, он больше не чувствовал боли. — Войдешь погреться у огня?