The Kills

«Я встретила Жана тогда, когда обрела целостность, справившись со страхом потерять партнера. Как и многие женщины, я путала страх одиночества с любовью. Как-то подруга из Индии сказала мне: «Однажды ты встретишь человека, из глаз которого на тебя будет смотреть Бог». Так и случилось. Это не идеализация, а понимание закона, по которому сердце не выбирает что попало, но чувствует родное, необходимое».

Эльчин Сафарли «Когда я вернусь, будь дома»

Из воспоминаний маньяка

До чего же люди любят копить всякое барахло. Дома в старой части города просто находка. Встроенный в стену большой шкаф, и вот оно укрытие, из которого можно спокойно наблюдать и слушать. В шкафу хранятся теплая одежда и обувь, какие-то коробки, объемное одеяло и еще несколько непонятных тюков, кажется с тканью. Люди ни черта не смыслят в порядке, в отличие от меня.

Она расхаживает по дому в халате, взбивая руками длинные, влажные после душа волосы.

Это мой первый раз, первая вылазка, первая разведка и такая досадная оплошность. Ненавижу, когда все идет не по плану. В то же время, происходящее так рискованно и будоражаще одновременно.

— В ателье отключили свет, — говорит она кому-то в телефонную трубку. — Всех отправили домой.

«Почему я не могу контролировать все аспекты в жизни?»

Ее голос… Я представил, как сладко будет слышать прерывистое дыхание, какой прекрасной она станет после встречи со мной. В паху болезненно потянуло. Надо держаться, взять себя в руки. Сегодня я, определенно, не готов к нашей встрече. Все должно быть идеально, я ведь не хочу расстроить мою девочку. Нет, нет, вовсе нет. Ладони вспотели, в кожаных перчатках становится жарко. Руки начинают дрожать, чего со мной почти никогда не случалось. До чего же волнительно, не думал, что так сильно буду переживать. Ни одна женщина не вызывала во мне такого отклика. Она совершенно точно создана для меня. Я грезил, предвкушал, смаковал минуты подготовки, мгновения мечтаний о свидании. Идеальном свидании. Все рисовалось в голове живо, красочно. До этой поры никакие события в жизни не были для меня в той же мере сладки своим ожиданием.

— Люцифер еще не в курсе, — пропевает она, вышагивая по коридору, мельтеша в дверном проеме.

Меня передергивает. Пальцы сами собой сжались в кулак. Чертов самоуверенный хлыщ. Малейшая мысль о том, как он трогает ее, мне противна.

Она смеется ответу собеседника, я тяжело сглатываю.

— Ох, ты же знаешь, я тебе до конца жизни благодарна за наше знакомство, — она чуть понижает тон. — Люцифер видный мужик. Само собой, я взяла быка за рога.

Собеседник долго что-то говорит, порядочно утомляя меня своей болтовней. Мне нужно покинуть дом и вернуться в другой раз, выполнить подготовительную часть. Мозг лихорадочно ищет пути отступления.

— Хочу пройтись по магазинам, пользуясь свободным временем, — она уходит в комнату, похоже, собираясь одеться.

«Неужели мне удастся привести в действие свой план».

Я успел порядком разозлиться на свою неудачу. Я облажался, как последний идиот. Выяснил их график работы. Когда никого нет дома, выбрал день и время.

— У меня как раз есть фиолетовая ткань, — голос внезапно приближается.

Я приглядываюсь сквозь щель между дверцами. Она выныривает из дверного проема, направляясь в сторону моего спонтанного укрытия.

«Блять!»

Мелкая дрожь пробивает тело. Вжимаюсь в заднюю стенку, едва не выдав свое местонахождение. Если она откроет шкаф… Я не готов.

Перед мысленным взором плывут образы нашего свидания. Она обнаженная с лентой на шее и в элегантных туфлях. Эйфория застучала в висках частым пульсом.

— Нет, — она недовольно цокает языком. — Желтой у меня нет.

Сокрушенно трясет головой и уходит обратно в спальню.

Кислород обжигает легкие, стоит мне задышать полной грудью. Почти попался. Это никуда не годится.

Она закончила говорить по телефону и вышла из комнаты полностью одетая. Струящееся нежно-розовое платье до колен, волосы распущены. Сама невинность и чистота.

«Не сейчас. Не сейчас. Не сейчас».

Хлопок входной двери и скрип замка оповестили о ее уходе. Я выждал время, на случай, если она вернется, и вышел из шкафа.

В доме стоит полнейшая тишина, в которую иногда вклиниваются звуки городской жизни за окном. Сердце бьется в груди, как запертая в клетку птица, которую вот-вот отдадут на съедение. Соблазн поддаться первому порыву, диктуемому желанием, слишком велик. Нужно действовать по плану.

Я методично обхожу жилье, подмечая малейшие детали обстановки. Меня ведут охотничьи инстинкты, которым я могу довериться полностью, они не подведут, подскажут, направят.

Слегка приоткрытая дверь привлекает меня, чутье подсказывает: «Здесь стоит осмотреться». Я осторожно приоткрываю ее, отмечая про себя, в каком положении она была изначально. После моего ухода следов практически не должно остаться.

Рабочий кабинет, судя по обстановке. На столе ежедневник, старательно заполненный хозяином.

«Удача».

Смартфон — одно из лучших изобретений человечества. Делаю фотографии всех страниц с записями и осматриваюсь. Фото в рамке рядом с ежедневником. Она мило улыбается в его объятиях. Противно видеть довольное лицо этого придурка, его руку на ее плече. Она моя, только моя. Палец в кожаной перчатке скрипит о стекло фоторамки. Забрать снимок с собой не могу, поэтому делаю фото так, чтобы видно было лишь ее.

Как мало нужно женщинам. Смазливая внешность — залог успеха. Знаю это по себе, они так и вьются рядом, заискивающе смотрят в глаза, трогают, болтают без умолку. Ни одна из них не сможет дать мне желаемое.

Дальше стоит проверить ее вещи.

В шкафу спальни обнаруживаю целую коллекцию обуви. И ни одних красных туфель. Какая досада. Уверен, она обрадуется моему подарку. Только лучшее для моей девочки. Она будет идеальной, самой лучшей, такой, какой я хочу запомнить ее навсегда. Единственной и неповторимой. Проверяю размер нескольких туфель, вновь достаю телефон и записываю его себе в заметки. Влажная от пота рука дрожит, палец оставляет мокрые следы на экране. Блокирую смартфон и он предательски выскальзывает из руки, грохаясь на пол.

— Сука, — шиплю в негодовании, поднимаю телефон и спешно прячу его в карман.

Излишние нервы все портят. Я грезил, представлял в подробностях эти мгновения. Все должно было пройти совсем не так. Четче, увереннее, слаженнее.

Теперь осталось белье.

Нужный ящик нашелся в комоде, почти под завязку забитый разноцветным бельем. Черное кружево в единственном экземпляре темнеет пятном на фоне пастельных и разноцветных комплектов. Я прячу его в карман и недовольно замечаю, что красного нет среди белья. Это сбивает с толку, снова. Опять мой план летит к чертям. Со злостью захлопываю ящик, сжимая вспотевшие ладони.

«Какого хрена?»

Трачу несколько минут на совладание со злостью и волнением. Стоит собраться и пораскинуть мозгами. Я не отступлю от своей цели.

«Должна быть корзина с грязным бельем. Может там?»

В ванной комнате нахожу небольшую деревянную корзину. Откидываю крышку и зарываюсь в скомканные, несвежие вещи. Под руку попадаются ее трусики, среди них нет красных. Не могу сдержаться, позволяя себе вдохнуть дивный аромат. Ее аромат.

Она первая и самая прекрасная для меня. Хочу запомнить ее навсегда, оставить с собой как можно больше напоминаний о нас. Позволяю себе слабость немного отклониться от задумки и взять еще одно маленькое напоминание.