Трехкольт

– Софита, где она?

– Со спутницей твоей все хорошо – кивнул он, – она поспит и будет в полном здравии. И тебе бы надо.

Иллинка присела на край лежанки.

– Я не помню, как сюда попала – сказала не громко она.

Мужчина прошел в помещение, взял ладну небольшую скамью и сел напротив девушки.

– Може и не надобно тебе этого помнить, Анго.

Анэка посмотрела в его добрые и лучистые глаза.

– ВЫ меня знаете?

Мужчина пожал плечами.

– Моя почившая жена знала, что вы рано или поздно придете за мечом, Анго.

– Откуда?

Он вновь пожал плечами.

– Одним Богам это известно.

Анэка помолчала.

– А вас как величать?

– Каюлт. Я из вепского рода. Но вепс я лишь наполовину, а на вторую половину я острожник.

Анэка вздрогнула, когда это услышала.

– Не бойся, вреда вам я не причиню. Я хранитель этих лесов, мы с сыном тут живем.

Он вздохнул и пригласил редкую бородку.

– Тебе нужно отдохнуть, Анго.

– А моя одежда, где она?

Мужчина улыбнулся.

– Она просохнет к вечеру этого дня. А пока... отдыхай, и набирайся сил, они ох как пригодятся тебе и твоей спутнице. Когда солнце перевалит через полдень, можно будет вас накормить, а потом вам придется идти.

Иллинка молча выслушала хранителя лесов и кивнула.

Какое-то время она и правда спала. Снился ей почему-то Майдар, почти безлюдные улочки, тихие вечера около костра, любование звездами...

Потом, когда она проснулась и солнце еще не перешло грань полдень, она размышляла о том, что же творится в ее сердце, и почему оно так сильно скучает по той, коей может уже и в живых нет. Анэка понимала разумом, что такое вполне может быть, что Морана погибла, но сердце отказывалось верить в это, все равно надеясь когда-то встретить ее среди живых.

На какое-то время девушка вновь задремала, уставшее тело, лишенное нормального отдыха пыталось поймать эти сладкие мгновения до того, как она вновь отправится в путь. Когда Анэка вновь открыла глаза, на лавке лежала ее сухая одежда.

Надев ее она вышла во двор. Во дворе было тепло, ни намека на дождь, непогоду и ненастный шторм. будто и не было ничего этого, будто приснилось ей все, и бой, и смерть друзей и обжигающе-холодная вода и слова Софиты, о том, что Мораны уже нет в живых.

“Почему она так решила?”

– Добро! – сказал лесник. – Прошу к столу.

В небольшом садике, перед домишком располагалась небольшая беседка, посредине ладный дубовый стол, и лавки по бокам. Софиты не было, зато был мальчишка годин пятнадцати от роду, черноглазый и черноволосый, худощавый и румяный.

“Так-так, сын значится” мыслила иллинка. “Не похож на Каюлта.”

– Ареяр, позови другую девушку – попросил лесник.

Но иллинка остановила его.

– Нет. Пусть отдыхает, я ей потом сама отнесу.

Парень остановился на пол пути.

– Она вообще-то не моя спутница – сказала Анэка поглядывая в сторону мальчишки.

Мужчина кивнул.

– Знаю.

Анго подняла бровь.

– Вы все про меня значится знаете?

– Ну что ты! Я всего лишь вижу, и говорю, что вижу. Всего лишь.

Ареяр было присел на лавку рядом с отцом, но тот махнул рукой и мальчишку как ветром сдуло.

– Мне бы идти надо – сказала тихо иллинка, жуя трёхольский вкусный хлеб и запивая его квасом.

Лесник молчал.

– Я бы попросить вас хотела, Каюлт. Присмотрите за Софитой.

Мужчина усмехнулся в усы.

– Не думаю, что ты далеко от нее уйдешь. Она нагонит тебя все равно.

Анэка перестала жевать хлеб и удивленно поглядела на вепса.

– Ты разве не заметила, путница твоя в тебе души не чает?!

Иллинка чуть не поперхнулась.

“Этого только не хватало. Нет, второго Артона мне не надо!”.

– Тем более мне тогда надо уходить.

Мужчина вновь улыбнулся и посмотрел куда-то за спину Анэки.

Иллинка повела ушами, соображая, что Софита может все это знать, то о чем сейчас они молвят тут.

– Ареяр!

Мальчишка подбежал к отцу и поклонился.

– Я что тебе говорил, не приставай к Фрамму, он занят делом.

Щёки пацана вдруг вспыхнули румянцем и он убежал быстрее ветра в долину.

– Не сладко приходится с теми, у кого сердце не на месте, да к тому же не свободно – сказал загадочную фразу Каюлт, а потом кивнул, смотря на Анго. – Ты, вот что, не отказывайся от помощи твоей новой спутницы, а там, как Боги распорядятся.

Анэка кивнула, про себя понимая, что он прав.

====== 23. Два шага до цели ======

Что ни говори, а без Софиты уйти не удалось.

Они вышли на закате, как сказал Каюлт, так будет идти хоть и не шибко удобно, но зато вполне себе безопасно. До поры.

Правда о своих вероятных предчувствиях он не упомянул, хотя Анго чуяла сердцем, что он ведает больше, чем сказал.

Сердце все еще ныло по недавним потерям, хотя телесные раны почти затянулись.

Иллинка все еще не могла поверить в то, что больше может не увидать Морану. А уж Артона так и вовсе не увидит более никогда.

– Откуда тебе знать, что Морана погибла? – испросила шуверку Анэка, когда они пробирались сквозь скалистую пустошь.

– Я видела.

Пустошь представляла собой равнину мелких скалистых пригорков, по которым сложно было идти. Хорошая разминка для отдохнувших ног.

– Что ты видела?

– Высокий браг прошил ее насквозь своим мечом – не поморщившись сказала шуверка.

Анэка сглотнула, представив эту страшную картину, но сердце все равно не верило в то.

Однако, шуверы всегда славились тем, кто умели ведать на несколько мгновений вперед. Поэтому у Анго сердце сжалось от осознания возможной правды о Моране, она гнала хмурые мысли прочь, но они словно бы пчелы кружили над ней, не давая покоя.

“Что я теперь без нее на этом свете делать буду?” думала иллинка, идя по скалам.

– Не думаю, что стоит горевать. Твоя спутница была довольно сносным воином – пренебрежительно отозвалась Софита.

Анэка на сим решила промолчать, хотя после таких слов, ей захотелось далее идти одной.

А Софита тем временем продолжала:

– Я видела ее и ранее в бою под Колгиной, это вепская долина. Она там со сколотами дралась, ее в первом же бою ранили.

“Так вот оказывается откуда она о сколотах знает” подумалось Анэке, когда она вспомнила напутствие Мораны.