Торговый центр
Шрифт:
Джефф поднял голову, к нему приближалась Адель. Одна. Казалось, она почти рада его видеть. В желудке Джеффа извивалось и корчилось смущение. Он взглянул на свой живот – проверить, может, там на самом деле что-то корчится. Движение, во всяком случае, наблюдалось.
– Эй. – Адель остановилась и встала рядом с Джеффом. Джефф посмотрел на нее. Адель отвернулась. Джефф стоял. Вдруг выяснилось, что у него в руках зажженная сигарета, и он ее курит.
Джефф и Адель стояли рядом, не говоря ни слова, курили. Пожарные машины ехали по шоссе, затем по дороге
– А разве пожарники не должны быть в красном? – спросил он.
– Что? – Адель отвела глаза и выдохнула.
– Пожарники не должны быть в красном? Эти в черном.
– Это пожарные машины – красные, – спокойно сообщила Адель.
– А. Я всегда думал, что у пожарников форма красная. Когда я был маленьким, у меня была пожарная каска, красная.
– Правда? У тебя была пожарная каска? А сейчас есть?
Джефф не знал, смеется она или серьезно.
– Думаешь, торговый центр горит?
– Возможно.
– Адель.
– А?
– Не, я так. Хотел произнести твое имя.
– Не грузи меня, Джефф. Ты что – под кислой, как Беккет?
Джефф почувствовал себя так, словно с него содрали одежду. Что еще она знает? По его горячей коже побежали мурашки.
– Да.
– Ага, мне Беккет сказал. Зачем тебе это?
– Ну, типа, трип.
– Ara, a зачем? Это ведь, типа, глупо.
– Глупо? Почему?
– Ну, во-первых, ты не боишься сойти с ума?
– Нет. – Джеффу показалось, что он проговорил это очень тихо. Он задумался: может, Адель тоже так показалось. Это, наверное, самый важный момент в его жизни. Он откашлялся и твердо сказал: – Нет.
– Чего ты кричишь? Это потому, что ты под кайфом?
– Кажется, я еще не под кайфом. Не знаю.
– У моего старшего брата был друг, который все время был под кислой. Парень стал шизоидом.
– Шизоидом? – Есть такое слово?
– Ага. Сейчас он в клинике. В Массачусетсе. На всю оставшуюся жизнь.
– Ого. Ну, это не та кислая, я думаю, нет. От этой не шизеешь.
– Кислая – это кислая. Я ее не собираюсь пробовать, пусть хоть миллион лет пройдет.
– Миллион лет – это долго, Адель. Знаешь, сколько всего может случиться за миллион лет?
– Ой-ой, блин, какие мы крутые.
– Давай о чем-нибудь другом?
– Легко. Только не грузи меня. А то я не знаю, как реагировать.
Волна страха накрыла Джеффа, потянула в глубины отчаяния. Сейчас можно было сказать что-то в тему, а можно все испортить. Хотел бы он знать, что говорить.
– Ты идешь осенью в колледж? – Джефф возненавидел эти слова, не успев их пробормотать.
– Нет.
– И я нет.
– Я поеду в Нью-Йорк. Стану моделью. – Адель яростно затоптала сигарету.
– А.
– Я так думаю – им всегда нужны новые модели. Уже необязательно быть красивой, ну, такой, как раньше было модно. Достаточно «интересной внешности». А в худшем случае, буду просто сниматься
в порно. – Адель зажгла новую сигарету, выдохнула струйку белого дыма.– Что?
– Говорю, на крайняк снимусь в порно. От кислой глохнешь, что ли?
– Это чудовищно. Нет, это даже еще хуже.
– Шучу, козел.
– А. Ой, подожди, я тут думал…
– Очень хорошо. Они что, не собираются возвращаться? Может, пойдем пожар посмотрим? Они явно на пожаре.
– Нет, Адель, слушай, ты очень красивая. Даже не так: очень-очень.
– Спасибо.
– Я не потому говорю, чтобы, ну, не просто так. Я думаю, что ты самая красивая из всех девчонок… ну, женщин, которых я знаю.
– Правда? – Ее глаза распахнулись, в них было искреннее любопытство.
– Ага.
– Честно-честно?
– Ага. Я знаю, ты шутишь про порно и все такое, но если ты, знаешь, сделаешь что-нибудь такое… ну, что унизит твою красоту, это будет невероятной трагедией.
Адель тупо смотрела на Джеффа. Он не привык к тому, что она так внимательно его слушает. Где-то что-то сжалось. В груди? В животе? Непонятно.
– Джефф, ты хочешь сказать, что я тебе нравлюсь?
– Ага.
– Ты, типа, хочешь со мной встречаться?
– Ага.
– И трахаться, и все такое?
– А?
– Ты об этом?
– Адель, да, ты мне нравишься. Да. Мне очень хорошо с тобой. – Вот бы она перестала болтать. Пусть эта минута воссияет во всю силу своей красоты. Он хотел только любить ее.
– И трахаться, и все такое?
– Не знаю.
– Не знаешь?
– Погоди, ты мне голову морочишь, так?
– Нет. Я хочу знать, хочешь ли ты со мной трахаться и все такое.
– «И все такое»?
– Ну, ты знаешь.
– Адель, ты какую-то пургу гонишь.
– Почему пургу? Ты сказал, что я – самая красивая девушка из всех, кого ты знаешь, из чего я заключила, что я тебе нравлюсь, а когда парню нравится девушка, он хочет с ней трахаться. Так?
– Да, но…
– И все такое…
Джефф запаниковал.
– Какое «такое»?
– Ну, отсасывать, обрабатывать анус, яйца лизать, все такое. И по-собачьи. Как в этой песне.
– Адель, хватит, а?
– Ты не хочешь, чтобы я тебе вылизала яйца?
– Нет!!!
– Почему?
– Не знаю! Я просто хочу быть с тобой. Обнять тебя.
– Почему?
– Потому что я тебя люблю, вот, ясно? Ух-х…
Джефф опустился на бордюр.
– Еще сигаретку, Джефф?
– Нет.
Адель присела рядом с Джеффом.
– В чем дело? Я тебя обидела?
– Нет. Я раньше… мы с тобой никогда не разговаривали.
– Ты меня правда любишь?
– Ой, хватит, а?
– Любишь?
– Да.
– Тебе не понравилось, что я сказала «обрабатывать анус»? Ты вообще знаешь, что такое «обрабатывать анус», а, Джефф?
– Да, ну, знаю, конечно.
– И что это такое?
– Адель… хватит!
– Джефф, ты девственник?
– Нет.
– Джефф, можно я тебе скажу одну вещь? Только обещай, что не будешь злиться.