Тьма. Том 5

Медленно, чтобы парень осознал, что происходит, я перевёл револьвер на его руку и выразительно приподнял брови. Сначала тот просто с ужасом смотрел на меня, а затем его голова всё-таки начала работать. А потом он догадался, сжал зубы и закрыл глаза. Если сумеет промолчать после попадания — возможно, даже выживет.

Выстрел в зале грохнул, как гром, ударив по ушам. Пуля пробила мягкие ткани руки, а парень весьма натурально дёрнул ногами и затих, старательно изображая труп. Беда в том, что Бубен, похоже, не собирался никого оставлять в живых! Всех найдёт и всех прибьёт…

Я вышел из зала, где на сцене продолжались семейные разборки, и оказался в просторном фойе. Или, как здесь называли, приёмной палате. Не путать с приёмным покоем — это в лекарнях.

Одна стена этой палаты должна была стать стеклянной, но дом культуры так и не достроили. В результате вместо стеклянной стены высились леса, отгороженные от улицы тканевыми стенками. В прорехи ткани тянуло холодом, и видна была местность вокруг.

Правда, установленная Бубном пелена всё делала мутным, однако это не помешало мне увидеть влетающие на строительную площадку автомобили городовых и кареты скорой. У самой пелены защиты, изнутри, рыдала одна из «зрительниц», сжимая в руках дорогую трубку и умоляя неизвестного собеседника её вытащить.

— Скрылась бы ты, дура!.. — прикрикнул я на неё.

Из зала позади всё ещё неслись звуки семейной ссоры, так что я не волновался, что Бубен услышит мои слова.

Девушка вздрогнула, затравленно посмотрела на меня, и кинулась куда-то в недра дома культуры.

Бред… Всё было бредом! Молодые детишки ишимских богатеев решили поиграть в заговор, напялили тёмные плащи и пришли на сборище в недостроенном здании.

Ещё и собирались убивать двусердых ритуальным ножом, в котором не было ни капли теньки.

Что вообще происходит?! Как я в это влез?! И — главное — зачем мне дальше участвовать в истреблении поголовья богатой молодёжи Ишима? Пусть лучше на каторге свои долги перед царём и Отчеством отрабатывают.

— Федя!!! — из зала выскочил Бубен, которого по пятам преследовала Дуня, а за ней, с достоинством и презрением на морде, вышагивал Тёма. — Федя! Надо найти маленьких сволочей и перебить! Всех перебить!.. До единого!.. Иначе же выживут!..

— Дед, не смотри на меня, как на пустое место! — дёргая его за рукав, требовала либо очень смелая, либо очень глупая Дуня. — Ты обещал, между прочим!

— Я твоему деду обещал! — огрызнулся Бубен, пытаясь вырвать рукав из девичьих пальчиков. — А тебе я ничего никогда не обещал!

— Ты обещал деду присмотреть за всем родом! — возмутилась Каменкова.

— А я и присматривал! Пока меня сюда не сослали! — нашёл оправдание Бубен и тут же повернулся ко мне. — Федя, пошли искать оставшихся тараканов! Давай уже очистим это место от вредителей!

— Да не кричите вы! — морщась, искренне попросил я. — Башка раскалывается…

— Это потому что тебя по ней больно били! — со знанием дела сообщил Бубен.

Я посмотрел на него и пожалел, что никто в этом мире не придумал Капитана Очевидность. Было бы, что сейчас ответить.

— Это поганцы разбежались и прячутся! — не выдержав долгой паузы, снова завёлся опричник. — Я накрыл всё куполом защиты, ни войти, ни выйти… Но сил он, сука, жрёт, столько…

— Деда! Ну помоги мне! — взмолилась Дуня. — К кому мне ещё обратиться-то?

— Слушай, я этих долгов не делал! — отмахнулся от неё Бубен.

— Так и я не делала! — сложила руки у груди Дуня. — А теперь работаю, как раб… Все деньги отдаю в счёт долга. Но это же неправильно!

— Долги надо отдавать, внучка! — отрезал Бубен. — И вообще, я на работе! Потом поговорим!

— Да блинский блин… — вздохнула Мраморная. — Пол-Руси проехала, чтобы узнать, что мой дед — козлина!..

— А ну цыц! — шикнул Бубен. — Не такой уж я и козлина! Я хуже! Всё, спускаемся и ищем! Я вас двоих, считайте, на службу временно привлёк!

— Угу… — без особого энтузиазма кивнул я.

Вниз, на первый этаж недостроя, сверху вели две лестницы. К одной, правда, ступеней не завезли: одни лишь металлические опоры и направляющие. А вот на второй даже перила были смонтированы.

Мы успели пройти один пролёт, когда по внешнему куполу Бубна, накрывавшему здание, прилетело так, что у меня в ушах зазвенело.

— Ай… Ай-яй-яй! — опричник встал, как вкопанный, напряжённо вглядываясь вниз.

Мне, чтобы посмотреть, пришлось присесть. Рядом с куполом, напротив входа в недостроенный дом культуры, смутно угадывались фигуры людей.

В этот момент одна из фигур, узкая и длинная, подняла руку и стукнула по защите Бубна, отчего та вся целиком содрогнулась… И даже здание, где мы находились, тряхнуло, как при землетрясении.

— Да ну к чёрту! — ругнулся Бубен и повернулся ко мне: — Федя, сходи, спроси, чё им надо! Скажи, что я очень занят!

— А сам?

— Я занят! — упрямо повторил Бубен, но скула у него дёрнулась.

А я покачал головой и двинулся в вниз, убирая револьвер в кобуру. Кем бы ни были эти гости, Бубен их явно опасался. А если кого-то боится человек, прикрывший куполом немаленькое здание, то никакой револьвер мне не поможет…

Совсем не поможет.

Глава 1

«Ишимский Вестник», 8 ноября 2034 года

«ВОЗМОЖНО, УБИЙСТВАМ СНОВА КОНЕЦ…»

Убийства двусердых опять были прекращены… И опять тем же человеком. Причём на этот раз — совершенно случайно. Как нам сообщили в Полицейском Приказе, сегодня ночью неизвестный убийца пытался напасть на двусердую девушку.

Удивительно, но мимо на машине проезжал небезызвестный Фёдор Седов с приятелем. Они возвращались из трактира, расположенного неподалёку от дома жертвы. Увидев испуганную девушку и идущего за ней человека, эти двое не смогли пройти мимо и кинулись на помощь.

Вскоре убийца был задержан…

Как нам удалось узнать, Фёдор Седов не получил пока обещанную родами награду даже за первого пойманного убийцу. Что это? Дворянское жлобство, или сознательная работа против царя и Отечества? Читайте дальше на странице 3.

«НЕДОСТРОЕННЫЙ ДОМ КУЛЬТУРЫ ОСМАТРИВАЕТ ОПРИЧНИНА»

Нашему осведомителю удалось увидеть несколько отрядов царской опричнины, которые прибыли к дому культуры, строительство которого вот уже второй год ведётся в Лесном углу.