Туманное будущее

…Потому что он мельком скользнул взглядом по его загорелой груди, лаская каждый сантиметр кожи, наслаждаясь ее ароматом.

…Потому что за эти несколько часов, проведенных в напряжении, пред его взором предстали крепкие мышцы спины и бедер, перекатывающихся под золотистой кожей.

…Потому что его тело резко развернулось, потянувшись вслед за рукой, когда тот бросил в сторону мужчины защитное заклинание, стараясь обезопасить себя, обрушив шквал магии на профессора.

…Потому что он нашел в себе силы опереться руками об пол, приподнимаясь и задыхаясь от боли во всем теле, заметив в его глазах вспышку ярости, умоляя о пощаде, как просит любовник, изнывающий от страсти, об освобождении.

…Потому что в тот момент его рука была так близка от нежных темных ореолов сосков.

…Потому что Гарри стал мужчиной, и тело Северуса ответило на призыв.

…Поскольку Северус Снейп не был монахом.

========== Глава 22 ==========

– Долгий путь домой -

Как-то вечером за чашечкой чая с Северусом Снейпом Дамблдор обронил, что Гарри принял его предложение насчет должности профессора полетов. Как старый маг и предполагал, также молодого человека заинтересовали исследования в области экспериментальной магии.

С тех пор бывший гриффиндорец четко распланировал свое время между Хогвартсом, ведя дополнительный курс для студентов, испытывавших трудности при полете на метлах, и успел побывать арбитром нескольких матчей, и Хогсмидом, где проходил стажировку во вновь созданном магическом отделе.

Северус редко встречал там парня, поскольку сам занимался исследованиями в другом здании. Но стоило им столкнуться, его сердце с удвоенной силой начинало биться о грудную клетку, от чего мужчина испытывал тупую боль. В стенах школы приходилось видеться чаще, от этого становилось в разы хуже.

Приходилось контролировать себя, сжимая волю в кулак, чтобы успешно сохранить совершенно отрешенное, безразличное выражение лица, держа максимальную дистанцию.

Дамблдор просил проявить терпение и некую отстраненность, что ж, он воспринял этот совет в буквальном смысле. Должно признаться, в некотором смысле его нервная система была не столь напряжена, хотя, с другой стороны, накатывало разочарование… особенно когда он видел, что их встречи совершенно не трогали Гарри.

– Чувствует он хоть что-нибудь ко мне? – нередко спрашивал себя зельевар, впадая в отчаяние.

Дамблдор утратил свою тактичность, отчитав его, как мальчишку, заметив, что Северус вновь стал меньше есть и регулярно пропускал обеденное время.

Следовало приложить все усилия, даже если к этому не лежала душа, чтобы не прослыть слабаком как в глазах любимого, так и в глазах Дамблдора.

Со дня возвращения мальчишки прошло шесть недель, Северус терялся в догадках, что делать: поставить крест на бесцельно прожитых двадцати годах или попробовать иной подход? В любом случае, все пути казались ему бесперспективными.

И он оставил всё как есть.

Прошла еще неделя, напряжение нарастало.

Случай, изменивший ход событий, представился совершенно неожиданно: вечером в пятницу, когда Мастер зелий проверял домашнее задание учеников, ему нанесла визит Нарцисса Малфой в сопровождении сына.

Разговор получился короткий: Снейп не мог повлиять на Дамблдора, чтобы тот вмешался в дела Министерства в прекращении изысканий средств на некоторые исследования.

– Они повышают налоги только для старинных семей с хорошей репутацией! – негодовала блондинка, резко вдохнув. – Их интересуют только деньги, без каких либо объяснений! Я уже не так богата, как раньше. Тебе это прекрасно известно!

– Конечно, - ответил Северус, стараясь не сорваться на крик, выдав свое раздражение, бросив, что министерство обложило данью только те самые богатые семьи, что были в союзе с Волдемортом. – Я ничего не могу для тебя сделать!

– А Поттер!

– Что Поттер? – процедил мужчина сквозь зубы, перехватив отсутствующий взгляд Драко.

– Мой собственный сын отказывается поговорить об этом со своим дорогим другом, но ведь ты-то сможешь, да? Я слышала, что вы были довольно близки с ним! И он имеет определенное влияние на министерство, поскольку он…

– Кто тебе сказал, что я был с ним? – медовым голосом прошептал Снейп, тон которого не предвещал ничего хорошего, бросив новый – яростный – взгляд в сторону Драко. Тот отрицательно покачал головой, ответив невинным взглядом.

– У меня свои источники! – ответила женщина, неопределенно махнув рукой.

– И кто это? – настаивал мужчина.

Как ожидалось, Нарцисса промолчала, и дальнейший разговор перерос в словесную баталию, которая поставила все точки над «i»: Северус получил ответы на вопросы, которые задавал себе давно – кто определил его судьбу, нашептав Воландеморту о его несомненном таланте в искусстве Зельеделия, обратив внимание мучителя на молодого влюбленного человека, от отчаяния укрывшегося от всего мира горами книг.

– Так это была ты? – выдохнул он бесцветным голосом. – Это ты рассказала обо мне Темному Лорду, когда я был еще наивным студентом?!

Понимая, что все выходит из-под контроля, Драко незаметно выскользнул из комнаты и бросился за помощью, найдя ее в лице Люпина и Дамблдора, беседующих в пустом классе.

Встревоженные рассказом молодого человека маги, ведомые Драко, буквально влетели в кабинет, находящийся в Подземелье.

Нарцисса и Северус успели обнажить свои волшебные палочки.

– Остановитесь! – закричал Драко, не желая, чтобы хоть кто-нибудь пострадал.

– Достаточно!
– вторил Люпин, в свою очередь вынимая волшебную палочку. Но директор был быстрее, бросив заклинание разоружения.

– Что здесь происходит? – гневно поинтересовался он.

Его вопрос остался без ответа: спорящие, пребывая в животной ярости, бросились друг на друга, ногтями впиваясь в горло противнику. Нарцисса оставила глубокие борозды от острых ногтей на лице Северуса, он лишь схватил ее за волосы – всё же воспитание не позволяло ему ударить женщину.

– Достаточно! – повторил Люпин.

– Северус! – хрипло крикнул Дамблдор. – Сейчас же отпусти ее! Нарцисса, ослабь хватку!

Но волшебники не слышали грозного окрика: Нарцисса со всей силы ударила заостренным носком туфли Северуса в голень, тот рефлекторно сжал кулаки, потянув сильнее белые локоны вниз. Нарцисса взвыла от боли.

Привлеченный дикими криками Гарри, проходивший мимо, вошел в комнату бывшего любовника и, широко распахнув глаза, замер от неожиданности, окинув взглядом развернувшуюся перед ним сцену.