The Kills

«Негусто».

Подруги утверждали, что на момент пропажи Эмили не состояла в отношениях, хотя пользовалась популярностью в школе. Парень, с которым она рассталась за месяц до исчезновения, ее в тот день не видел и находился на вечеринке, где его видели несколько человек, подтвердившие его присутствие.

Я убрал папку с делом на пассажирское сиденье, вышел из машины, направляясь к дому. Вокруг стояла оглушительная тишина, молчали даже птицы, поддерживая траур этой семьи. Ветер гонял по лужайке бурую палую листву, разнося запах преддверия зимы — костер, прелые листья и сырая от зачастивших дождей земля. Я прошел по террасе к двери, поднимая ворот пальто, и постучал в дверь.

Из дома не слышалось ни звука, время было не ранее, но, возможно, хозяева спали после траурного дня, а может быть и вовсе уехали подальше от города, забравшего их обоих детей.

Я терпеливо ждал, прислушиваясь к малейшим звукам. Неожиданно дверь распахнулась. На пороге стояла миссис Беккер с опухшими от слез веками, белки глаз, испещренные красной сеткой сосудов, придавали ей болезненный, измождённый вид. Коротко стриженные каштановые волосы растрепались без укладки. Женщина куталась в просторный кардиган черного цвета, стискивая вязаные края до побеления пальцев.

— Здравствуйте, миссис Беккер. Я хотел бы поговорить с вами, — я постарался говорить как можно более мягко, без давления.

Женщина посмотрела на меня пустым взглядом, в котором мне не удалось уловить мысли на мой счёт.

— О чём? — устало спросила она.

— О ваших… детях, — я решил не называть имён, заходя издалека.

— Не понимаю.

— Прошу. Это очень важно.

Повисла тишина, ледяной ветер ударил мне в спину и разметал волосы женщины. Она поёжилась и безразлично кивнула головой, указывая внутрь дома. Я зашел в коридор и прикрыл за собой дверь.

Обстановка в гостиной по-траурному мрачная. Занавески задернуты, их ткань немного пропускает тусклый свет пасмурного дня, позволяя ориентироваться в помещении, но не разглядеть все досконально. В воздухе танцует взвесь пылинок, туманящая и без того густой от мрачной атмосферы воздух дома.

Миссис Беккер указала рукой на кресло рядом с кофейным столиком, сама села напротив, на мягкий, просторный диван жёлтого цвета, так радостно пестреющего в полутьме.

— С какой целью вы интересуетесь моими детьми? — она умолкла, поджимая губы.

— Это связано с расследованием убийств девушек.

— При чем тут мы?

Женщина подняла бровь, удивлённая моим ответом.

— Возможно, пропажа вашей дочери пятнадцать лет назад связана с этим делом.

Я говорил негромко, разделяя слова короткими паузами, наблюдая реакцию по мере продолжения. Миссис Беккер изменилась в лице. В слабом освещении ее лицо стало белым, словно мел. Она вытянулась в спине, сжимая руками обивку дивана. Ее взгляд устремился на каминную полку. Я посмотрел туда же, отметив там несколько фотографий. Вся семья Беккеров на лужайке перед этим самым домом, детям лет по десять, в ногах у них путается бордер-колли чёрно-белой окраски. Другие два фото: портреты подростков, лет пятнадцати, парень и девушка, поразительно похожие. На фото парня висит траурная лента. Ещё одно фото: четыре девушки в мантиях и шапочках выпускников, снимок сделан в школьном дворе.

— Что вы хотите сказать? — отвлек меня голос женщины.

— Скажите, — я открыл свой блокнот и взял ручку. — С кем общалась в тот период ваша дочь? — во взгляде миссис Беккер мелькнуло недоумение. — Не утверждаю наверняка, что эти дела связаны. Но мне необходимо проверить теорию.

Женщина прикрыла глаза, устало потерла лоб ладонью, словно у нее разболелась голова.

— Я не понимаю, как могут быть связаны убийства и пропажа моей дочери, — она бросила короткий взгляд на портрет девушки.

— Повторюсь, мисс Беккер, это лишь теория. Я хочу восстановить информацию о круге общения Эмили.

Имя ударило током по нервам бедной женщины. Она вздрогнула и отвернулась к окну, сжимая губы в тонкую полоску.

— Она общалась со всеми, — раздался севший, полный горя и боли голос. — Эмили была общительная.

— С кем из парней она дружила? У нее был парень в то время?

В деле написано, что Эмили была свободна. Вряд ли мать знает о личной жизни дочери больше подруг, но стоит попытать удачу.

— Я ведь сказала, она дружила со всеми, — миссис Беккер вперила в меня воспалённые глаза. — С одноклассниками, соседями, да со всеми, — она взяла паузу. — Я не знаю о парнях, — с досадой ответила женщина. — Подруги говорят, у нее никого не было.

Она умолкла, выпячивая подбородок вперёд от обиды. Наверняка, как мать, она пожалела, что так мало общалась со своей дочерью и не была в курсе ее любовных дел.

— Может быть кто-то из парней, знакомых вам, проявлял к ней интерес? — не сдавался я, стараясь дожать тему.

Миссис Беккер удручённо вздохнула, став слегка недовольной.

— Молодой человек, вы сами делились с родителями своими сердечными делами?

Я понял, к чему она ведёт. Мало кто из подростков считает родителей за друзей, которым можно рассказать самое сокровенное.

— Что здесь происходит? — вмешался в нашу беседу мужской голос.

Я оглянулся. В дверях гостиной стоял коренастый мужчина крепкого телосложения, темно-русые с проседью волосы поредели у линии роста, открывая морщинистый лоб. На мужчине серый спортивный костюм и кроссовки, будто он собрался на пробежку. Билли и Эмили, однозначно, больше похожи на своего отца.

— Здравствуйте, — я поднялся с места, поворачиваясь лицом к нему.

— Кто вы? — мужчина подошёл к нам. Все его движения пронизаны напряжением, ожиданием опасности.

— Частный детектив. Расследую дела убитых девушек.

— При чем здесь мы?

Он насторожился ещё больше. Беспокойно посмотрел на миссис Беккер, обогнул меня с некой опаской и сел рядом с женой, обнимая ее за плечи.

— Я полагаю, что исчезновение вашей дочери может быть связано с этими преступлениями, — прямо заявил ему, опускаясь обратно в кресло.

— Что?

Мистер Беккер ошарашенно посмотрел на меня. Метнулся взглядом по каминной полке, затем по моему лицу, в глазах немой вопрос.

— Это лишь предположение.

— Что именно вам нужно знать об… Эмили? — он запнулся на имени, произнося его как нечто запретное.

— Я уже ответила на вопросы, — вмешалась миссис Беккер. — Мой муж не расскажет вам ничего нового, — она погладила его по руке. — Мы лишь надеемся, что наша девочка вернётся домой.

Я постучал ручкой по записной книжке, гоня прочь мысли и желание сказать о том, что Эмили скорее всего нет в живых. Им это знание ни к чему.