The Kills

— Ох, — женщина с сочувствием посмотрела на меня.

— Я… я… мне, — слова давались с трудом. — Я не хочу ребенка. Я не планировала. Что вообще… какого черта… — швырнув тест в мусорку я разразилась возмущением. — Отец этого ребенка бросил меня. Уехал оставив гребаное письмо. А мне теперь расхлёбывать?

— Кейт, — Клэр утешительным жестом тронула мое плечо. — У нас есть врач, он сотрудничает с нашей службой. Сейчас я договорюсь о визите в клинику, — она выдержала паузу. — Если ты решишь прервать беременность, тебе помогут. Если же решишь оставить ребенка, — сейчас я поняла, что она умолкает, когда хочет считать мою реакцию, — то в программе предусматривается помощь матерям.

— Отлично, — озлобленно воодушевилась я. — Едем в клинику.

Маньяк, настоящее время

Я рисковал. Я очень и очень сильно рисковал. Но моя жажда сводила с ума, а положение зверя, преследуемого гончими вынуждало влезть в авантюру. Если хотя бы перед закономерным концом мне удастся вкусить Кейт это будет самый желанный последний ужин.

Поглубже натянув шапку и капюшон я прятался в арендованной машине напротив его проката авто. Аренда с залогом, документы не нужны. Меня так и подмывало нагло воспользоваться его прокатом, но слишком рисково. Хотя, было бы весьма забавно.

Он не появлялся, приходили и уходили остальные сотрудники, работа шла своим чередом. Открытие в восемь утра, затем мужская половина поочередно уходила на обед в кафе напротив. Девушка, блондинка с короткой стрижкой обедала одна, тоже в кафе напротив. Закрытие в десять. Все разбредаются по своим машинам и едут домой. Ничего невероятного.

И я занервничал, не мог ли он все бросить и уехать? Вот так, легко и просто. Нет, вряд ли. Хотя бы один, последний визит он должен был нанести. Решить рабочие вопросы, разобраться с документами, или что там ещё необходимо в случае продажи бизнеса. Расчет на удачу — все, что у меня было. Он мог и не вернуться в Чикаго, решать дела удаленно. Мое везение не должно было меня покинуть так скоро.

По старому адресу я застал новых жильцов, значит место жительства он точно сменил. А на меня при взгляде на тот дом захлестнула томительная, теплая ностальгия. Как давно было наше свидание, кажется, прошла целая жизнь.

Сегодня в обед все пошло по другому. Блондинка с короткой стрижкой не пошла в кафе. Она выскочила из офиса, обеспокоенная, суетливая, бегом дошла до машины и начала выезжать со стоянки. Такое отклонение от привычного графика мне показалось весьма странным. Я завел двигатель и последовал за ней держа дистанцию.

***

В моих планах не было лежать недвижимым грузом на голом матрасе, небрежно брошенном посреди гостиной.

По приезде я планировал вернуться к работе, пытаться жить, не думать о том, что сделал, о том, что оставил женщину которую люблю вот так, по-скотски, ограничившись только письмом. Реальность оказалась гораздо тяжелее. Я написал Алисии, что вернулся в город и обязательно наведаюсь в офис. Но ни на следующий день, ни через день, ни через два я не нашел в себе сил выйти из дома. Да что уж там, хотя бы элементарно, поесть. Я обессилел и дело было совсем не в ранении. Из меня будто высосали всю жизнь, все соки, всю энергию. Я стал пустой, безжизненной оболочкой.

Смысл. Я его потерял. Мне не о ком заботиться, некого спасать, некому помогать. Смотря в будущее я не видел ничего. Кромешная тьма, убивающий любую надежду мрак, жизнь стала испорченными кадрами кинопленки. Я так и не узнаю чем закончится мое кино.

Возле матраса скопилась гора окурков. Я тушил сигареты прямо о новехонький пол. Какая разница? Здесь никто не будет жить кроме меня. Этот дом не займет моя семья, его займет тоска и пустота. Врачи запретили мне курить, организму нужно восстановление. Ха, почему мне должно быть не плевать? Почему меня вообще теперь должна волновать моя жизнь? Для чего я живу? Ради чего? Ради кого?

Я достал из пачки новую сигарету и закурил. Наверное, мне не суждено обрести счастье и покой. Никогда. Какую цену я бы не заплатил, кому-то свыше всегда будет мало. Мало моих жертв, мало боли, мало страданий. Я не заслужил быть счастливым. Все кончено.

— Люцифер!

Я молчал, сначала решил, что мне почудилось.

— Люцифер, ты дома? — Алисия возникла надо мной из ниоткуда. — Боже святый! — она осмотрела меня с любопытством, которое обычно присуще детям в зоопарке, при рассматривании экзотических животных. — Ты выглядишь ужасно. Что случилось?

— Ничего, — я сделал затяжку.

— Ты не пришел в офис, хотя обещал. Я подумала, вдруг, что-то случилось, — она осмотрелась вокруг. — Как-то пустовато у тебя.

— Меня вполне устраивает матрас, — равнодушно ответил я.

В доме и правда ничего не было. Ровным счетом ничего. Два стула на кухне и матрас. Только в кабинете присутствовала мебель, он был местом, где раньше я вел расследование, важно было соблюдать порядок.

— Что у тебя стряслось? — Алисия примостилась с краю, удостоив презрительного взгляда гору окурков.

Я молча курил, прокручивая в голове все наши дни с Кейт, с момента приезда и до конца.

— Что предпочтете? — вежливо спросила бармен.

— Двойной виски.

Тогда я опешил от того, что девушка типажа убийцы спокойно себе работает в баре и в ус не дует.

— Ты должна мне желание.

— Хорошо, — Кейт вскинула ладонь в предупреждающем жесте. — Но только ничего непристойного.

Мне нестерпимо хотелось поцеловать ее. Она была такой милой, такой своей, родной, хотя знакомы мы были всего ничего.

— Как тебя теперь отпустить одну?

— Я ведь в соседней квартире, — она мило улыбнулась.

— Между нами целая стена. Это очень много.

Я бы себя ни за что не простил оставь я тогда ее одну. Даже помыслить об этом не мог, а теперь…

— Не хочешь поужинать? .

— Поужинать? — удивилась Кейт. — Мы и так едим.

— Нет, Кейт. Поужинать .

Оказалось, она никогда не была на свидании. На нормальном, человеческом свидании. Девушка, мало видевшая любви и позитива в жизни.

— Когда я смогу целовать тебя утром перед работой и возвращаясь вечером с нее. Чувствовать, как твои волосы пахнут выпечкой и пряными специями, и понимать: «Я дома». Потому что ты мой дом . Тогда я совершенно точно буду счастлив.

Она мой дом, который я потерял, по собственной глупости, бравируя самоуверенностью, сыгравшей злую шутку с моей жизнью.