The Kills

В ответ он цокнул, закатывая глаза, но сходил в зал за телефоном, набрал шерифа и включил громкую связь.

— Детектив, — отозвался представитель власти.

— Шериф, добрый день. Вы можете сказать, о чем именно шел разговор с соседкой-кошатницей Эванс?

— Зачем? — не понял собеседник.

— Для уточнения деталей, — Люцифер скептически посмотрел на меня, я показала в ответ язык.

Шериф как-то недовольно заскрипел и прокашлялся.

— Она сказала, что маньяк поубивал ее усатых педрюль, а потом убил Валери.

Мне пришлось зажать себе рот рукой, чтобы не заржать в голос. Я тихо хохотала в свою ладонь, жмурясь до слез, ведь Люцифера дичайше перекосило от того, как назвали его любимцев.

— Шериф, вы можете передать разговор дословно? — ворвалась я без церемоний, сумев взять себя в руки.

На том конце провода повисла тишина.

— Кейт, — он неловко покашлял. — Вы на громкой связи что ли?

— Да, — недовольно буркнул Люцифер.

— Хорошо, — быстро сдался шериф. — Она сказала: Он убил моих кошек весной, а сразу после этого — бедную девочку.

Мы замолчали, играя в гляделки. Люцифер уставился в одну точку, сдвигая брови в недоумении. Я тоже не поняла смысла слов.

— Алло? — нашего собеседника смутила тишина.

— Мы здесь, — вернулся к разговору Люцифер. — Сейчас осень, это уж точно не сразу после весны.

— Говорю же, — взбодрился шериф. — Поехавшая она.

— О какой девочке речь? — решила я уточнить.

— Да про Эванс она. О какой еще, — обрубил мужчина.

— Ладно, — начал сворачивать беседу Люцифер, явно утомленный ее бесполезностью. — Если будут еще вопросы, я вас наберу.

— Без проблем.

Он нажал отбой, блокируя экран смартфона.

— Видишь, ничего полезного. — Он вернулся к своему завтраку.

— Странно все это, — я запихала в рот остатки яичницы, задумчиво жуя. — Линду убили в июне, — осенило меня. — Может речь о ней.

Люцифер почему-то опечалено посмотрел на меня, стушевавшись от моего вопроса.

— Кейт, она просто не дружит с головой. Здесь я согласен с шерифом, — он одним щедрым глотком допил кофе и встал.

— Но почему?! Линду убили как раз летом, после весны, — я тоже закончила с завтраком, начиная помогать убрать посуду.

— Просто поверь мне. Хорошо? — Люцифер произнес это так наставительно, словно я пристала с какой-то глупостью.

— Ты знаешь, что ты слишком самоуверен? — скуксилась я, натирая тарелки.

— Считаю это скорее достоинством, чем недостатком, — почему-то повеселел он.

— Твоя самоуверенность тебя однажды подведет, — постаралась запугать, но он не поддался на провокацию.

— Сомневаюсь, птичка, — Люцифер вытер руки и тронул меня за кончик носа, тепло улыбаясь.

— Птичка? — Я поставила последнюю тарелку в шкаф.

— Да, ты похожа на птичку.

— Курлык, — я взмахнула руками, смешно подвигав головой.

— Кто это?

— Голубь. Тоже птица.

— Голуби — городские крысы. Ты не голубь, — сморщился Люцифер.

— Гойюби гаадскии киисы, — начала я кривляться.

Сначала он никак не отреагировал. Я решила, что шутка осталась не понятой, но стоило расслабиться, как он с воинственным ревом кинулся ко мне, пытаясь защекотать. Я завизжала, бросаясь прочь из кухни. Сделав круг по залу, все же была поймана в стальную хватку и пригвождена к дивану.

— Надо работать, иначе весь день проебем. В самом прямом смысле, — брякнула я, когда Люцифер начал задирать мою футболку.

— Обломщица, — в отместку он куснул меня за бок, но не стал продолжать и сел рядом.

Мы молча уставились на стену напротив дивана, увешанную фотографиями. Там были все фото, кроме невесты Люцифера, Валери и почему-то Линды.

— Думаю, нам стоит навестить этого Билли Беккера, — его тон стал очень серьезным, будто не было никаких заигрываний минутой ранее.

— Что-то мне подсказывает — смысла в этом визите будет немного, — я села поудобнее, подтягивая колени к подбородку и положила на них голову.

— Почему?

— Он так же, как и все, будет изображать порядочного гражданина, если вообще захочет с нами говорить, — сомневаясь в успехе мероприятия, я пожала плечами.

— Лучше, чем ничего, — Люцифер решительно встал, направляясь в сторону спальни. — Собирайся.

***

Беккер жил в домике линялого зелено-голубого цвета, со старыми, немного покосившимися от времени окнами, коричневые рамы которых местами прогнили, намекая своему хозяину о необходимости их замены.

На улице стояла осенняя сырость, пробирающая до самых костей. Казалось, еще немного и плесенью покроюсь и я сама. Мы вышли из машины, ныряя из приятного тепла в осеннюю стужу. Я накинула капюшон, пряча руки в карманы.

Промозглый ветер трепал поредевшие, почти голые, неухоженные кусты возле дома Билли. Калитка была не заперта, впрочем, вряд ли в этом был смысл. Кривой забор не особо скрывал территорию участка.

Во дворе валялись ржавые автомобильные запчасти, старые шины и куски непонятного металла. В ржавой бочке, до краев наполненной дождевой водой, плавали рыжие опавшие листья. Весь двор был жутко неухоженный, с высокой, увядшей травой и горами хлама вокруг. Находиться здесь было немного страшно. Создавалось впечатление, что попал на свалку подержанных автомобилей.

Люцифер постучал в помутневшую стеклянную часть перекошенной двери с облезлой краской, покрывающей рассохшееся дерево как чешуя. Ответом послужила тишина. Можно было подумать, что дома никого нет, но в окне мы заметили горящий свет, как только подъехали.

Послышались тяжелые шаги, скрипнула первая дверь с сеткой от москитов, за мутным стеклом показался человек, взвизгнула повернувшаяся ручка и старые, не смазанные петли. В проеме появилось хмурое лицо Беккера.

— Что надо? — начал он, не размениваясь на приветствия.

Грузный, заплывший от алкоголя и сидячей работы мужчина с редкими, почти отсутствующими волосами смотрел на нас с нескрываемым недовольством. По возрасту он был ровесником Питера, Филиппа и Сэма, но из-за образа жизни выглядел старше своих лет.

Чужаки, посмевшие вторгнуться на его территорию — вот кем мы выглядели, заявившись к нему на порог.

— Опрос свидетелей, — также не стал церемониться Люцифер.

— Я ничего не видел, — Беккер начал пытаться закрыть дверь.

— В ночь убийства Валери где вы были? — Люцифер пошел в наступательную.