Три судьбы

Я только изогнула от удивления бровь и поставила на заметку еще один вопрос: " Как он узнал о приближении Александрита?". незаметно подкралась мысль, что братья стали мутантами как в фильмах, но в центр мозговой активности ее не пустила. Не надо мне головушку всякой ерундой забивать.

Александрит пришел минут через десять, с тремя огромными грязно-зелеными оленями с рогами, как у демонов с картинок старых фолиантов. Одного они зажарили и съели. Самое ужасное, что братья сидели и ели с ними, даже мне предлагали, но я только скривилась, стоя у дерева в шагах четырех от братьев. Мне не нравилась ни мясо, ни компания, голодной я точно себя не чувствовала. Наверное, это из-за энергетика, вот пройдет время и мне даже грибочки будут казаться аппетитными.

После еды мы все собрались, и под моим куполом-щитом отправились вперед. Наш свет освещал дорогу, а Александрит нас по этой самой дороге вел. Мы с ними шли первые, позади мужчины стояли кругом, а в центре женщины с детьми. По дороге все молчали, а от шума хрустнувшей ветки или летучей мыши, которые не раз врезались в купол, чуть ли не визжали. И это было до слез смешно, наблюдать за испуганными лицами, я такие только в шоу видела. Я-то знаю, что нам ничего не грозит, щит негативно настроенных существ не впускает, поэтому ветки деревьев спокойно проходят сквозь щит, они-то убивать не собираются. А вот букашек, которые вскоре начали попадаться по пути, щит давил, что совсем не украшало нашу дорогу.

Светлее не становилось, просто лес внезапно закончился. Перед нами стояла темнота, и через нее спокойно проходили люди, не скрывая своей радости. Как только ушел последний, я развернулась и отошла, чтобы видеть братьев в полный рост.

– Итак, я жду объяснений.

Они в унисон вздохнули и обменялись обреченными взглядами.

– Главное не пугайся, а лучше выпей валерьянки!
– криво улыбнулся Артур, но я его проигнорировала.

Я еще помню, как он на меня кулаками замахивался, и пока не получу достойное оправдание, с ним не говорю, судя по виноватому взгляду, он это понял.

– Саша, ты должна была уже сообразить, что мы здесь уже не первый месяц, - я кивнула.
– Так вот, мы попали сюда из разных мест: я из дома, Артур с середины миссии. Мы не знаем в какое время или может планету попали. Как только мы здесь оказались, на нас практически сразу напали. Это была стая зверей очень похожих на волков. Первых двадцать мы отбили, нас окружили, а после каждой царапины на ногах становилось все тяжелее держаться. То, что было дальше нам объяснить весьма трудно, и мы поймем, если ты будешь считать нас сумасшедшими, но у нас всему сказанному есть доказательства. Всплеск адреналина пробудил в нас способности.

Я прыснула от смеха, это напомнило мне фильм про супергероев, но, увидев сосредоточенное лицо брата, надела маску безразличия. Все же на все происходящее у меня была своя версия: про время и заражение брата через зияние.

– Мы выпали из реальности всего на несколько минут, а когда открыли глаза все было заморожено, а на деревья висели мертвые тушки проткнутые ветками. Те чувства описать невозможно, - он стал говорить с восхищением.
– Мое тело покрылось льдом, и я не чувствовал холода, только силу и смерть, мне нравился вид мертвых зверей, а от них как будто шла дымка силы ко мне. Это было невероятно, и я бы сошел сума от этих чувств, но лес все забрал. Это место забирает магию, Саш, - внезапно он стал серьезным и я вздрогнула, - Поэтому мы не выходим за пределы леса, мы должны контролировать это, если хотим вернуться домой или минимум выйти за пределы.

Он закончил и начал смотреть на меня в ожидании ответа. Ну а что я? Не то что не верю, просто немного сомневаюсь. Навряд ли эта магия может быть побочным эффектом от зияния. Кто его знает, я не ученый.

– Сомневаешься, - сказал Артур, сощурив глаза.
– Что ж, как насчет наглядного примера.

Он шагнул за ту самую грань, а Александрит, взяв меня за руку, пошел за ним. Мы вышли и я тут же вздохнула свежего воздуха... И взлетела! Я, черт возьми, загорелась. И меня на сантиметр подняло вверх, но мозгу этого хватило, чтобы запаниковать, и меня сразу дернуло назад. Я упала на мягкое место и тут же вытянула руку: одежда и рука на месте, без ожогов. Перевела взгляд на светящегося зеленым светом Артура и лысого ледяного Алекса с которых все... все это самое исчезало быстро и слоями.

– Валерьянка. Много В-валерьянки.

Александрит развел костер так, как это делали пещерные люди - с помощью камушков и принялся жарить мясо, которое отложил нам в мешок, пока Артур деликатно отошел в кустики. Я умру, но в кустики не пойду, решила я для себя, дрожа от холода хотя бы потому что они здесь очень недоброжелательные. Как-то после горения становится холодно, и желание сунуть ноги в костер скоро станет еще больше и неудержимым, только страх останавливает меня.

Мне всунули кусок мяса пожаренного на железной тонкой палке, но я отказалась, чувство голода как-то не преследовало меня.

– Ты давно ела?
– брат нехорошо прищурился и смотрел на меня с явным беспокойством.

– Давно, но мне с-сейчас не хочется, - ответила я и тут же укуталась в грязную простынь, которая нечего не греет.

Подавила еще один порыв прыгнуть в костер, сильнее сжав кулаки, чтобы ногти вонзились в ладонь отвлекая от смертельных мыслей.

Александрит сам вгрызся в кусок с явным аппетитом, а меня чуть не вывернуло.

– Так что ты чувствовала, когда видела людей?
– спросил Артур, вышедший из-за дерева. И как так тихо шел.

– В смысле?
– я больше гипнотизировала огонь, чем вникала в слова брата.

– Когда я вижу людей... мне нравится, когда они испытывают благодарность ко мне, я как будто получаю силу от этих эмоций, поэтому я так взбесился, я давно... Давно не чувствовал эти эмоции, люди редко сюда заходят, только если бегут от кого-то, - брат виновато глянул на меня, а я улыбаюсь в ответ, давая понять что зла не держу.

Артур взял вторую палку с мясом из рук брата и так же мерзко начал его есть.

Подумав с минуту я все же ответила.

– Это страх, они боялись меня и я получала какое-то удовольствие от этого, у меня сейчас возникло чувство, что я как будто ела их страх.

– Мы стараемся не думать, что едим эмоции, - ответил Александрит и отбросил в сумку пустую палку.

– Ну, а ты?
– спросила не скрывая интереса.

– Боль. Когда мои враги чувствуют боль это делает меня сильнее, - по напряженному лицу Александрита я поняла, что слова даются ему тяжело.

Настроение тут же испоганилось еще больше. Ничего хорошего не происходит. Взгляд снова и снова возвращался к огню, и я решилась. Встала перед ним на колени, подползла ближе и быстро, чтобы не передумать, засунула руку. Братья перепугались и ринулись ко мне, но, увидев, как я блаженно улыбаюсь, резко остановились. Я же, видя что рукав рубашки не горит, залезла в костер с ногами и так и сидела там. Волосы поднялись вверх, а руки стали сливаться с пламенем, вместе с одеждой, и таааак тепло. Братья подошли медленно сели рядом, и уставились на меня. Первым не выдержал Артур.