Том Круз

В тот вечер, когда Том и Лори собирались пойти на танцы, они зашли на квартиру к одному из приятелей и открыли пару бутылок вина, чтобы расслабиться. Как объясняла Лори, Том был настолько робок, что они едва смогли прикоснуться друг к другу, и даже беседа между двумя подростками была напряженной. От танцев просто веяло холодом робости, но Лори не так легко было сбить с толку.

Несколько позже они выпили шампанское, и Лори опять пришлось самой сделать шаг навстречу: «Я начала с того, что просто опустила руку рядом с ним. Трудно описать, в каком я была восторге, когда он наконец взял меня за руку и начал ласкать пальцы. Затем в порыве страсти мы накинулись друг на друга с поцелуями, но не сразу сообразили, как это лучше сделать.

У меня кружилась голова, я с трудом дышала. Стук сердца отдавался эхом в барабанных перепонках. Таковы все первые поцелуи — вам кажется, что сейчас вы упадете в обморок. Пару раз я открывала глаза, дабы убедиться, что его глаза закрыты. Я знала, ему было хорошо.

Мы чувствовали себя так, будто только что занимались любовью, и могли говорить обо всем на свете, хотя всего лишь целовались. Таким образом было устранено огромное препятствие. Мы были наверху блаженства: руки тряслись, колени дрожали, кружилась голова, и я едва могла перевести дыхание. Помню, что меня поразило, как хорошо он умеет целоваться.

Мы просто кружились в танце, прижавшись друг к другу. Мне даже пришлось попросить его не давать рукам слишком много воли».

После этого случая Лори в голову пришла мысль, что «вряд ли этот парень станет священником». Теперь она признается: «Мне льстит, когда люди узнают, что я встречалась с Томом Крузом. Но мы оба были так молоды, к тому же я была католичкой. Мне было приятно, когда он ласкал меня. Я часто думаю, как могла бы сложиться жизнь, если бы мы с Томом поженились. Возможно, уже развелись бы. Но я льщу себе тем, что именно я учила целоваться самого сексуального мужчину в мире».

Том все еще болезненно переносил развод родителей, хотя и вспоминает о том времени с долей сарказма: «Я пережил период полового созревания; ужасное время, когда любое общение с противоположным полом представляется тяжелым испытанием. Кто не переживал подобного ужаса? Вам кажется, что если девушка просто взглянет на вас, то день прожит не зря. Я до смерти боялся быть отвергнутым и был робок, пока мне не дарили нужного взгляда или нужной улыбки».

Все это время Тому с трудом удавалось общаться с родственниками со стороны отца. Однажды Тому (когда ему исполнилось 15) и его 12-летнему кузену Уильяму пришлось сопровождать дедушку в туристической поездке в Вашингтон, округ Колумбия. Это необыкновенно важное событие в жизни Тома доказало, что он и его сестры не должны чувствовать себя отвергнутыми.

Дедушка, посмеиваясь, вспоминал, как он послал двух юнцов за лимонными каплями, а они вернулись лишь через три часа, сказав, что «потерялись» в баре отеля.

Том и его сестры сильно переживали вторжение Джека Саута в их жизнь. Им было тяжело смириться с присутствием чужого, которым неожиданно увлеклась мама, и подозревали его в нечестных намерениях по отношению к ней. Постепенно девочки, от природы более чуткие, начали понимать, как нужен Джек их маме. Со временем и Том осознал, что этот человек, в отличие от их родного отца, действительно любит Мэри Ли.

Во взаимоотношениях Джека и Мэри Ли присутствовал и еще один аспект. Джек был готов принять на себя заботу об уже сложившейся семье, что требовало большого мужества. Постепенно дети стали ценить его отношение. Джек брал Тома на футбольный тотализатор, где мальчик стал выигрывать. Так был построен мост дружбы.

Когда Том закончил обучение в классе, где был оставлен на второй год, Джек перевез семью в Глен Ридж, Нью-Джерси. Глен Ридж — небольшой захолустный американский городок с зелеными улицами, известный неярким мерцанием викторианских газовых фонарей.

Джек Саут арендовал внушительный дом. Это был едва ли не самый большой дом в их жизни, и Мэри Ли впервые почувствовала вкус нормальной жизни. В высшей школе Глен Риджа Том решил пойти в секцию реслинга, потому что рассчитывал с помощью занятий спортом быстрее акклиматизироваться в городе. «Он записался, чтобы общаться с другими ребятами. Был очень вежливым и приятным мальчиком, типичный южанин. «Да, сэр, нет, сэр» — таким вспоминает Тома тренер команды по реслингу Анджело Корбо.

Но Том по-прежнему был тихим и скрытным, хотя и пытался подружиться с одноклассниками. Корбо был поражен его преданностью семье. Он заметил, с каким трудом они входят в местное сообщество. «Это очень богатое общество. Если у вас есть деньги, вас принимают. Если же нет…» — таковы слова Корбо.

Том не был самым лучшим в команде, но не был и самым плохим. Корбо держал его в команде, потому что он был единственным борцом в весе от 115 до 120 фунтов. Правила в команде были такими же строгими, как и в других спортивных обществах. Если вы употребляли алкоголь, вас немедленно выгоняли из команды.

Мэри Ли и Джек часто навещали детей, чтобы подбодрить их. Мэри Ли была в активе школы и даже участвовала в соревнованиях, чтобы помочь детям адаптироваться в новой школе. 18 января 1979 года состоялся первый фотодебют Тома в местной газете «Глен Ридж Пейпэ». Под фотографией худого Тома была надпись: «Том Мапотер одерживает победу над Джефферсоном Тауншипом в состязаниях по реслингу».

Спустя много лет некоторые из членов той команды по реслингу были крайне удивлены, не получив от актера-мультимиллионера ответа на просьбу пожертвовать 5000 долларов на новый борцовский настил.

Как бы то ни было, Корбо понимал нежелание Тома возобновить контакты с Глен Риджем, который был так недружелюбен по отношению к нему.

Годы учебы Тома в одной из школ Глен Риджа были отмечены скандальными происшествиями. На стенах учебного заведения появилась надпись: «Заппа, Грейтфул Дэд, Эбб, Лед Зеппелин, Сантана». Этот лозунг конца семидесятых был изображен в ореоле жвачки и плевков. Некоторых студентов подозревали в употреблении наркотиков. В апреле 1980 года Том и его одноклассники приняли участие в акции протеста против увольнения помощника директора школы. Учитель Джон Картис был известен как сторонник строгой дисциплины, но ученики уважали его и восхищались им, потому что Джон был справедлив по отношению к ним. «Жизнью школы управляет железный кулак, но мы выступаем за мистера Картиса, потому что он справедлив», — заявили разгневанные учащиеся в интервью. Благодаря этой акции Том и его одноклассники очутились на первой странице городской газеты.

В конце последнего семестра произошло два события, которые сделали невозможными дальнейшие занятия реслингом. Во-первых, Том поправился и не мог больше выступать в своей весовой категории; во-вторых, он растянул коленные сухожилия, что вообще лишило его возможности заниматься спортом.

Том в отчаянии искал, куда бы выплеснуть переполнявшую его энергию и жажду творчества. Он обратился к своему тренеру по реслингу Анджело Корбо за советом: может, стоит принять участие в школьной постановке «Парней и девушек». И Корбо ответил ему: «А почему бы и нет?»

Корбо терпеливо выслушивал разговоры Тома об охвативших его стремлениях к театру. Тренеру по реслингу они казались несбыточными мечтами, но для Тома Круза эти честолюбивые устремления стали делом жизни. Он тщательно скрывал свой необычный интерес к театру, потому что это могло отдалить от него одноклассников, а Тому не хотелось опять оказаться в одиночестве.

Последовав совету учителя, Том отправился на пробы, получил роль Натана Детройта (хитрого гангстера, которого играли такие звезды, как Фрэнк Синатра и Марлон Брандо), и его потянуло на сцену так же, как тянет обезьяну на банановую плантацию.