Требуется приспешник
Шрифт:
Лорейн, не замечая своей улыбки, разгладила ладонью горбившийся лист, искажающий магографию, и выражение лорда сменилось на просто заносчивое.
– Ладно. Не съест же он меня. Отравится.
Лорейн поправила помаду у краешка губ и коснулась духами горячей шеи, где в ужасе билась жилка. Саван сладкого аромата с привкусом увядших роз и осеннего ладанного дыма окутал теплом, завершая образ. Закрыв хрустальный флакон, Лорейн ещё раз взглянула в зеркало. Что ж, если Даррен Морион запомнит её как дуру, то хотя бы как красивую дуру!
Дальше оттягивать неизбежное было нельзя. Лорейн схватила с лакированного столика сумочку и затолкала в неё сорванное с забора
***
Погода баловала столицу последним осенним теплом. Солнце ещё припекало каменные ажурные улицы по старой летней привычке, но воздух уже приобрёл хрустальную прозрачность и привкус ледяной ключевой воды. Ветер спешно ощупал холодными пальцами Лорейн, коснулся губ, целуя на вздохе, пока она ждала экипаж на тротуаре, и с новым порывом улетел шуршать листвой на мостовой, заигрывать с одеждой других прохожих и трепать узкие чёрные флаги Аркхента.
– Куда, леди? – спросил подъехавший извозчик. Он не потрудился слезть с козёл, но галантно приподнял фетровый котелок.
– Посмертия, девятнадцать, – распорядилась Лорейн как можно равнодушнее. – И побыстрее, я спешу.
– Два серебряных.
Лорейн прикусила губу, чтобы опять нервно не рассмеяться: такую плату, по поверьям, требовал и Сумеречный лодочник. Как иронично! Или символично?
Забираясь в открытый экипаж, она надеялась, что лихорадочный румянец и блестящие глаза можно списать на ветер. Как и подрагивающие руки в атласных перчатках.
Проклятые боги, куда она ввязывается?
Они резко и быстро тронулись. Виды столицы, строгие и каменные, проносились мимо, не цепляя взгляд. Лорейн занимали дела поважнее – клясть себя за авантюрность, глупость и… и за глупость. Дважды глупость, да.
Нужная улица становилась ближе, сердце билось все глуше.
В груди точно разливалась тревожная горячая темнота, острыми иголочками ужаса царапала внутренности.
Лорейн сжала сумочку на коленях.
Что же, демон побери, удерживает её на месте?
Пожалуй, то же, что уговаривало срочно бежать без оглядки. Тьма в её крови. Губительная и губящая. Тёмные маги не только питаются и дышат ею, но и тонут в её ласковых отравленных объятиях. И это чертовски приятно.
Замечтавшись, Лорейн едва не упустила момент прибытия.
Особняк из газет показался нехотя. Сначала экипаж свернул на просторную и тихую улицу со стеной клёнов, позолоченных осенью, а потом остановился у вычурных чёрных ворот из чугуна.
Ворота впечатляли. Высокие, не перелезть, с острыми пиками и мрачным гербом в виде ворона, держащего в лапах то ли ключ, то ли стрелу, то ли странный гибрид двух вещиц. Сквозь широкую решётку виднелась длинная подъездная аллея из роз.
Особняк проклятых Морионов напоминал дворец, отгородившийся от столицы всеми доступными способами.
– Приехали, госпожа, – тактично напомнил, что хватит пялиться и пора платить по счетам, извозчик.
– Спасибо!
Лорейн выудила из кармана мелочь, сразу с чаевыми, и сунула в кожаную перчатку мужчины. Ради такого случая он даже спешился и подал достопочтенной леди руку. Леди, в свою очередь, вспомнила, что забыла в кармане пару лишних серебряных монет, но просить сдачу было уже неуместно. Только ещё разок плюнуть в сторону своей дурости.
Через минуту она стояла перед воротами Мориона и много думала.
Кажется, её гениальный план с треском разбивался
о превратности судьбы. Точнее, о решётку вычурных ворот. Звонок, который обычно был на всех воротах, попросту отсутствовал. Лорейн, нацепив ради прохожих самое непробиваемое аристократическое выражение лица, ощупала их почти полностью. Дважды. То есть, если тебя не ждали в доме Морион, то… не ждали. Ну и как их, демон побери, открыть? Не магией же.Она даже невольно посмотрела наверх, на острые пики. Нет, перелезать – не вариант. Фантазия разыгралась и подсовывала всякие забавные картинки, но следовать им не позволяли воспитание и растяжка. В конце концов она – дочь лорда. Светлого. Негоже ей болтаться на чужих воротах в запутавшемся платье. На своих тоже негоже.
– Бесы плешивые! – честно выразила Лорейн мнение относительно ситуации и в сердцах пнула ворота… Покладисто распахнувшиеся перед ней. – Да вы смеётесь…
Створки действительно гостеприимно распахнулись, как огромные крылья ворона, приглашая в маголовку. Лорейн готова была поклясться на прабабкином гримуаре, что ещё пару минут назад ворота были закрыты, но упрямо шагнула на розоватый гравий, делая вид, что так все и задумано. Дом с привидениями? Дайте два, она же некромантка!
Лорейн гордо шла по подъездной аллее, раздумывая, как начнёт разговор. По обе стороны от дороги были высажены розы, цветущие даже сейчас, в октябре. Они горели пунцовыми бутонами в золоте листвы и наполняли воздух сладостью. Дом хищно поднимался над садом и щерился острыми башнями. В арочных окнах отражались сад, город и голубое небо. Разноцветные, как кусочки калейдоскопа. Дом будто держал в поле зрения добычу и разве что не рычал.
Лорейн остановилась перед ступенями. На чёрном, зеркально отполированном граните с мелкими прожилками горели жёлтые листья. Ветер смахнул их с пути Лорейн, приглашая не тушеваться.
От логова лорда Мориона её отделяло шагов двадцать.
Пальцы скользнули к амулету-телепорту. Он висел на прежнем месте, добавляя уверенности.
Двери особняка распахнулись. Рот Лорейн тоже, но все заготовленные приветствия застряли в горле.
– Хозяин ждёт, – торжественно провозгласил дворецкий. Такой старый и худощавый, что Лорейн по некромантской привычке принюхалась. Умертвием он не пах. – Следуйте за мной.
Он не стал её ждать. Сразу повернулся к гостье спиной и направился к лестнице, уверенный, что раз уж леди посмела заявиться, то пойдёт до конца. До кабинета. Принять пальто тоже не предложил, поэтому пришлось просто расстегнуть пуговицы.
– В каком расположении духа лорд Морион сегодня? – светски спросила Лорейн.
– В невозмутимом, – поразмыслив, ответил дворецкий.
– Ну это мы сейчас посмотрим…
Обстановка особняка по роскоши не уступала архитектуре. Все было точёное, острое, красивое. Лорейн шла по тёмному роскошному дому, стараясь откровенно не глазеть по сторонам. Чуть глаза не сломала. Оставалось надеяться, что перед Морионом она предстанет хотя бы без косоглазия.
– Сюда, – пригласил дворецкий, открывая перед ней дверь кабинета.
Лорейн забыла, как дышать, и шагнула в свет.
– Итак, вы здесь, – вместо приветствия сказал лорд. Выглядел он нисколько не дружелюбнее собственной магографии. – Чем обязан?
Момент истины оказался чуть неприятнее, чем ожидался. Хозяин дома, одетый в дорогой чёрный костюм, подчёркивавший фигуру так, будто сшили сразу на нем, стоял возле высокого окна. Из которого открывался восхитительный вид на подъездную дорожку. Без сомнения, лорд Морион видел её страстное ощупывание его забора. Позорище.