Ты - Моё Море

Во дворе уже стояла машина скорой. Врачи оказывали помощь ребятам. Тех, кого не удалось спасти, засовывали в черные полиэтиленовые мешки.

— Там, — указал направление встречавший его Никита. — Кирилл с ней разговаривает, но все без толку.

Перед входом на кухню Вадик остановился. Буквально на одну секунду, чтобы сделать вдох. Собраться с духом и войти в эту чертову комнату. Страшно до одури. Потому как Вадик не знал, что он может увидеть…

Первым он заметил валявшегося на полу окровавленного мужчину, державшегося за живот. Над ним уже колдовали врачи. Рыжик стояла в противоположном углу. Порванная до трусов одежда. Лицо в синяках. Губа разбита. На оголенном теле красно-синие метки. Глаза бешеные, дикие. В руке Лора держала нож, измазанный кровью. Так это Рыжик его пырнула… Стоявший сзади Артур, глядя на нее, выругался сквозь зубы.

— Лора Николаевна, пожалуйста, я — врач. Я вам помогу. Опустите нож, — просил ее не осмелившийся подойти ближе Кирилл. Он попытался сделать полшага к ней навстречу. Рыжик громко зарычала, выставив перед собой нож, угрожая. Дурак Кирилл, так он ничего от Лоры не добьется. В неадеквате она.

— Отойди, — приказал Вадик и пошел прямо на нее. В Лориных безумных зеленых глазах осознания происходящего он не увидел. Она снова издала тот же недовольный звериный рев, выставляя оружие вперед и рассекая им воздух.

— Лора, твою мать, нож опустила резко! — заорал он в своей привычной сумасшедшей визгливой манере. Она вздрогнула и выронила нож. Перевела непонимающий взгляд на Северова, словно увидела его впервые в жизни. — Это я. Все, золотая, я рядом.

— Вадик?

— Рыжик, спокойно. Все хорошо, — сказал он, стаскивая с себя пиджак и накидывая ей на плечи.

— В-а-д-и-и-и-к, — захныкала Лора, — Вадик, он… он…

— Я знаю, золотая, знаю. Пошли, — он осторожно подтолкнул ее к выходу. Она вся дрожала в ознобе. Они прошли мимо лежащего трупа, а именно им он и станет, даже если врачи сделают невозможное, и падла окочурится, уж Север об этом позаботится. Лора, глядя на мужчину, изо рта которого вытекала кровь, зашептала:

— Он умер, да? Я его убила? Я его убила? Господи, Вадик, я человека убила-а-а! — зарыдала она, упираясь головой в грудь Северову. Он подхватил ее на руки и вынес в гостиную. Усадил в кресло, приказал принести выпивки и насильно влил в нее стопку коньяка.

— Я человека убила! Я убила человека! — заикаясь, истерила Рыжик.

— Да не переживайте, Лора Николаевна, живой, мразь поганая, — сказал Никита, помогая врачам выкатывать носилки с нападавшим.

— Живой? — обрадованная Лора выдохнула, а потом резко перевела глаза на Севера. — Вадик, — она скатилась с кресла и упала перед ним на колени, — умоляю тебя! Не убивай его, пожалуйста! Я прошу тебя, пожалуйста, не трогай его! Пусть сядет! Мне плевать, за что и на сколько, но только не убивай!

— Рыжик, ты че? — Вадик вначале опешил, глядя на рыдающую взахлеб любимую женщину, стоящую перед ним на коленях. Потом поднял ее, усадил обратно на кресло. Она прижалась к его груди, обливаясь слезами, моля за гниду, который, возможно ее… — Рыжик, ну успокойся. Бл*дь!

— Вадик, у нее истерика, надо вколоть, — подошел Кирилл с уже готовым шприцом с прозрачной жидкостью. Лора дернулась, но Север крепче прижал ее к себе, давая возможность врачу сделать укол хотя бы в плечо.

— Не прикасайтесь ко мне! — рявкнула Лора, как только Кирилл закончил. — Отойдите от меня!

— А ну, ша! — пришла очередь Вадика голосить. — Значит, так: ща спокойненько с Кириллом в кабинет прошла. Без возражений. Он тебя осматривает и латает. Без слез и истерик. Поняла?!

Рыжик осунулась, вжала голову в плечи и надула губы. И еще сильнее укуталась в его пиджак, словно ото всех защищаясь.

— Вперед, Рыжик, на выход! — указал он ей на дверь смежной комнаты. Она покорно поднялась с дивана и медленным шагом поплелась в кабинет, стараясь находиться от Кирилла на пять метров дальше.

— Вадик… — когда за врачом закрылась дверь, начал Артур.

— Подожди, — остановил его Север, доставая мобилу и набирая номер. — Барин, жене охрану организуй. Усиленную.

— Че случилось? — напряженным голосом ответил Руслан.

— На Лору напали. Шустро, Барин.

— Понял. Спасибо, — прошептал он. — Кто?

— Хер его знает. Желающих много, сам понимаешь, — ответил Вадик, прижимая телефон к уху и пытаясь закурить. Пальцы дрожали. Удалось далеко не с первого раза.

— Просто напали… или…

— Или, Барин, или… не знаю. Ща врач выясняет. Но походу пытались. Сука, Барин, в мой собственный дом пробрались. Моих ребят уложили. И мою женщину… бл*дь! — заорал Север. Все, клапан, который старался держать закрытым, чтобы Рыжика успокоить, сорвало напрочь.

— Ищи человека, который не просто тебя ненавидит, — посоветовал Барин. — Ищи того, кто унизить хочет. Кого сам унизил? — спросил Барин.

— Пох*й. Кто бы это ни был. Он — труп.

— Вадик, сделай что-нибудь! — попросил вошедший Кирилл, разводя руками в стороны. Вадик отодвинул от уха телефон, не прерывая звонок. — Она не дается на осмотр! Говорит, к ней больше никто не прикоснется. Я не могу ей даже раны обработать!

— Ее… тронули… ну, в этом плане? Ну, ты понял… — спросил Вадик, будучи не уверенным, что хочет знать ответ наверняка. Ибо, нахрен всех порешит. Виноватых и невиноватых. Плевать. Заплатят все.

— А я почем знаю? — Кирилл в недоумении пожал плечами.

— Ты врач или где?! — рявкнул Северов, возмущаясь. Нервы на пределе. Это он во всем виноват. Расслабился, придурок. Знал же, что нельзя ни в коем случае… Просто… у них с Рыжиком был почти месяц спокойной жизни. Вадик забылся. С головой окунулся в счастливую жизнь с любимой женщиной. Первый раз почувствовал себя нормальным человеком. Вообще, человеком. Даже улыбаться чаще стал. За все время лишь один приступ был. Кайф-то какой! Стал высыпаться. Как обыкновенный нормальный человек. Рыжик под боком все время была. Рядом. Своя. Родная. Любимая. Че там мать ему орала под кайфом? Что он тварь и ублюдок? Что если бы она знала, что он вырастет в такую падаль, то сделала бы аборт? Зря она оставила Вадика. Если бы его на свете не было, Рыжик бы не пострадала. Сука, судьба снова окунает его в самое дерьмище, напоминая, кто он и откуда вышел. Чтобы ни на секунду не смел забыть.

— Вадик, чтобы мне определить было, изнасилование или нет, я должен ее осмотреть. А она не дается! Как я должен это определять? По флюидам, что она источает?! Я — врач, а не баба Ванга! — возмущался Кирилл.

— Вадик, меня просто побили. Успокойся, — сиплым голосом выдала Рыжик, входя в гостиную. Ее шатало. Никита было бросился к ней на подмогу, но она резко отпрянула от него. Охранник открыл рот в недоумении, глянул на Севера, взглядом спрашивая, что ему делать. Вадик отрицательно покачал головой, приказывая не подходить. «Просто побили»! Ох*еть! Делов-то?! Быть избитой до синяков! Вполне обычное для Рыжика дело. Как же так, золотая?! Все поплатятся. До одного. А виноват в каждом ее синяке, в каждой ее ранке он, Вадик.

— Лора, врач тебя должен осмотреть, — спокойным ровным тоном сказал Север. Ради Рыжика надо держаться. Свою женщину в чувство привести. Остальное после. Да, он дерьмо. Конченное сраное дерьмо. И для всех, кто организовал нападение на Лору, это означало только одно: им хана.

— Нет, — отрезала Рыжик.

— Вадик, это Минаев! Жопой чую! — предположил Барин, оставаясь на линии. — Он тебе отомстить за дочурку все пытается. Он же не остановится, гнида. Валить его надо, Север.

— Разберемся. Короче, я тебя предупредил. Если что, я в деле. На связи, — ответил Вадик, неотрывно следя за Рыжиком, которая вновь стала напоминать безумно красивый, даже с синяками и ранами, но неживой робот. — Лора, врач…