Террористы

Номер Седьмой. Вчера он сказал, что она очаровательна.

Министр. Мария Шварц?

Номер Седьмой Мы ведь говорим о ней...

Министр. Мне он сказал то же самое. Конечно, в прошедшем времени... Но добавил что она погибла в очень подходящий момент... Теперь никто не вступится за Старую Гиену, мировое общественное мнение не допустит этого.

Номер Седьмой. Боже, как она умела ругаться... И у нее это не звучало вульгарно.

Министр. Наконец-то.

Номер Седьмой. Что?

Министр. Теперь я знаю, с какой силой надо сжать веки, чтобы снова появился мультик.

Номер Седьмой. К черту ваши мультики.

Министр. Я предпочитаю видеть перед глазами их, а не действительность.

Номер Седьмой. Ваш сын тоже может погибнуть...

Министр. Разумеется... Он служит у вас сержантом.

Номер Седьмой. А может, уже погиб.

Министр(после паузы). Вы, наверно, были влюблены в Марию Шварц?

Номер Седьмой. А если и так?

Министр. Я вам сочувствую.

Номер Седьмой. Что мне от вашего сочувствия?

Министр. Ничего, конечно... Вы должны справиться с этим сами.

Пауза.

Номер Седьмой. Я буду молиться... Хоть я и неверующий, но буду молиться.

Министр. Вы полагаете, ей нужны молитвы?

Номер Седьмой. Я буду молиться, чтобы капитан Гомес не погиб и не успел сбежать за границу.

Министр. Ах вот что.

Номер Седьмой. Чтобы он попал мне в руки.

Министр отпивает глоток из стакана.

Министр. Может, вы все-таки выпьете стаканчик?

Номер Седьмой, Нет.

Министр. Вам станет легче.

Номер Седьмой. Когда я узнал о ее смерти, хотел напиться. Но потом понял, что не имею права... Я должен пережить это с ясной головой,.. То, что со мной происходит.

Министр. Однако вы не должны забывать, что являетесь важной персоной в Движении Освобождения... Для вас, для Движения, эти две смерти просто бесценны... Скандал на весь мир по поводу преступления, совершенного гвардией Старой Гиены, да еще накануне всеобщего восстания, — это же королевский подарок.

Номер Седьмой(будто себе). У Марии были нежные руки. Нежные и сильные.

Министр открывает глаза, допивает виски, ставит стакан. Присматривается к Номеру Седьмому.

Министр. Вы ведь видели много смертей...

Номер Седьмой. Ну и что?

Министр, Удивительно, как это вы сохранили впечатлительность, (Встает, подходит к дивану, на котором лежит Номер Седьмой.)

Номер Седьмой. Вы подошли ближе, чтобы лучше разглядеть меня?

Министр. Нет, у меня хорошее зрение... (Возвращается в кресло.) Я хотел вам кое-что сказать... Вот я и подошел...

Номер Седьмой. Так говорите.

Министр. Не знаю... Я рискую своей безопасностью.

Номер Седьмой. Безопасностью?

Министр. Да.

Номер Седьмой. Ваша безопасность зависит от того, что вы скажете?

Министр. Точнее, от вашего умения держать язык за зубами... Мне кажется, то, что я вам скажу, поможет вам... Вы ведь страдаете, не так ли?

Номер Седьмой. Говорите же.

Министр. Вы должны обещать мне, что будете хранить это в строжайшей тайне.

Номер Седьмой. Говорите же, наконец, или оставьте меня в покое.

Министр. Дайте слово, что не выдадите меня.

Номер Седьмой. Это так важно?

Министр. Для меня — очень, и я хочу жить... А для вас это важно потому, что вы кое-что поймете.

Номер Седьмой. Что?

Министр. То, что вы должны были давно понять.

Номер Седьмой. Вы прямо как сфинкс, говорите загадками.

Министр. Я очень рискую.

Номер Седьмой. А зачем вам рисковать?

Министр. Иногда нужно сделать что-нибудь такое, чтобы потом без стыда смотреть на себя в зеркало.

Номер Седьмой. Хорошо, говорите. Я даю слово...

Министр. Когда вы влюбились в Марию в горах, вы вряд ли...

Номер Седьмой. Это команданте рассказал вам о горах?

Министр. Нет. Кондиционер.

Номер Седьмой. Кондиционер?

Министр. За решеткой кондиционера стоит микрофон, а записывающее устройство в моей спальне... Высокого качества... Обеспечивает тридцать шесть часов записи без смены кассет.

Номер Седьмой. Вы установили его, чтобы шпионить за нами?

Министр. Нет, гораздо раньше... Я не предполагал тогда, что стану чем-то вроде узника в собственном доме.

Номер Седьмой. Сейчас мы тоже записываемся?

Министр. Нет.

Номер Седьмой. Просто у вас такое хобби?

Министр. У меня были причины.

Номер Седьмой. Продолжайте.

Министр. Так вот, когда вы влюбились в Марию, вы вряд ли предполагали, что и ей и Ладури уже был вынесен приговор.