The Kills

— Что с тобой?

Мы ведь не предохранялись, ни разу! Я мысленно начала загибать пальцы, подсчитывая количество раз, когда он в меня кончил. Получилось три. Или четыре? Да какая, к черту, разница! К чему эти подсчёты, если даже одного может хватить, а больше уж наверняка.

Ещё не хватало залететь от него, тогда он точно свалит в свой грёбаный Чикаго, только пятки сверкать будут, а я останусь тут одна с его ребенком. Такой расклад меня не устраивал.

— Кейт? — Люцифер взволнованно заглядывал в мое лицо, придерживая за плечи.

Я крепко зажмурилась, начиная быстро моргать, чтобы прийти в себя. Глаза заслезились и слегка пересохли, пока я ошалело не моргала во время своих незамысловатых подсчётов.

«Надеюсь, у него нет сифилиса. Как можно так безответственно относиться к контрацепции, Уилсон?»

Я рассмотрела озадаченное лицо Люцифера.

«Нос на месте, значит сифилиса нет».

Он округлил глаза на мое молчание и интерес к его внешнему виду, но продолжал ждать ответа.

Надо сходить в аптеку. Насколько я помню, таблетку можно выпить в ближайшие семьдесят два часа. Я снова начала упражняться в математике — пошли вторые сутки, ещё успеваю.

— Я сейчас.

Выкрутившись из держащих меня рук, я помчалась в зал, где на диване лежали мои вещи. Стала натягивать джинсы, пару раз промахнувшись мимо штанины и чуть не свалилась на месте, надела худи прямо поверх футболки Люцифера, в которой я спала, и понеслась к выходу, где стояли ботинки и висела верхняя одежда.

Вышедший следом Люцифер находился в полном замешательстве, не решаясь подойти. Со стороны я выглядела так, будто у меня поехала крыша.

— Кейт, что происходит? — он следил взглядом за моими метаниями.

Когда он понял, что я собираюсь уйти, то в несколько шагов преодолел расстояние между нами, теперь стоя прямо надо мной.

Я не отвечала, трясущимися руками завязывая шнурки. Вышло недостаточно туго, но до аптеки дойду. Цепанув с вешалки парку, всунула руки, просторные рукава худи задрались, неудобным комом собираясь наверху. Поправлять было некогда. Я развернулась спиной к потерянному Люциферу, взялась за ручку двери, слегка приоткрыв ее, но тут из-за моего плеча появилась татуированная рука, уперлась в деревянное полотно и с силой захлопнула дверь.

— Объяснись, — раздался суровый голос прямо над ухом. — Я не понимаю, что происходит, а играть в угадайку не имею желания.

По спине побежал холодок от такой резкой перемены в его тоне, на лбу начала выступать испарина, а футболка слегка прилипла к влажной коже. Слишком много одежды, нервов и недосказанности.

— Люцифер, — я стояла спиной, боясь повернуться. — Мне нужно сходить кое-куда, — голос предательски дрожал, выдавая мое волнение. — Я вернусь через десять минут и все объясню.

Он сделал глубокий вдох, убрал руку и отступил на пару шагов назад.

Пулей выскочив в коридор, я понеслась к лестнице, застучала массивной подошвой по скрипучим деревянным ступеням, спускаясь вниз, и едва не потеряла плохо завязанную обувь.

Подъездная дверь под моим напором отлетела с такой силой, что ударилась о стену ручкой. Холодный осенний воздух с примесью мелких капель дождя ворвался в распахнутую верхнюю одежду, остужая мокрое от пота тело. Меня пробил неприятный озноб. Дрожащими пальцами я стала пытаться поймать бегунок молнии и застегнуть парку, сумев только с третьего раза. Дорогу я переходила не глядя, все теребя замок, какого-то черта застрявший на середине пути. Меня едва не сбила машина, водитель которой проорал что-то нелицеприятное в мой адрес.

Нерасчесанные волосы немного намокли под моросящим дождем, скатавшись в неаккуратные пряди. Ветер бил хлесткими, мокрыми ударами по лицу, налетая сильными порывами, будто пытался не дать мне осуществить задуманное.

Быстрыми шагами я приближалась к аптеке, к моему счастью находившейся рядом с домом. Светящаяся красная вывеска в виде креста служила мне ориентиром, выделяясь единственным ярким пятном в промозглой серой действительности.

Я толкнула дверь, колокольчик над входом противно зазвенел, оповещая о моем визите. Внутри было сыро и прохладно, пахло смесью лекарств и чистыми бинтами, нагоняя больше дрожи больничным запахом. Шанса на то, чтобы согреться, у меня не осталось.

— Дайте таблетки экстренной контрацепции, — попросила я, забыв о приветствии.

Фармацевт нахмурилась, осматривая меня с ног до головы.

— Вы меня слышите?! — я начинала нервничать, стукнув по прилавку между нами.

— Вам какие? — она тоже не стала здороваться, переходя к сути разговора.

— Любые, какие есть, — нырнув рукой в карман парки, я достала оттуда пластиковую карту, на которой по городской привычке хранила большую часть денег.

— Терминал не работает, — она не двигалась с места, продолжая буравить меня взглядом.

Уверена на сто процентов, она, как и все остальные жители, в курсе моих отношений с Люцифером. У меня нет ни времени, ни желания ехать в соседний город, заметая следы.

— Блять, — выругалась я без стеснения, расстегнула парку и сунула руку во внутренний карман одежды, нащупав несколько купюр.

Пересчитала, должно хватить.

— Таблетки всё ещё нужны? — фармацевт равнодушно взирала на мои действия.

— Да! — едва не крикнула ей прямо в лицо.

Она, не скрывая недовольства, отошла от прилавка к полке с лекарствами, взяла откуда небольшую розовую упаковку и вернулась обратно.

— Двадцать долларов, — холодно оповестила женщина.

— И презервативы, — опомнилась я, прикинув, что на них деньги тоже есть.

— Какие? — брови фармацевта поползли вверх после моей просьбы.

— Большие.

Повисла пауза.

— Большую упаковку? — начала уточнять она. — Или размер?

«Вот же сука».

— И то, и другое, — злобно прошипела я в ответ.

На лице женщины заиграла ехидная улыбочка.

«Да пошла ты нахуй».

Я разозлилась, подавив порыв высказать свою мысль вслух. Мне казалось, что время уходит, сочится, как песок сквозь пальцы, пока я стою здесь, препираясь с этой идиоткой, решившей влезть в мою жизнь таким необычным способом.

Рядом с таблетками на прилавке появилась большая упаковка презервативов. Фармацевт озвучила сумму и начала складывать покупки в белый бумажный пакет. Я отсчитала купюры и положила их на прилавок, вышло как раз под расчет. Пакет едва коснулся прилавка, как я схватила его, сминая в кулаке верхнюю часть, и ринулась к выходу.