Томмазо

— Шарлотта, я пришёл не ссориться. Я пришёл, потому что хотел спросить…

— Ты даже не знаешь меня, — прорычала я.

Он склонил голову набок.

— О, я знаю. Я знаю о тебе всё, Шарлотта Мари Мейер. Знаю, что ты любишь спасать очень неприятных существ, о которых, как кажется, мир забыл. Знаю, что ты добрая и храбрая, потому что заставляешь хмурых взрослых мужчин улыбаться и снова чувствовать себя молодыми. Знаю, что когда-то ты боялась спать и закрыть глаза, потому что монстры реальны. И, — он наклонился, — я знаю, что у тебя розовые соски и что тебе не нравится брить ноги каждый день.

— Что! О Боже. Я пропустила день. Или пять. И что с того? Я настоящая женщина, а не какая-то фантастическая кукла Барби.

— Я не жалуюсь. — Он выгнул бровь. — Кроме того факта, что нас прервали, и я не мог перестать думать о том, чтобы закончить то, что начали. Что подводит меня к тому, что я хотел…

— Не могу поверить. — Я встала, желая плюнуть в его великолепное лицо. — Я для тебя лишь какая-то женщина, которую можно трахнуть? Для этого ты позвал Эшли? Хотел залезть ко мне в трусы? Я рисковала жизнью, чтобы спасти его. Столкнулась лицом к лицу со своими худшими страхами. Я заслуживаю большего, чем просто сексуальная победа.

Он посмотрел на меня с самым ужасно раздражённым выражением, которое мне доводилось видеть у мужчины. Инстинктивно я хотела отстраниться, но не сделала этого. Те дни страха прошли.

Он медленно поднялся из-за стола, кипя от злости.

— Не стану лгать, Шарлотта. Когда мы впервые встретились, я лишь хотел, чтобы ты приняла меня, как свою пару, чтобы я не обратился. И за это прошу прощения. Но можешь ли ты винить меня? Что бы ты сделала, чтобы не стать Мааскаб, существом, которое жестоко убило твою семью?

— Я бы сделала практически всё. Но не стала разрушать жизнь другого человека только для того, чтобы разрушить свою.

— Думаешь, я разрушил твою жизнь? — прорычал он.

— Ты едва меня не убил! И определённо всё испортил.

Он выглядел чертовски сексуально, когда делал это. За исключением вида Мааскаб.

— Ты думаешь, что я использовал тебя и никогда не испытывал никаких чувств. — Это не вопрос, а обвинение.

— Да. И не в первый раз, придурок.

Он долго смотрел на меня.

— Понимаю.

Он повернулся и пошёл прочь. Просто так.

— Куда ты уходишь? — закричала я.

— Чар? Что, чёрт возьми, происходит? — спросила женщина.

Повернув голову, я увидела, что Сэди и Андрус пристально смотрят на меня.

— Он гигантский дурак, вот что! — ответила я.

— Шарлотта, как твоя когда-то предполагаемая пара, я чувствую себя обязанным указать, что это ты, на самом деле, гигантская дурочка.

— Пошёл ты! — огрызнулась я. — И перестань упоминать то, что глупая Вселенная посчитала, что нам будет потрясающе вместе.

— Чу-чу, сестрёнка! — Сэди протянула кулак для сестринского удара. Я дала ей кулачок, но Сэди тут же переключилась. — Но он прав, Чар. Ты дурочка.

— Что? — Я обвиняюще ткнула пальцем в ту сторону, где исчез Томмазо. — Это он солгал и попытался использовать меня. Он притворялся, что хочет меня, когда у нас никогда не было шанса.

Андрус шагнул вперёд и схватил меня за плечи.

— Твоя голова, женщина, торчит у тебя в заднице. Предлагаю немедленно вытащить её, потому что Томмазо мне как брат, и я не позволю тебе причинить ему боль.

Сэди вмешалась и оттащила Андруса. Слава богу, потому что я почти готова пойти к машине и взять клюшки.

— Дорогая, — сказала Сэди, — мой муж-варвар пытается сказать, что Томмазо не перестаёт зацикливаться на тебе с момента, как впервые увидел. И он боролся изо всех сил, чтобы найти тебя после видения, что он причинил тебе боль, сделал всё в попытках убедиться, что с тобой всё в порядке. А позже, когда узнал, что сделал Мааскаб, отправился туда, чтобы убить их всех раз и навсегда. В одиночку. Да, глупая идея, потому что Таяс был слишком силён, но Томмазо было всё равно. Он просто хотел, чтобы ты снова почувствовала себя в безопасности. Он хотел иметь сказать тебе, что он убил твоего дракона и что тебе больше никогда не придётся бояться.

Мысли хаотично скакали в голове.

— Но… но… как насчёт Эммы?

— Эмма в Нью-Йорке с Гаем там, где она всегда будет: рядом со своей парой, — сказал Андрус.

— О. — Значит, Томмазо говорил правду о том, что Эмма и он не более чем два человека с прошлым. — Так почему же сам не пришёл и не сказал мне об этом?

— Во-первых, он сказал, что пытался дозвониться, — сказала Сэди, — но ты не отвечала. Во-вторых, он мужчина, и ему, вероятно стыдно за то, что он чуть не вырвал тебе сердце.

Она потёрла уголок рта.

Мои глаза наполнились слезами.

— Откуда ты всё это знаешь?

— Потому что последние несколько недель я помогала ему спланировать вечеринку по случаю помолвки, слушая, как он говорит о том, как сильно тебя любит.

Вечеринка по случаю помолвки?

Я обвела взглядом незнакомую толпу элегантно одетых людей.

— Друзья Томмазо, — сказала Сэди, угадав мои мысли. — И каждый человек в этой комнате готов рассказать тебе, как Томмазо однажды помог им, был рядом, когда нуждались в друге, или как он пожертвовал ради них. — Я посмотрела ещё раз. Здесь так много людей. Сотни. Андрус добавил: — Мне жаль, что мы не пригласили двух твоих друзей, ты, невероятная отшельница, но они, вероятно, наделали бы в штаны, учитывая список бессмертных гостей.

— О, прекрати. — Сэди шлёпнула его по руке. Вечеринка по случаю помолвки. Это вечеринка по случаю помолвки. Томмазо устроил всё это, чтобы попросить меня выйти за него замуж.

— Я… я не понимаю. Он даже не любит меня, — сказала я, больше размышляя вслух.

Сэди медленно покачала головой.

— Поверь, он любит тебя. Вот почему настоял на том, чтобы пойти по пути шикарности. Он сказал, что лишь это, — она сделала пальцами маленькие воздушные кавычки, — соответствует мужеству, которое ты проявила, чтобы спасти его.

— О. — Я посмотрела на свои руки, которые подсознательно сжимала вместе.

Сэди взяла мои руки и сжала их.

— Чар, он хороший человек. И действительно любит тебя. Но тебе нужно пойти ему навстречу, если хочешь, чтобы это была та долгая любовь, которую действительно хочешь. Мужчина настолько силён, насколько сильна его женщина, этому я научилась за всё это время.

— Э-э-э… — Андрус запротестовал. — Я… сильный… — Его глубокий голос надломился, когда он понял предупреждение, которое она бросила в него взглядом. — Я такой же сильный, как и ты, любовь моя.