Тыловики

— Вот что, мужики. Я так понял мобильники накрылись?

— Да. Причем все.

— По рации я с лагерем тоже связаться не могу. Ну-ка доставайте свои, проверим, они вообще работают?

Рации работали.

— Ну хоть, что-то хорошо. Так, достаём бинокли, посмотрим что у нас тут делается.

Я вытащил из бакелитового футляра старенький полевой бинокль выпуска сорокового года и ведя взгляд вдоль дороги, попытался найти наш лагерь. Но лагеря не было, вместо него простиралось, все то же пшеничное поле.

— Ничего не понимаю, — донесся до меня голос Старикова. — Лагерь стоял недалеко от дороги. Она в этом месте сильно петляла влево. А сейчас дорога идет гораздо правее! Этого не может быть!

— Ага, я тоже вижу, — взволнованно протянул Курков. — Смотрите, мужики — колонна проехала, пыль потихоньку оседает, но операторов с кинокамерами не видно! Даже место, где они стояли не топтано. Впрочем, там где они торчали, пшеница и не росла.

Я прижал окуляры бинокля к глазам, пристально рассматривая дальний от меня конец дороги.

— Коля, что-то я не пойму! Там похоже толпа неслабая прет. Только вот, не разберу кто. Далековато еще.

— Сейчас посмотрим.

Я про себя отметил, что мы сейчас, представляем собой довольно живописную группу. Трое немцев обхватили ладонями бинокли и напряженно вглядываются вдаль. Лепота! Так и просится картинка в кадр…

— Твою мать! — заорал Стариков, резко хлопая себя по бедру. — Ну это уже чересчур! Это уже за пределами разума!

Я вздрогнул, прекратил предаваться несвоевременным мечтам и немедленно направил бинокль на дорогу. Зрелище, которое я там увидел потрясало. По всей ширине грунтовки ползла бесконечная колонна немецкой пехоты. Отчетливо виднелись впереди идущие офицеры. За ними угрюмо колыхалась плотная масса солдат. Каски, зацепленные ремешками за подсумки, торчащие над плечами винтовочные стволы и столь приятные моему взгляду приклады пулеметов "МГ-34" присутствовали в огромных количествах. А если учесть, что вся эта прорва людей была одета в правильные кителя, то разум отказывался поверить в реальность происходящего. Я прекрасно знал, что во всей России, да что там, во всем бывшем СССР нет такого количества реконструкторов вермахта. Рассуждая теоретически, если кто-то захотел собрать всех реконструкторов германской армии, то мы об этом узнали бы заранее. А ведь в колонне, по моим примерным подсчетам шло не менее нескольких тысяч человек. Хотя возможно, правильная униформа и амуниция имеется только у впереди идущих, остальные одеты во что попало.

Колонна на несколько секунд остановилась и как совсем недавно мы, люди в немецкой форме резво начали сходить с дороги в поле.

Обдав бесконечную серую людскую ленту пылью, по дороге промчались два мотоцикла с торчавшими в колясках пулеметчиками. А за мотоциклами, подняв уже совершенно огромные клубы пыли выскочил танк. Я много повидал на своём реконструкторском виду всякой новодельной техники. Лепят сейчас немецкие танки из чего попало. Некоторые даже издали весьма походили на настоящие. Вот этот например очень похож, очень. Сейчас подъедет, посмотрим что он из себя представляет.

Мимо нас проскочили мотоциклы. Ого! Да это же, ни много ни мало BMW серии R-11! Сидящий в первом из них пулеметчик настороженно окинул нас взглядом, но особо не заинтересовался. А следом за мотоциклами, грозно лязгая гусеницами проехал танк. Он кстати был головной машиной бронеколонны. Всего я насчитал в ней шестнадцать танков. Замыкал колонну полугусеничный тягач Sd/Kfz.10 с болтающейся сзади на двухколёсном прицепе зениткой. Этот тягач я вообще видел только на фотографиях в Интернете. Да, дела. Проехавшие по дороге танки, отличались от всех ранее увиденных мной на различных мероприятиях подделок, по меткому выражению классика, как плотник супротив столяра. Даже не знаю, кто и каким образом смог сейчас построить такие точные копии, да еще и на ходу! И при этом абсолютно правильно нанес окраску и тактические знаки!

— Это просто писец! Причем полный! — потрясенно произнес Стариков убирая бинокль в футляр. — Это немыслимо. У нас в России всего пара немецких танков на ходу осталась, а здесь целая рота…

— Я сам когда "тройки" увидел, чуть из сапог не выскочил!

Николай с укоризной посмотрел на меня:

— Слушай, Пройсс, ты когда нибудь научишься танки различать? "Тройки", — передразнил он меня. — Никаких "троек" там и близко не было. Только двойки и четверки, причем модификаций до сорок третьего года.

Я щелкнул подкованными каблуками сапог:

— Виноват, герр лейтенант. Исправлюсь.

— Ладно, Пройсс, пошли к нашим, а то вон, смотри не взвод стоит, а просто стадо обезьян!

Я улыбнулся, Коля крайне метко охарактеризовал обстановку. "Обезьяны" вместо того, чтобы стоять в строю, разбрелись по кучкам, курили, пили воду из фляг. А четверо особо любознательных "приматов" из моего отделения во главе с Дегтеренко, ползали на коленях в густых колосьях пшеницы.

— Вы, что съедобные корешки ищите? — не удержался я от подколки. — Чего торчите кверху задницами?

Фёдор, поднявшись во весь рост, протянул мне ладонь, доверху наполненную землёй:

— Смотрите, парни! Земля мягкая, рассыпчатая!

Я непонимающе уставился на пулеметчика:

— И чего? Ты предлагаешь мне прямо сейчас её съесть?

Стариков отстранил меня в сторону:

— Погоди, Пройсс, не суетись. Что там у тебя, Федя?

— Когда у нас в области последний раз шел дождь?

— Примерно в середине мая. Точно не помню.

— А здесь дождь шел, ну, так навскидку, дня три назад.

Герр лейтенант поправил пилотку, почесал затылок.

— Ну может и шел здесь дождь. Нам какая разница?

— Разница есть, герр лейтенант. Мы вчера на этом поле в перерыве между съемками привал устроили. Совсем недалеко от этого места. Вы, герр лейтенант, на касочке сидели, а мы по-простому — на земле. Так засуха землю сильно спекла. А сейчас мы хорошо вокруг пошарили, земля везде мягкая…

— Ну вы блин, прямо юные натуралисты! Похвальная наблюдательность! Меня больше волнует не ваша долбаная земля и даже не это непонятно откуда взявшееся поле пшеницы, а вон те парни, которые топают по дороге и через десять минут будут здесь.

Вперед вышел Юрий Плотников из моего отделения:

— А кто идет? Интересно узнать.

Стариков поднял руку вверх:

— Заканчиваем базар! Сейчас всё расскажу. Взвод в одну шеренгу — становись!

Герр лейтенант сухо, по-деловому доложил обстановку, обвел взглядом притихший строй:

— У кого какие идеи?

Дегтеренко держа пулемет за ствол, вышел вперед:

— Я думаю надо дождаться, когда подойдет колонна, расспросим их, что и как.

Из конца шеренги донесся тихий, интеллигентный голос новобранца Венкова.

— Простите, но я крайне не советую этого делать. Нужно поступить совершенно противоположно!

Андрюша вступил в наш клуб зимой. Парень закончил первый курс исторического факультета местного университета. Сам из профессорской семьи. Единственный из всех нас, кто знает немецкий язык. Тихий, очень скромный парень, весьма субтильного телосложения. Нынешние съемки для него стали первым реконструкторским мероприятием, так сказать боевым крещением.

Герр лейтенант заинтересованно спросил: